Страница 72 из 76
Хмык Мика был мне ответом. А затем братец добавил:
— Из всей нашей семьи тебе лекарей удалось напугать больше всех. Даже папа быстрее пошел на поправку. А ты пережгла все свои каналы. Предельная степень истощения силы, даже часть ауры ушла. Так что, сестренка, никакой магии ближайшие пару месяцев! Хотя тебе и без нее будет чем заняться, – усмехнулся Мик. – Например, допросами. Тут один офицер так и рвется тебе его устроить..
При этих словах мне захотелось улыбаться. Да что там улыбаться – обнять весь мир.
— Тогда пусть скорее приходит! Я готова ответить на все вопросы! – с радостью отозвалась я.
Вот только спустя два оборота клепсидры, когда я уже привела себя в порядок, да и вообще поняла, что вполне физически здорова, лишь внутри есть тянущее чувство от абсолютно пустого резерва, вся моя радость угасла.
Потому что в гостиную, куда я спустилась, чтобы встретить Харда, вошел.. Войрис! Строгий мундир, щедро разбавленная сединой шевелюра, шрам через все лицо..
— Ваш визит – честь для нас, – начала я вежливо, но потом все же выпалила: – Но с каких пор глава отдела правопорядка лично ведет допросы?
— С тех, когда дело о големах перешло под личный контроль короны, как вопрос государственной важности. Дело в том, что у наших восточных соседей с помощью големов планировали провести похищение членов влиятельнейших родов империи. А дальше..
— От банального шантажа до государственного переворота, – невесело усмехнулась я. И, резко меняя тему разговора, спросила: – А что с Хардом.. С Торрансом Харданом? – исправилась в последний момент.
— А с ним все очень интересно, – усмехнулся Войрис. – Официально его несколько раз уже просили вернуться на родину. Настоятельно. Лично его высочество кронпринц. Но Хард каждый раз находил не менее официальный предлог, чтобы остаться.. Правда, ему пришлось согласиться, что он остается под домашним арестом..
— Что? – выдохнула я. – Зачем?
— Чтобы еще чего не нашпионил! В Срединные земли он прибыл как обычный страж по обмену опытом с иноземными коллегами..
А на деле оказался совсем не прост, как и расследование, в которое моя семья оказалась втянута совершенно случайно. Если бы операцию тому агенту проводила не моя мама.. Если бы я решила отплыть на том корабле. Если бы случайно не выбрала факультет големостроения, чтобы спрятаться. Череда случайностей вылилась в расследование, все детали которого я навряд ли узнаю..
— И завтра наш друг должен отбыть на родину. Поводы, чтобы остаться, у него закончились. Но после нашего разговора ты можешь еще успеть попрощаться..
Я подскочила с места со словами:
— А можно я побеседую с вами завтра, а сегодня попрощаюсь с Хардом?
Капитан усмехнулся, и я посчитала это за согласие. И побежала к двери. Только на пороге сообразила, что не знаю адреса.
— А где?.. – начала было я.
— Кленовый переулок, дом семь, – перебил меня Войрис.
Я помчалась на улицу. Мне в спину раздалось: «Да уж.. Это будет занятная пара. Как бы Старлинга удар не хватил..» Но я на это не обратила внимания.
Экипаж поймала быстро. И домчал он меня по нужному адресу за пол-оборота клепсидры.
Только когда занесла руку перед входной дверью, замерла. У нас ведь с этим рассветным нет будущего. Завтра он уедет и, подозреваю, никогда не вернется. Да и папа.. Мик говорил, что когда-то он был агентом и ему ради семьи пришлось бросить все..
«Уйди. Развернись и уйди. Не разбивай свое сердце. Ты будешь страдать», – шептал мне разум. Но сердце с ним было не согласно.
И.. дверь распахнулась, едва мои костяшки коснулись створки. Хард что, стоял с той стороны?
— Ты пришла..
— Попрощаться, – выдавила я из себя. Только небесам ведомо, как тяжело мне далось это единственное слово. Оно было правильным, разумным, логичным. После него нужно было развернуться и.. – У тебя есть чай?
— Чай, кофе, вода, яичница.. Я готов предложить что угодно, лишь бы ты осталась, – ответил рассветный.
— А себя? – слова вырвались сами собой.
С Хардом у нас не было будущего. Но было сейчас. И его я хотела запомнить навсегда.
— Только с целой жизнью в придачу. Согласна?
— Да, – выдохнула я почти в губы рассветному, который склонился надо мной.
Кончик носа стража коснулся моей переносицы. Нежно, едва ощутимо скользнул вниз. Это было словно знакомство. Заново.
А затем мужские губы накрыли мои, чтобы сорвать с них прерывистый вздох. Но мне было мало этих почти целомудренных ласк. Хотелось с головой окунуться в дурманящий вкус Харда. В его поцелуи с привкусом мяты и крепленого джина.
Я прижалась к рассветному всем телом так, что нос уткнулся в ложбинку меж его ключиц. И тут же почувствовала, как его горячее дыхание обожгло мой висок, а под ладонью, которую положила на грудь стража, бешено забилось сердце. Хотя до этого казалось: куда уже быстрее?
А в следующий миг Хард подхватил меня под ягодицы и просто перенес через порог, захлопнув дверь, которая отсекла нас от всего мира. И я тут же оказалась прижата спиной к створке, а мои ноги сами собой (честное слово! я тут ни при чем!) обвили талию стража.
— На чем мы остановились? – хрипло выдохнул рассветный, глядя на меня затуманенным взором.
— Кажется, на этом, – сдавленно произнесла я и поцеловала Харда в шею.
Он запрокинул голову, давая мне полную свободу действий, и я дотронулась кончиком языка до ключицы и потом медленно провела языком по коже. Снизу вверх. Ощущая солоноватый привкус. Он дразнил, возбуждал.. Как тут было не удержаться и не прикусить мочку уха Харда?
Рассветный тут же шумно выдохнул, а его тело буквально закаменело.
— Ты играешь с огнем, Од, – почти прорычал страж, и я увидела, как даже через ткань льняной рубахи засветились вживленные в его предплечья кристаллы. – Еще немного, и я не смогу сдерживаться.
— Может, я этого и хочу? – произнесла я, прихватила нижнюю губу Харда зубами и тут же дотронулась языком до места укуса.
— Од.. – втянув воздух рядом с моей скулой, отозвался рассветный. – Все, ты доигралась!
Я не поняла, когда Хард успел расстегнуть мою блузку. Но в следующий момент она упала на пол, оставив меня в одной тонкой шелковой сорочке.
Не потерпев такого произвола, когда меня тут раздевают, а я – нет, запустила руки под рубашку Харда, чтобы стянуть ее через голову. И тут увидела, как вся вязь вживленного под кожу металла светится.
Ее отблески разбавляли темноту холла, в который уже скользнула ночь. И я смогла увидеть, как зелень глаз Харда сменилась чернотой расширившихся зрачков.