Это несерьезно

— Артур, просто мне жалко ее. Мама умирает, еще и это… Сам же знаешь, моя мать много лет жила с таким и…

— Знаю.

Я слишком хорошо знал. Знал, как Тася в детстве пряталась в шкафу, когда ее отчим напивался. Знал про синяки на руках ее матери, которые та всегда неумело прятала под длинными рукавами. Тася не могла ошибиться. Она узнала бы эти признаки из тысячи.

И в этот самый момент, когда мир в моей голове трещал по швам, из коридора послышался тихий щелчок. Дверь спальни Марго открылась.

Она вышла плотно запахивая на себе белый махровый халат. Мокрые волосы темными прядями липли к бледному лицу. Она остановилась, увидев меня с телефоном, и вопросительно выгнула бровь.

Я отвел взгляд, возвращая трубку к уху.

— Ладно, малыш, я завтра приеду, хорошо?

— Останься с ней, — неожиданно твердо сказала Тася. — Думаю, ей сейчас нужен друг.

— Люблю тебя.

— И я тебя.

Сбросил вызов и медленно опустил телефон на диван. В гостиной повисла оглушительная тишина. Марго всё так же стояла в проеме, глядя на меня своими огромными, пустыми глазами.

А я смотрел на нее и видел уже не просто измученную женщину, у которой умирает мать. Я смотрел на нее, и в голове оглушительно бились слова Таси: «Он ее бьет».

И внезапно всё встало на свои места. Ее исхудавшее тело. Пустой взгляд. То, как она дернулась в аэропорту, когда Паша схватил меня за локоть. То, как она всегда защищала его.

Мой напарник был не просто сломлен. Его ломали. Целенаправленно, жестоко и методично. И я этого даже не заметил.

— Остаешься?

Киваю.

— Посмотрим фильм?

— Дедпул?

На ее лице расцвела улыбка.

— Мстители.

Я уронил голову назад.

— Лучше сразу пристрели.

Жена рассмеялась и села на диван, после чего легла ко мне на колени. Я машинально, без задней мысли запустил свои пальцы ей в волосы.

— Ну и какую часть смотрим?

— Первую.