Страница 23 из 71
– Лучше вот так, – шепнула Каноко и посадила кодаму в нагрудный карман куртки.
Теперь ноги сами вынесли ее на улицу. Даже входная дверь не стала помехой – ключи по-прежнему болтались в замке. Вот только что делать, оказавшись снаружи? Что сделала бы Каноко-персонаж, если бы ей надо было добраться до Токио, а на поезд она опоздала?
«Просто поехала бы».
«Но на чем? Не на велосипеде же! А машину я водить не умею».
«Зато я умею водить мотоцикл».
Каноко кивнула – да, с мотоциклом никаких проблем, на юге без него никуда. Это Харухи все время боялся и нервничал – уговорил родителей подарить ему самую новую модель, а после первого же раза поставил великолепную игрушку в подвал.
«Ты действительно предлагаешь поехать на мотоцикле? Мне? На мотоцикле? А если я снова попаду в аварию?»
Вытащить его на улицу проблемой не было. Бензин нашелся в канистре, ключи лежали на полочке рядом. Валявшуюся в углу старенькую биту для бейсбола Каноко тоже прихватила – и сама себе не хотела признаваться зачем.
«Просто поднимешься и поедешь дальше. Сколько раз мы падали, когда на руках учились ходить? И ничего. Просто пробовали еще раз».
«Меня узнают по мотоциклу! Харухи точно поймет, и недоёкай этот учует… Сдадут меня родителям с потрохами, а те потом не слезут».
«Синкиро
[23]
[Синкиро (蜃気楼) – моллюск, живущий на побережье. Показывает людям миражи городов далеко в море.]
же, дурында!»
Ругаться на внутренний голос не хотелось, надевать подарок Хинаты – кулон с ёкаем внутри – тоже. Но и сдаться Каноко не могла. Пришлось найти в ящике в коридоре стеклянную колбу на тонкой черной нитке.
В голове тут же всколыхнулись воспоминания, как она, едва живая, лежала в палате. Рану на голове надо было зашивать, и врачи не пожалели волосы – откромсали под корень. А добрый Хината приволок эту самую подвеску: тонкий шнурок, стеклянная колба и небольшая ракушка внутри. Уверял, что дух из раковины может не только пейзажи в небе рисовать, но и портрет подправить. «Только надень кулон и представь себя писаной красавицей – тут же ею станешь».
Глупости, конечно. Во-первых, просить следовало вслух. Во-вторых, долго объяснять, чего тебе надо от этой жизни и от собственной внешности. Ну и в третьих, – время от времени проверять, не засмотрелся ли любознательный дух на какие-нибудь изящные тории
[24]
[Тории – ворота в синтоистском святилище.]
или величественные замки.
На каждый день – слишком проблематично. Но на одну ночь… Игра стоила свеч. Так она действительно станет похожа на персонажа видеоигры. Ну и мотоцикл замаскирует, на всякий случай.
«Чудненько!» Второе «я» ликовало.
Затея была сумасшедшей. Но остановиться и вернуться назад, в собственную комнату, у нее уже не получилось бы: руки подрагивали от напряжения и… предвкушения. И даже нога не ныла.
Каноко надела шлем – парик выглядывал из-под него, розовые хвосты торчали сзади, – пристегнула биту к багажнику, пересадила кодаму за шиворот и повернула ключ зажигания. Мотор зарычал и завибрировал, ладони сжали руль, а больная нога нажала педаль газа.