Это несерьезно

И тут в дверь стучат. Не звонят, а именно нетерпеливо барабанят костяшками.

Я отставляю чашку, делаю глубокий вдох, пытаясь натянуть на лицо свою привычную, непробиваемую маску Воронцова, и иду открывать.

Распахиваю дверь.

Марго стоит на пороге и прежде чем я успеваю сказать хоть слово, она вдруг с визгом запрыгивает прямо на меня, обхватывая ногами за талию и повисая на моей шее.

Я инстинктивно подхватываю ее под бедра, отшатываясь на шаг назад от неожиданности.

Она тут же начинает расцеловывать мои щеки, скулы, оставляя быстрые, горячие поцелуи повсюду.

— Обожаю! Просто обожаю тебя, Воронцов! — пищит она между поцелуями, и ее глаза светятся таким диким, искренним восторгом, что меня буквально сносит этой волной.

Внутри всё ликует. Сердце делает кульбит и заходится в сумасшедшем ритме.

Моя девочка.

Крепче прижимаю ее к себе, зарываясь носом в ее волосы, вдыхая ее запах, смешанный с каким-то чужим шампунем. Губы сами собой растягиваются в дурацкой, счастливой улыбке.

— И тебе доброе утро.

Смотрю на ее губы, чувствуя, как вчерашний пожар снова начинает разгораться в крови. Очень хочу ее поцеловать.

Но Марго вдруг ловко спрыгивает с моих рук.

Она по-хозяйски проходит мимо меня прямо на кухню. Берет со столешницы мою недопитую чашку, делает большой глоток и тут же морщится так, словно хлебнула уксуса.

— Фу, сахар! — выплевывает она, тут же выливая остатки моего кофе в раковину.

Поворачивается ко мне. На ее лице сияет абсолютно счастливая, довольная улыбка. Никакого смущения. Никакой неловкости из-за нашей ночи.

Я стою, прислонившись к дверному косяку, смотрю на нее и просто не знаю, что сказать. Мой мозг отказывается сопоставлять ее реакцию с тем, к чему я готовился.

— Ты почему мне ничего не сказал? — вдруг с упреком, но всё еще улыбаясь, спрашивает она, уперев руки в бока.

Хмурюсь, теряя нить разговора.

— По поводу?

— Что у тебя получилось с тендером! — она всплескивает руками.

Тендер.

Меня словно окатывает ледяной водой. Я моргаю, чувствуя, как радость внутри разбивается о чугунную реальность. Она прыгала на мне не из-за нас. Не из-за ночи. Из-за своей подруги.

— А… так это… вылетело из головы.

Я и правда забыл ей сказать. Ярость на Пашу напрочь выбило почву у меня из-под ног. Я переговорил с нужными людьми в министерстве, нажал на пару рычагов, но до конца не был уверен, что ее шеф в Голландии клюнет на эту наживку.

— Приехала?

— Да! — снова вскрикивает Марго, и ее глаза сияют.

— Хорошо. Я рад.

В этот момент тишину кухни нарушает трель ее мобильного.

Марго достает телефон из джинс. И я вижу, как счастливая, живая улыбка в одну секунду сползает с ее лица. Ее плечи напрягаются, спина выпрямляется, а взгляд становится колючим и отстраненным. Броня Власовой снова на месте.

Она сбрасывает вызов, не отвечая.

— Так, у меня дела, — бросает она сухим, деловым тоном, даже не глядя на меня. — Переоденусь и выйду. Ты в офис?

Этот резкий переход бьет по нервам.

— Куда ты?

Она останавливается. Медленно поворачивает голову и обжигает меня ледяным взглядом.

— Артур, ты опять?

— В смысле?

— Опять лезешь в мою жизнь? Мы, по-моему, всё обсудили. Я не лезу к тебе, ты не лезешь ко мне. Контракт, помнишь?

Смотрю на нее, и у меня внутри всё леденеет.

Нет. Пожалуйста, только не говори, что ты ничего не помнишь.

Делаю шаг к ней и вдруг мой взгляд цепляется за ее шею.

Там, на бледной коже ключицы и чуть выше, красуются темные, багрово-синие пятна. Мои следы. Следы того, как я вчера сходил по ней с ума забыв обо всем на свете.

Замираю.

— Засосы откуда?

Если она помнит ночь со мной — она сейчас смутится, или отшутится, или скажет правду.

Но Марго мгновенно бледнеет. Краска сходит с ее лица, оставляя лишь пепельную серость. Она судорожно дергает ворот вверх, прикрывая шею рукой.

— Теперь будешь контролировать с кем я сплю?

Закрываю глаза. Тяжело, бессильно опускаю голову.

В груди образуется такая черная, засасывающая дыра, что становится трудно дышать.

— Марго…

— Снова здорово! — резко обрывает она, — Если тебе так интересно это не Паша. Парень из клуба, имени не помню. Ясно? Вот такая вот я тварь.

Она быстрым шагом уходит по коридору и с силой захлопывает дверь своей спальни.

А я остаюсь один.

Парень из клуба?

Чего?

Медленно, чувствуя, как ноги отказываются держать, я прислоняюсь спиной к стене и просто сползаю по ней вниз, на холодный паркет.

Сижу на полу, обхватив голову руками.

Какой же я дебил.

Феноменальный, конченый дебил.