Страница 28 из 69
Я страшно устала, хочу есть и спать, и теплую ванну. Но Искандер прав. Промедление может стоить кому-то жизни.
— А как же твоя девица? – все же не удержалась я. – Она скучала и тебя ждет.
— Что? – Искандер, кажется, и понял не сразу, обернулся на эту Лис. – Она не моя девица.
— Хочешь сказать, ты ее не знаешь?
— Знаю, – он вздохнул.
— Или, может быть, ты ни разу не спал с ней?
Он нахмурился еще больше. Устало так.
— Спал. Ингрид, чего ты хочешь? Предлагаю еще раз, давай я принесу тебе клятву, и закроем эту тему?
— Я не верю твоим клятвам. Хочу только, чтобы твои любовницы не бегали передо мной с голой грудью. И если ты решил сразу идти к Камню – идем, но это может затянуться надолго. На всю ночь – почти наверняка. И прежде, чем что-то отдать, Камень вытянет из тебя последние силы.. молись, чтоб хватило.
* * *
Лестница на башню Драконьего Камня почти полностью вырублена в скале, стены построены уже вокруг. Это даже не башня в полной мере, хотя со стороны выглядит как часть замка. Подниматься высоко, начинают болеть ноги.
Я шла впереди, Искандер за мной, не торопя, даже когда я останавливалась отдохнуть.
Наверху шел снег. Тихо, падал белыми хлопьями.
Сам Камень на открытой площадке, выложенной черным базальтом, от него идет такое тепло, что снег тает еще на подлете, и футов на семь вокруг совсем сухо. Видно узоры на полу.. переплетение линий и руны, значение которых утеряно давно.
— Вот, – сказала я. Обернулась на Искандера. – Ты знаешь, что делать?
Он покачал головой.
— Только примерно. Обычно это передается от отца к сыну, ну, или к дочери, как с тобой. Ты ведь бывала здесь? А я никогда не видел вблизи. В детстве я видел такую же башню в Данхаре, но подняться мне не разрешили, только издалека посмотреть. Я знаю, что обычного человека, если подойдет слишком близко, Камень сожжет.
Я кивнула.
— Да, впервые меня сюда приводил отец, мне было лет пять. Я плохо помню, что было тогда. Помню, что отец подошел, сел рядом с Камнем, положил ладони на него. Потом предложил мне сделать то же. Я помню свет.. Камень был горячим, обжигал пальцы. Отец пытался заставить меня прикоснуться, но.. я так и не смогла. Он говорил, что нужно пересилить себя, даже если больно, приложить руку и подержать, тогда Камень примет и боль уйдет. Даже пытался, кажется, приложить мою руку силой, но так и не вышло, я расплакалась..
А ведь я почти не вспоминала об этом, так давно.. Посмотрела на ладонь.. нет, конечно, никаких ожогов не осталось. Помню, что отец был недоволен мной. Сказал даже, что был бы у него сын, а не дочь, он бы смог.. Не сдался бы так, а я – трусливая девчонка. Я плакала, мне было обидно.
Потом, позже, приходила сюда сама.
Сидела рядом, пыталась договориться с Камнем не жечь так сильно.
— Но ведь у тебя вышло? – сказал Искандер.
— Да. Отчасти. Мне было тринадцать. Отец заболел тогда.. Сейчас уже не могу сказать, что с ним было. Он лежал в постели, не мог даже встать, а за окном разыгралась метель, твари выли где-то совсем близко. Мне было страшно. Я подумала тогда, что либо сейчас, либо никогда. Я должна сделать. Мне казалось, я сгорю.. платье на мне сгорело, я очень испугалась. Отец рубашку всегда снимал, чтобы случайные искры не подожгли рукав, а я.. забыла об этом. Но у меня получилось. Было такое чувство, что Камень высасывает из меня жизнь, все высасывает, выжигая внутри, я словно проваливалась пустоту. А потом.. Я очнулась уже утром. Метель стихла. И когда я снова пришла сюда, чуть позже, Камень позволил прикоснуться сразу, он был теплым, немного шершавым, и больше не обжигал. Я чувствовала его силу под своими пальцами, ее движение, покалывание. Но эта сила не давалась мне.
— А после смерти отца? – спросил Искандер.
Я покачала головой.
Подошла к Камню чуть ближе, к границе сухого узорчатого круга.
От него исходило тепло..
— Думаю, мне не хватает силы, – сказала я. – Огня в крови не хватает. Я чувствую, как Камень вытягивает из меня силу, собирает ее внутри себя, начинает светиться, как там разгорается огонь. А потом все стихает. Не разгоревшись. У отца он вспыхивал ослепительным светом и силу возвращал назад, увеличивая многократно. И буря отступала тогда, твари успокаивались, весна наступала быстрее, поля приносили больший урожай, летом прямо за ночь поднималась трава.. А у меня не выходит. Не хватает. – Я обернулась к Искандеру. – Может быть, у тебя выйдет лучше.
Я видела, как он заставил тварей уйти, даже без всякой дополнительной силы. Без помощи Камня. Сам. Огня ему хватит. Вопрос лишь в том, примет ли Камень его. Искандер чужак здесь. И пусть в его крови огонь Севера, но родился он не здесь.
— Попробуем, – сказал Искандер. – Нам нужно подойти вместе?
— Думаю, да, – согласилась я. Расстегнула и бросила рядом плащ. – Я разденусь. Ты уже все равно видел меня голой, так что.. И тут тепло.
Это немного смущало, но горящая одежда пугала куда больше его взглядов. Той ошибки в детстве мне хватило, чтобы не повторять.
Сложила все на сухом полу, у самой границы.
Искандер принялся раздеваться тоже. Смешно, подштанники он оставил.. но это его дело, я ничего не стала говорить. Неожиданно для себя поняла, что он бы меня не смутил и без штанов. И мне даже нравится на него смотреть.. он красивый парень, между прочим, какие бы финты не выкидывал, но этого не отнять.
Но сейчас..
Я подошла к Камню первой, села рядом с ним. К Искандеру спиной. Тут действительно тепло, сухо, близость Камня защищает и от ветра, и он снега.
Камень невысокий, плоский, чуть-чуть даже заворачиваются внутрь края, словно у шляпки гриба. Странно.. мне казалось, этот завернутый край раньше был меньше. Или казалось? Камню не одна тысяча лет, и вряд ли что-то могло измениться в нем.
Только сияние..
Камень заметил мое приближение, засиял чуть ярче. Внутри, словно подо льдом, пробежала цепочка голубых огоньков. Красиво. Это завораживало всегда.
Я потянулась, затаив дыхание. Первое касание всегда дается мне с трудом. Я не знаю, как Камень ответит, где-то внутри, инстинктивно, все равно боюсь огня и боли.
Искорки потянулись к моим пальцам, танцуя..
Я коснулась. И в пальцы ударило вполне ощутимо, закололо, словно крошечные иглы вонзились. Искры поднялись, закружили вокруг моей руки.
Горячо, немного страшно, но держаться можно. И словно стон откуда-то из глубины. И голод вдруг. Чужой голод, но я отчетливо ощущаю его.. Жажда крови.
Наваждение..