Страница 18 из 76
Это была его ошибка. Потому что, как только рассветный отвлекся, я качнулась вперед, превозмогая боль захвата. На правом запястье у меня были наручники. Полагаю, что другой их браслет был пристегнут к руке белобрысого, чтобы я не сбежала. Но левая-то у меня была свободна! Ей-то я и схватила упавший ключ. И что есть силы врезала им по голени моего противника.
Он не устоял. И мы оба упали на пол, перекатились несколько раз. Я пыталась достать рассветного ключом. Он – меня обезвредить. И тут что-то выпало у белобрысого из кармана, звякнув о каменную кладку. Я не обратила на это внимания, борясь с противником.
Я билась, царапалась, кажется, даже укусила Харда за что-то.. Но все равно оказалась распластанной на полу. И мою свободную руку рассветный прижимал своей. А еще этот гад навис надо мной и смотрел так, словно прикидывал, какой глубины ему рыть для одной рыжей могилу.
— Elatio tormiris! – выдохнул рассветный.
Не знаю, что это значило, но звучало как: «Ты меня вконец достала!»
— И ты меня тоже! – выплюнула я в ответ.
И тут в наш милый монолог вмешался братец:
— Од, я проверил, он и вправду настоящий страж. У него даже руническая метка есть на теле. Причем активная! Только не скажу где. А еще пара ловчих дознавательских амулетов стандартного образца.
А вот теперь удивился уже Хард. Не уверена, все ли он правильно перевел из речи братца, но понял: его только что осмотрели, обыскали и просто облапали (рук-то у хомяков нет!). Судя по шипению исключительно на родном языке и матерным интонация, стражу это не очень понравилось.
А я, прижатая к стенке.. точнее, к полу, скосила взгляд и увидела валявшийся рядом со мной значок стража. М-да.. Как-то неловко вышло. Вот только..
— Слушай, Хард, или как тебя там на самом деле.. – начала я, шипя гадюкой сквозь зубы.
— Называй меня Хардом, – перебил – словно полоснул клинком – рассветный.
— Слушай, Допустим-Хард. Раз ты весь такой на стороне закона.. – начала я зло и осеклась. Очень уж хотелось уточнить у рассветного, чего он тогда в меня накануне стрелял, но.. Раз белобрысый спрашивал, из какой я банды, значит, точно не узнал. А признаваться самой – да ни за что! Тем более отец приказал скрыться из города. Если бы папа доверял стражам, то, наверное, отправил бы нас с братом к ним. Так что.. я в безопасности, пока я не Старлинг. – Какого тлена ты здесь забыл?
— А ты? – не думая отвечать на мой вопрос, отозвался этот Допустим-Хард.
— Големов искала, – соврала я первое, что пришло на ум. Ну правильно, что еще можно делать в цеху, где их собирают.
— Ты из людей Штопора? – продолжил рассветный, надавив на меня. И психологически, и физически – несмотря на то, что тело у дознавателя было поджарым, весило оно изрядно.
— А ну, лапы убрал от нее, страж! И остальные части своего тела от чести Одри тоже! – вмешался в допрос братец, который даже в такой момент, оказалось, пекся о моей добродетели.
— Напарник, не мешай! – цыкнула я, давая понять старшему: мы в образе! В каком, точно пока не знаю, но из него выпадать нельзя. Чтобы в нас даже заподозрить не смогли скрывающихся Старлингов. – Я его почти расколола..
Рассветный и Мик посмотрели на меня с одинаковым удивлением. Но хомячелло, знавший меня с пеленок, пришел в себя быстрее и сделал вид, что да, так именно и надо. И вообще, он тут чуть ли не глава контрразведки собственной мохнатой персоной.
Хард же оценивал услышанное на миг дольше, но, увы, сделал правильные выводы и на ложь не купился. А жаль.
— Даже не надейся: я не поверю, что ты агент.
— Это еще почему? – Стало даже обидно.
— Дерешься непрофессионально, – тут же ответил Допустим-Хард.
— За драки у нас отвечает Мик, – выпалила я. А что? Братец – боевой маг, паладин.. Он умеет навалять и обычными кулаками, и магическими хуками.. Точнее, умел, пока был человеком.
Рассветный скептически глянул на хомяка и заметил:
— Не лучший вариант.
— Напарников не выбирают, – возразила я и добавила: – К тому же мы только смотрели. Сражаться в наши планы не входило. А тут ты.. Думали, конкурент по.. – Я понятия не имела, что ищет Хард, поэтому обтекаемо закончила: – По просмотрам. Откуда же знать, что ты страж?!
— И что успела найти? – задал очередной вопрос этот.. страж! Таким дотошным мог быть только он.
— А что мне будет, если я скажу? – задала я вопрос, пытаясь выгадать время.
— Ты не в том положении, чтобы торговаться, – заметил Хард.
— Зато ты в том, чтобы делать и предложение, и детей! – прошипела я, намекая на то, что наш разговор с рассветным идет в горизонтальной плоскости. От нее у меня уже вся шея затекла. И камни пола вдавились в спину.
— Хорошо, если ты хочешь предложение, то вот оно: ты говоришь мне, что успела узнать, на кого работаешь, клянешься на крови никому не сообщать о нашем разговоре и больше не мешать мне, а я.. отпускаю тебя.
— И слезаешь с меня, – добавила я.
Последнее требование было выполнено мгновенно. А спустя несколько ударов сердца я и вовсе оказалась на ногах. Но сковывающий магию (и просто движения) браслет страж с меня так и не снял.
Стоял, буравил меня своими зелеными глазищами, будто оценивая. И чего, спрашивается? Мне и так ложь придумывать тяжело. А тут еще и под наблюдением..
Я понимала: если талантливо не совру, то этот тихий и спокойный рассветный либо по-тихому нас с Миком прикопает, либо спокойно посадит в тюрьму. А ни с того света, ни из-за решетки я помочь родителям не смогу.
— Слушай, Хард, я не могу сказать тебе, на кого работаю.. – произнесла я и сглотнула, чувствуя, как предательски вспотели ладони. В голову, как назло, ничего не шло, кроме правды.
Замолчала, не зная, что сказать. А вот Хард, словно что-то прикинув в уме, произнес:
— Я оценил ловкость, изобретательность и проворство, которые ты использовала, чтобы проникнуть сюда. И впечатлен ими.. Мне пригодился бы такой проворный и сообразительный сотрудник. Поэтому как насчет того, чтобы ты стала работать на меня? Осведомителем.
Это было предложение из тех, от которых невозможно отказаться.