Страница 66 из 74
Кстати, об Олаве.. Я огляделась в поисках адепта и увидела лишь пятки, мелькнувшие на подоконнике.
Ну что за гад! Опять уходит. Нет чтобы брату помочь..
— Моя методичка удрала! – рявкнула Эйта, видимо, имея в виду наш с ней уговор: она помогает в поимке, я ей рассказываю методику сведения с ума. Но, похоже, пушистая мысленно уже этот способ не только запатентовала, но и научный труд на основе оной опубликовать успела.
Недолго думая, мы рванули следом. Я увидела, как Олав ловко преодолел парапет вдоль стены и прыгнул на тент, который был натянут внизу, над одной из торговых лавочек.
— Кей, руку! – скомандовал Кьяр, вставая на парапет. За нашими спинами огонь подбирался все ближе.
Светлому было бы правильнее пуститься в погоню одному, но.. Похоже, кто-то подхватил от темных привычку поступать не как правильно, а как хочется.
Я протянула руку и встала на узкий край выступа. Кьяр не просто держал меня. Он удерживал. От падения. От страха. От ошибки. И когда мы добрались до угла здания и прыгнули вместе на тот полосатый тент, мне показалось, что все наши отношения со Снежком – это один вот такой короткий полет. Когда не знаешь, сможешь ли удачно приземлиться. Не расшибешься ли.
Но между «не прыгать» и «разбиться» ты выберешь второе. Потому что в миг полета он будет держать тебя за руку.
Мы упали на ткань. Миг. Второй. И она затрещала под нами. Мы оказались на пустом прилавке. Видимо, днем там стояли корзины с товаром, который рачительный хозяин убрал на ночь под замок.
— Оставайся здесь, – крикнул Кьяр. – Рядом со мной опасно.
И, дождавшись моего кивка, помчался за братом. А я лишь хмыкнула. Дожидаться? Демона с два! Я понимала, что по прямой мне за светлыми не угнаться, но если попробовать срезать..
Я помчалась выпущенной стрелой. Улица, переулок, и я нырнула в квартал сиреневых фонарей, который был по темному времени весьма оживленным. Да и немудрено. Ведь именно ночью в таких местах происходит все самое интересное.
Эйта сидела на мне, вцепившись в ремень сумки, перекинутой через плечо. И ладно бы просто сидела. Она командовала:
— Давай вон туда! Да куда ты! В другое туда! – Еще и лапой направление указывала. Оно, правда, порой противоречило словам, но это уже мелочи.
С разгона я перепрыгнула через невысокую уличную жаровню, в которой над открытым огнем на вертелах подрумянивались колбаски. Приземлилась почти удачно. Лишь пятки чуть отбила. А затем рванула дальше.
Прямо по курсу, поперек дороги, встала карета. Ее я пролетела насквозь через дверцы, что были распахнуты с обеих сторон. При этом стрелой пронеслась мимо выходивших в этот момент из экипажа дам. Те были с напудренными до фарфоровой белизны лицами, в откровенных нарядах и столь веселыми, что даже не поняли, что произошло.
Вот только когда я вновь оказалась на мостовой, то краем глаза успела заметить, что на плече у меня что-то белое. Оказалось – Эйта нечаянно успела содрать с головы одной из жриц наслаждений парик.
— Брось гадость, – выдохнула я.
Но пушистая уже и сама откинула его в сторону. А я вновь набрала разгон и.. Подвода выехала из-за угла неожиданно. Я не стала размениваться на остановку, чтобы дождаться, когда путь снова станет свободен. На полной скорости упала на колени и спину так, что лопатки коснулись мостовой, и проскользила под телегой. А затем прыжком поднялась на ноги и поспешила дальше.
И когда вынырнула из-за очередного поворота, то увидела, как Кьяр в прыжке настигает Олава, скручивая его.
Вот только Снежок был слегка подпаленным и.. напрочь мокрым. Словно при забеге за братцем он мимоходом сжег храм и сровнял с землей дамбу.
Как позже выяснилось, светлого, к несчастью для них, пытались задержать наемники. Об этом, правда, я узнала чуть позже, а пока что могла лицезреть прижатого коленом к мостовой Дорса-младшего, который сыпал в сторону Снежка проклятиями.
— Сволочь! Грыхтов потрох. Продался моему отцу! Ненавижу тебя!
— Вообще-то он тебе жизнь спасал все то время, что ты учился, – присев перед светлым на корточки и глядя в лицо, искаженное ненавистью, напомнила я.
— Он просто отрабатывал то, за что ему заплатил мой демонов папаша.
— Милые у вас семейные отношения, – хмыкнула я.
— Да что ты понимаешь, темная! Я просто хотел быть рядом со своей женой! С Лив! И с нашим ребенком.. Я даже мету содрал, отказавшись от магии, чтоб меня не нашли.
Он говорил, и из его рваной эмоциональной речи выходило, что Олав успел втайне от отца жениться на простой девушке – дочери местного торговца. И не просто жениться, но еще и завести ребенка.
А в академии отыгрывал роль раздолбая и повесы, зная, что отец приставил следить за ним кого-то из своих людей. Правда, Дорс считал соглядатаем кого-то из своей длани.
— А это был ты, сволочь.. – прошипел в адрес Кьяра Олав.
— Ну, извини, я не успел в первые дни после поступления так сильно с тобой повздорить, чтобы нас определили в одну длань, – отозвался Кьяр. – А сейчас поднимайся. Нам нужно возвращаться в академию.
И с этими словами схватил братца за шкирку и поставил на ноги. Руки Дорса были связаны за спиной ремнем.
— Ты бесчувственная тварь, Бьеркрин. Ты не знаешь, что такое любовь, – патетично выкрикнул Олав, стараясь уязвить Кьяра как можно больнее. – Зато отлично умеешь использовать ситуацию. Вон даже темную смог уговорить тебе помо..
И в этот момент я увидела, как из-за угла в нашу сторону летит огненный шар.
Я видела его, но не успевала оттолкнуть Снежка, в спину которого неслась смерть.
Страх. Ярость. Отчаяние. Они обожгли меня, заставив кровь в жилах закипеть. Я призвала силу. Всю силу, что была у меня. Времени, чтобы оформить ее в заклинание, не было.
И я просто пустила ее встречной волной наперерез пульсару. И почувствовала, как с другой стороны летит еще один смертельный аркан. «Нас просто взяли в клещи..» – была последняя мысль, прежде чем я почувствовала, как на меня сверху, закрывая собой от смертоносного плетения, падает Снежок.
Взмах его руки, и от светлого в сторону нападавшего полетели иглы Тросса – ледяные стилеты, от которых нет спасения.
Это было последнее, что я увидела перед тем, как потерять сознание. Потому что мое тело горело. Сила, которую я призвала, выжгла все ограничители, стоявшие на моих энергетических каналах. И сейчас дар, вырвавшийся на свободу, неистовствовал.
Очнулась я, когда Кьяр шел по городу, неся меня на руках. За нашими спинами полыхало зарево. Впереди, словно марионетка, двигался Олав. А по правую руку от меня плыла Хель.