Страница 42 из 94
Глава 22
Маргарита
Сон был вязким, глубоким и обманчиво сладким.
Словно я погружалась в теплую, темную воду, где не было ни страха, ни боли.
Сквозь эту плотную, дурманящую пелену я чувствовала чужой взгляд. Тяжелый, осязаемый, горячий. Он скользил по моему лицу, физически обжигая кожу.
В снах так бывает: ты не видишь, кто на тебя смотрит, но точно знаешь, что ты не одна. И почему-то от этого взгляда не хотелось прятаться.
Прохладные, чуть шершавые пальцы невесомо коснулись моего лба, убирая прядь волос. Затем медленно, очерчивая линию скулы, спустились к шее.
Я тихо выдохнула во сне, инстинктивно подаваясь навстречу этой ласке.
Как же это было правильно.
Естественно.
Мой измученный кошмаром мозг с готовностью цеплялся за это наваждение, убаюкивая остатки сознания.
Это просто сон.
Мой личный, безопасный сон, в котором можно не держать оборону.
Горячее, прерывистое дыхание обожгло чувствительную кожу на шее. По телу пробежала стайка мурашек.
Губы. Мягкие, но настойчивые губы коснулись впадинки за ухом, спускаясь к ключице. Поцелуй становился всё требовательнее, глубже. Влажный язык скользнул по коже, и низ живота тут же предательски потянуло сладкой, пульсирующей истомой.
Широкая ладонь скользнула по моему животу. Вниз. Медленно, дразняще, обжигая сквозь тонкую ткань белья. А затем пальцы нырнули под резинку трусиков.
Я судорожно втянула воздух.
Откровенная, бесстыдная ласка ударила по нервным окончаниям, выбивая из легких стон. Мужское тело нависло надо мной, придавливая своим весом к матрасу. Горячие губы накрыли мой рот, заглушая звуки, жадно, властно сминая мои губы.
Мои руки словно жили своей жизнью.
Они скользнули вверх, обхватывая его за плечи, перебираясь на широкую, гладкую спину.
Мои ладони двигались по выступающим лопаткам, и я, не в силах сдерживать нарастающий внутри пожар, слегка впилась ногтями в его кожу, царапая.
В мои губы тут же вырвался хриплый, глубокий, сорванный мужской стон.
Тонкая полоска моего белья нетерпеливо, одним движением сдвинулась в сторону.
Он вошел.
Медленно. До одури, до потемнения в глазах тягуче, заполняя меня полностью.
Весь воздух разом покинул мои легкие вместе с тихим, протяжным выдохом.
Еще один толчок.
Плавный, но сильный.
По венам мгновенно разлилась раскаленная лава, скручивая внутренности в тугой, сладкий узел, от которого хотелось кричать.
Жар пульсировал в каждой клеточке тела.
И в этот самый момент, на пике этого идеального, сводящего с ума наслаждения, мой мозг прошило электрическим разрядом.
Запах.
Этот запах я узнаю из тысячи.
Это не сон.
Господи.
Это вообще не сон!
Я распахнула глаза. Широкие плечи нависали надо мной, закрывая свет от окна.
Артур.
Это был Артур.
Мы находились в моей постели, и он прямо сейчас, тяжело дыша, был внутри меня.
Мозг вопил об опасности, о нарушенных правилах, о том, что нужно немедленно его оттолкнуть, закричать, остановить это безумие.
Но мое тело… мое предавшее меня, изголодавшееся по настоящей близости и безопасности тело просто отказалось подчиняться логике.
Было так хорошо.
Так немыслимо, дьявольски хорошо, что остановиться казалось физически невозможным.
Да я и не хотела.
Только не сейчас.
Я до боли прикусила нижнюю губу, чтобы не застонать в голос, и инстинктивно подалась бедрами ему навстречу, требуя еще одного толчка.
И это движение всё сломало.
Он замер.
Мгновенно. Словно на полном ходу влетел в бетонную стену.
Все его мышцы подо мной окаменели. Дыхание, только что бывшее тяжелым и возбужденным, оборвалось.
Артур резко приподнялся на вытянутых руках и посмотрел на меня.
— Блять…
В этом звуке было столько животного ужаса, шока и первобытной злости на самого себя, что меня словно окатило ледяной водой.
Он резко, почти грубо отстранился.
Вырвался из меня так стремительно, что я тихо охнула.
Артур дернулся назад, пытаясь слезть с кровати, но в панике запутался в смятом одеяле, потерял равновесие на самом краю матраса и с оглушительным грохотом рухнул вниз.
В звенящей тишине комнаты, перекрывая мое сбивчивое, хриплое дыхание, с пола донеслось еще одно, полное абсолютного отчаяния:
— Блять!