Страница 29 из 64
Глава 8
— Евгения Максимовна, простите великодушно, приехал сразу, как только узнал! Игорь Брониславович сейчас занят, наверное, ему и в Москву слетать придется, но, уверяю вас, у меня все полномочия есть! Они еще и извиняться перед вами будут! Если хотите, то и компенсацию за моральный ущерб…
Ох, ну что ж вы так суетитесь, милейший адвокат Ярцев?! Не сказала я этого, но с легким раздражением подумала, глядя на его лысину, квадратные очки и все тот же френч.
— Нет, Марк Анатольевич, компенсации не надо, — улыбнулась ему, и он как-то сразу успокоился. — Вы меня выручили, благодарю вас! Только одна просьба будет…
— Все что скажете!
— Вот этих моих… товарищей по несчастью надо бы забрать отсюда, они важные свидетели.
Шура и Мура стояли по стойке «смирно», вытянув руки по швам, боясь дышать и не веря своей удаче.
Я вышла из обезьянника, но дверь оставалась приоткрытой — лейтенант потел и пыхтел, поглядывая то на наглую меня, то на серьезного Ярцева, то на Шуру и Муру, в жалком виде которых что-то неуловимо изменилось. Наверное, так меняет людей тот самый «луч надежды».
Ярцев удалился. Я отошла от двери, и лейтенант закрыл ее с явным облегчением. Именно закрыл — весьма аккуратно, а не захлопнул с грохотом — и лишь коротко кивнул на мою вежливую просьбу не закрывать дверь на ключ. Я почувствовала усталость и одновременно два противоречивых желания — срочно глотнуть черного кофе без сахара и немедленно лечь спать. Хотя почему противоречивых?.. Умею засыпать после кофе.
Марк Анатольевич вернулся вместе с майором Амирхановым.
— Евгения Максимовна, — пропыхтел майор. — Приношу вам свои извинения за… неправомерное удержание. Подозрения не подтвердились. Курьер отозвал свое заявление. Обвинения сняты. То есть обвинения не выдвинуты. То есть подозрения и обвинения… То есть вы свободны!
Ох, ну врет ведь и не подпрыгивает! Хотя… краснеет. Мне стало не то чтобы жаль человека при исполнении, но как-то неловко за него. Наверняка меня он в этот момент люто ненавидел. А также и тех, кто за мной стоит. Ну и тех, кто рядом, Марка Анатольевича в данном случае.
— Азат Хазиевич, благодарю вас за ваш профессионализм, — у меня получилось мягко, ну, может, с одной капелькой яда.
— Господин майор, — с нажимом произнес адвокат. — Александра Мосина и Мурат Галиахметов могут быть свободны, вы подтверждаете? Эти люди просто хотели переставить скамейку, а вовсе не украсть, ведь правильно? Произошла ошибка.
— Ну я ж порвал протокол! — Амирханов дернулся, зло зыркнув на Ярцева, но, спохватившись, добавил: — Забирайте всех, господин адвокат, никого больше не задерживаю.
* * *
Шуру и Муру мы повезли в представительскую, как выразился Ярцев, квартиру. Это был район новостроек, так что машина Марка Анатольевича, скромная «Тойота», еле протиснулась между гор строительного мусора. Редкие фонари едва освещали подобие дороги, но с дальним светом ехать можно. Притихшие на заднем сиденье Шура и Мура лишь переглядывались и тоненько, с какими-то всхлипами вздыхали. Похоже, людей надо успокоить, а то еще испугаются и убегут, ищи их потом в «мертвом городе»!
— Шура, Мурат, — я повернулась к ним со штурманского места и серьезно, с нотками раскаяния, максимально доброжелательно заговорила: — Вы меня, ради бога, простите за небольшой обман, но, пожалуйста, выслушайте! И поверьте! Конечно, я не та, за кого вы меня приняли, и я подтвердила. На самом деле я — частный детектив и расследую дело об убийстве Натальи Ивановны Родионовой. Вы правы, ее убили злые и жадные люди, которые ей угрожали! Вот в процессе расследования я немного нарушила закон, потому и угодила в полицию. Меня к вам не подсадили! Слышите, Мурат, вы ведь так подумали? Нет, не подсадная я, просто так сложилось, что я оказалась с вами вместе…
— Ой, я поняла! — Шура подалась мне навстречу и, доверчиво улыбнувшись, сказала: — Это же Богу так угодно было, чтобы ты нас встретила, это же не случайно! Ты расследовала, а мы-то тебе помогли, все рассказали, да?
— Да, Шурочка, да, — подхватила я. — Ведь должна же справедливость восторжествовать!
Марк Анатольевич бросил на меня быстрый взгляд и слегка кивнул. Мы подъехали к многоэтажке, над единственным подъездом которой довольно ярко горела лампочка, и остановились.
— Александра Сергеевна, Мурат Сагитович, — твердо и официально продолжила я. — Вы оба — важные свидетели. Мы привезли вас в безопасное место. Здесь вас никто не найдет. Вы будете здесь жить. Некоторое время. Возможно, долго.
— А на зиму можно остаться? — спросила Шура с такой беззащитной надеждой, что у меня защипало в носу.
Марк Анатольевич тоже повернулся к ним и тепло заверил, что можно и на зиму, главное — пока никуда не выходить из квартиры.
Лифт не работал, но квартира была на втором этаже. Мы с Ярцевым проводили Шуру и Муру до их нового жилища. Погремев связкой ключей, Ярцев открыл сначала железную, потом внутреннюю дверь.
— Прошу, заходите! — просто сказал он.
Шура и Мура несмело переступили порог. Это была довольно просторная двушка: большой холл, широкие коридоры, раздельные комнаты одна напротив другой и раздельный санузел, хорошо оборудованная кухня.
— Товарищи, горячей воды пока нет, но холодная идет. Водонагреватель не настроен (на самом деле Ярцев его отключил), плита электрическая, там только рычажок повернуть (Шура радостно закивала), в холодильнике есть еда на три-четыре дня, потом я приеду. Свет можете включать, телевизор тоже. К вам никто не придет, так что я закрою на ключ. В гардеробе есть кое-какая одежда, можете… забрать, то есть выбрать себе.
Ярцев говорил спокойно, без эмоций, но слова подбирал. Напоследок ободряюще улыбнулся и добавил:
— Главное — ничего не бойтесь. С вами все будет хорошо. Отдыхайте!
— Спасибо тебе, Женечка! — Шура бросилась было мне на шею, но робко остановилась, видимо подумав, что испачкает.
Я шагнула к ней и обняла. Шура всхлипнула. Мурата я погладила по плечу и сказала, что он, как старший и как мужчина, ответственен за Шуру. Мурат серьезно кивнул. Мы с Ярцевым вышли.
* * *
— Евгения Максимовна, вас куда отвезти? — спросил Ярцев, заводя машину. — Игорь Брониславович…
— Марк Анатольевич, вы работаете на Игоря Брониславовича? Или на Вязникова, номинального хозяина «БашНефтеторга»? Советую ответить честно. Вы обещали защищать интересы Альмиры Резниковой и ее семьи, помните? Я — тоже семья Альмиры.