Страница 21 из 82
— Что мне помешает дать клятву не практиковать без официального уведомления Совета Магов? Буду посылать письма перед каждым серьезным колдовством. Не вижу в этом особой проблемы.
Хайлен подался вперед:
— Госпожа…
— Не стоит спешить, — прервала я его. — Подумайте, герцог, что вы можете мне предложить и как вы планируете обеспечить мою безопасность.
Откинувшись на спинку скамьи, я посмотрела за окно. Ночной Эрандар был красив. Гирлянды колдовских огоньков, костры и наряженные веселые люди. Никто не знает, что принесет новый день, но все празднуют так, словно солнце никогда не встанет.
— Милорд, — тетушка с интересом энтомолога посмотрела на герцога, — а вы вообще думали, прежде чем начать действовать?
Он устало посмотрел на нее и криво улыбнулся. Вот только мы так и не узнали, что он хотел сказать: карета опрокинулась на бок…
Мы не разбились лишь благодаря магии Хайлена. Но дальнейшее меня поразило до ужаса: герцог самолично разнес карету в щепки!
И в ту же секунду по ушам ударил многоголосый визг: люди, что недавно праздновали и веселились, метались от костра к костру, хватали горящие ветви и…
— Тварь, — потрясенно выдохнула тетушка. — Элиша!
В центре улицы стоял мужчина. Тот, кто когда-то был мужчиной, человеком. Магом. Сейчас его окутывала черная дымка. Она выбелила его кожу и волосы, вычернила губы и глаза. Пальцы превратились в когти, а ноги… Вместо ног у него был столб дыма.
— Назад, — коротко процедил снежный маг, окутываясь голубым сиянием магии, — не двигаться. Не колдовать.
О стремительности тварей ходили легенды, но… Этот едва двигался. С другой стороны, в это время года он вообще не должен был пробудиться!
Стиснув кулаки, я изо всех сил сдерживала пламя. Все внутри меня требовало напасть, сжечь, испепелить чудовище, противное самому понятию «жизнь»!
Герцог плавно повел рукой, и сияющая сеть окутала тварь, что через несколько секунд рассыпалась жирным пеплом.
— Старый герцог Вейарны еще десять лет назад доложил королю о том, что Зимний Сезон больше не безопасен, — глухо проговорил Хайлен. — Твари больше не замерзают. Теперь они дошли и до Эрандара.
— Медленные, как сонные мухи, — нервно рассмеялась тетушка.
Хайлен указал в темноту:
— Но это не помешало ему собрать свою кровавую жатву.
Пляшущие тени костров помешали мне рассмотреть всю картину полностью, но… Пострадавших было не меньше десятка.
— И наши лошади, — ахнула тетушка.
Я обернулась и с трудом сдержала рвотный позыв: от прекрасных роксарских коней остались лишь кровавые следы в снегу да несколько копыт.
— Этот недавно переродился, еще не понял, что люди насыщают лучше. — Хайлен посмотрел в небо. — Старый герцог Вейарны изучал тварей. Но лишь для того, чтобы их уничтожить раз и навсегда. Идите за мной.
Он провел нас сквозь переулок и кивнул на ярко освещенный паб:
— Согрейтесь и поешьте. Я пришлю за вами отряд.
Войдя внутрь, мы с искренним недоумением смотрели на веселых, красных от вина и специй людей. Они ничего не слышали и ничего не знают.
Они все еще верят в безопасность Зимнего Сезона.
— Мой муж погиб зимой, — глухо проговорила тетушка Лукреция. — Но мне не сказали, кто его убил.
Я прикрыла глаза. Кто знает – быть может, молодой лорд Тавиш столкнулся с тварью-из-за-грани? Может, он не был готов? Или не поверил своим глазам?
— Что будете заказывать? — К нам подошла разносчица.
— Самый горячий шоколад, — я постаралась вымучить улыбку, — и сладких булок.
Она широко улыбнулась, что-то пометила в своем блокнотике и отошла.
— Как закрою глаза, так и вижу тварь, — прошептала тетушка. — Как же так?
Я обхватила себя за плечи.
Тварь в Эрандаре. Тварь в Эрандаре в разгар Зимнего Сезона.
Немыслимо. Немыслимо и невозможно, но мы видели ее. Его.
Что чувствуют люди, когда их тела занимает чуждый нашему миру дух? Маги-целители выяснили, что человек способен сопротивляться подселенцу в течение суток. И все это время зараженные люди умоляли убить их, дать их душам шанс освободиться.
Горячий шоколад не смог развеселить нас.
— Скрыть такую информацию — предательство, — глухо проговорила я.
— Называть Его предателем — верный путь на плаху. — Тетушка скользила пальцем по кружке.
— Разве страх перед тварями не должен подстегивать желание их уничтожить? — нахмурилась я.
— Во дворце порядка двух сотен снежных магов служит, — Лукреция криво усмехнулась, — их приглашают провести в Эрандаре Зимний Сезон, дабы почтить их труд и дать им отдохнуть.
Меня пронзило догадкой:
— И как давно король так щедр?
— Девять лет, — за столик сел Хайлен, — не стоит говорить об этом без тайных чар.
Я посмотрела на своего вынужденного супруга и впервые не испытала ни злости, ни раздражения. Все эти чувства оттянул на себя Его Величество Этерланд Седьмой…
К нам вновь подошла разносчица, но Хайлен, бросив на стол приятно звякнувший кошель, отослал ее. Девушка, подхватив деньги, подмигнула ему и отошла, покачивая бедрами.
Это меня, если честно, несколько разозлило. Не то чтобы герцог был мне нужен, но… Но не стоит так откровенно флиртовать с человеком!
— Скоро прибудет карета, — проговорил он. — Нужно возвращаться домой.
По коже пробежал мороз. Мне было страшно выходить на улицу. Но как бы я могла в этом признаться?!
— Они ничего не знают. — Я посмотрела на веселых людей, что славили Зимний Сезон.
— Хочешь попытаться открыть им глаза? — с горечью спросил Хайлен.
— Без доказательств? — криво улыбнулась я. — Нет уж, спасибо.
Тетушка, допив свой шоколад, тихо сказала:
— Завтра поползут слухи и сплетни. И если нам зададут вопросы — мы на них ответим.
Я согласно кивнула, но у герцога Вейарны было свое мнение:
— Не зададут. Некому будет задавать. Королевская гвардия уже забрала свидетелей.
Ошеломленная, я подалась вперед и спросила:
— Их убьют?! И вы так спокойно об этом говорите?
Хайлен чуть поморщился и укрепил раскрытую вокруг нашего стола заглушку.
— Разумеется, нет. С очевидцев берут клятву молчания. Вы можете заметить, что с годами появляется все больше и больше людей, которые не выходят по ночам на улицу. Они не празднуют, а лишь мрачно поздравляют своих непросвещенных знакомых.
Лукреция вскрикнула и, прижав ладонь ко рту, выдавила:
— Мой свекор перестал выходить наружу по ночам. Но он никогда не запрещал этого мне…