Синее пламя Юга

— Ты злишься на меня, – сказал он. Снял и бросил рядом куртку, верхнюю шерстяную рубашку и сорочку вместе с ней. – Злость помогает собраться. У меня тоже вышло не сразу. Мой брат на год младше, но научился гораздо раньше меня. А у меня никак. И вышло случайно, мы с ним подрались, и я, в гневе, в него шарахнул.

Я отступила еще на шаг.

Да он ненормальный?

— Ты предлагаешь..

Да ну, нет..

— Да. Попробуй ударить в меня. Я лишнее снял, а то сгорит еще. Просто попытайся всю свою злость, все, что накопилось, собрать и швырнуть в меня. Лучше метить в грудь, не в глаза, но если что, я прикрыться сумею.

И ухмыляется.

— Ты с ума сошел?

Но ведь с братом, надо полагать, ничего страшного не случилось? Он точно жив.

Таким, как он, – огонь не страшен?

— Не бойся, – сказал Искандер. – Ты не причинишь мне вреда.

Я покачала головой.

— А может, я как раз хочу, чтоб вред?

Он довольно развел руками.

— Тогда тем более давай. Постарайся.

А ведь такой соблазн согласиться, на самом деле. Я прямо чувствую, как в пальцах покалывает.

— А потом ты скажешь всем, что я пыталась тебя убить?

— Зачем? – он удивился. – Если я решу как-то расправиться с тобой, то могу найти более простые способы. Но ты мне нужна. Поэтому я просто хочу, чтобы ты научилась защищаться, почувствовала себя увереннее, а заодно выплеснула всю злость, которая накопилась. Поверь, станет легче. Не стоит держать это в себе. Таким, как мы, точно держать не стоит. Чем больше ты стараешься загасить огонь в себе, тем он слабее. Дай огню вспыхнуть, не беспокойся ни о чем.

— Ты это серьезно сейчас?

— Конечно.

Он улыбнулся, щелкнул пальцами, развернув ладонь. И на ладони вспыхнул огонек. Поднес к огоньку вторую руку, поводил сверху, так, что ладонь касалась огня, потом накрыл, загасив. Показал мне руки. Немного черной копоти, у него тоже дымит, но никаких ожогов. Но это его личный огонь, а тут мой.. Или это не имеет значения?

Огонь может сжечь его только изнутри, если он нарушит клятву, но это будет скорее кара богов.

— Ты только сама закатай рукава, – сказал еще. – Давай.

Ударить в живого человека мне было страшно.

И все же я понимала, что если смогу сейчас, то и по тварям потом точно смогу. И даже не по тварям.. кто знает, от кого сейчас ждать удар, возможно, людей стоит бояться больше.

— Я вот сюда встану, – он подошел, встал спиной к скале, – чтобы не улетело никуда. Тебе Йокель объяснял? Попробуй.. Только дыши ровнее, не забывай дышать.

Я не могу. У меня и с мишенью на щите ничего не вышло, а так тем более.

— Закрой глаза, – сказал Искандер. – Собери всю ярость, которая есть в тебе. Вспомни все обиды. Потом будет проще, главное сделать это первый раз. Я обманул тебя.. А скажи, – тут слегка изменился тон, насмешка проскочила, – что за девица вчера вечером не дождалась меня? Это та, с большими сиськами? Та, что встречала нас?

Я сжала зубы.

Вот да, сейчас шарахну. Даже против воли шарахну, чувствую, как огонь разгорается.

— Она красивая, – на его лице почти мечтательная ухмылка. – Не такая уж дешевая шлюшка, как может показаться. Дочь какого-то мелкого барона.. незаконная, но признанная вроде.. ну, не вникал. Отец привез ее в Мидсворд, чтобы устроить будущее, но у Элисбет свой взгляд на женское счастье. Вообще-то, изначально она была с Ульрихом, это он ее сюда потащил. Но то ли достал своим занудством, то ли ей просто захотелось большего. Или просто разнообразия. Она горячая, ей вечно мало, пять раз меня ночью будила, – давай еще.

Тут он слегка прищурился, словно ожидая удара. Подначки все это, он специально.

Я почти.. огонь клокочет и распирает изнутри. Все, что нужно, это взять и швырнуть.

Хочется убить на месте!

— Ты с ней спал?

Да, он говорил это уже.

— Конечно спал, это очевидно. Как можно пройти мимо такой кошечки? Она так сладко выгибает спинку и так сладко стонет, что просто..

И вот тут я.. вот все! Кошечка ему!

Что-то полыхнуло внутри, я схватила и отбросила от себя, сама испугавшись.

Огонь.

Что есть силы.

Запоздало мелькнула мысль, что сейчас убью его, но.. пожалуй, туда ему и дорога.

Зажмурилась.

Я слышала удар и шипение огня. И резкий вдох Искандера сквозь зубы. Потом звук, словно он отряхивает что-то.

— Получилось! – радостно объявил он. – Ты молодец. Давай еще!

Я открыла глаза.

Он тер предплечье, чуть пониже локтя. И судя по следам гари, я чуть не попала ему в лицо, он успел локтем прикрыться. Но волосы и подбородок немного черные все равно.

— Живой? – у меня голос слегка дрогнул.

— Конечно живой, что мне будет? Все отлично. Давай еще раз, нужно закрепить. Только глаза больше не закрывай.

— Ты ненормальный?

Мне хотелось расплакаться и убить его сразу.

— Рыдать потом будешь, – сказал он неожиданно серьезно. – Сосредоточься. Нужно, чтобы это был не случайный порыв, а осознанное действие. Ты уже сделала один раз, так что можешь повторить.

— А сильно вышло? – спросила я осторожно.

— Нормально. Тварь не убила бы, но если человеку вот так в глаза, то из строя вывела бы точно.

Он смотрел на меня.

И никакого раскаянья на его лице, даже близко. Все то, что он говорил.. да это правда, конечно. Но как можно говорить такое своей жене?

— Почувствуй огонь, – сказал он, спокойно, ровно, по-деловому.

Я чувствую.

А заодно чувствую, что могу сколько угодно кидать в него хоть огнем, хоть сапогами, ему ничего не будет. Вот у Ульриха, может, еще бы и вышло, а мои жалкие пшики – это так. Как детский тычок деревянным мечом.

Но больше всего сейчас хочется подойти и врезать по морде. И я это сделаю. Вот только еще разок шарахну.

Второй раз действительно легче.

Я чувствую, как разгорается огонь, как жжет. И вот, когда уже почти невозможно его в себе держать – нужно лишь толкнуть от себя. Выбросить. И он летит.

На этот раз я смотрю, хоть и все равно пытаюсь немного прикрыть глаза, но вспышку вижу. Как мой огонь бьет ему в грудь. Ярко-красные, кровавые языки огня. Искры..

— Попала! – говорит Искандер, немного глухо у него выходит.

И закончим на этом!

Иду к нему сама.

Рожа довольная, черные полосы поперек, как он тер руку и потом провел пятерней.

— Ну, как? – говорю я.

Розоватое пятно у него на груди – ожог все-таки есть, хоть и совсем слабый.. но есть. И волоски вокруг оплавились, свернулись.

— Больно? – говорю тихо, и ничего не могу с собой поделать, протягиваю руку, трогаю кончиками пальцев.

Он качает головой.

— Нормально. Почешется пару дней и пройдет.