Страница 56 из 77
— Климов, когда выбирал вас, — сказал он у двери.
— Да.
— Он был прав.
— Я знаю, — сказала Назарова. Без самодовольства. Просто — знаю.
Краснов вышел.
В октябре Yamabe Electric приехали смотреть производство.
Четверо — главный инженер Ямагути и трое специалистов. По-русски не говорил никто, по-английски — Ямагути, остальные с трудом. Климов нашёл переводчика — студентка из самарского политехнического, японский учила, стажировалась в компании с японским капиталом. Говорила быстро, точно.
Они ходили по заводу три дня. Ямагути молчал много — смотрел. Его специалисты фотографировали, измеряли, записывали. Назарова ходила вместе с ними — Климов попросил её: «Покажите им, как мы контролируем качество. Не рассказывайте — покажите процесс живьём».
Она показала. Взяла деталь с конвейера — случайную, не заготовленную, прямо с линии. Провела через контрольные точки — каждый шаг объясняла через переводчика. Ямагути наблюдал. На третьей контрольной точке остановил её — задал вопрос через переводчика: что происходит, если деталь не прошла контроль?
— Возврат на доработку или в брак, в зависимости от характера дефекта, — сказала Назарова. — Решение принимает мастер контроля, не оператор.
Ямагути кивнул. Что-то сказал по-японски специалистам. Те записали.
— Он сказал: «Правильный порядок», — тихо сказала переводчица Назаровой.
— Я поняла интонацию, — ответила Назарова. — Спасибо.
На третий день вечером Ямагути попросил отдельный разговор — с Климовым и Назаровой. Краснов не был на этом разговоре, узнал потом от Климова.
Ямагути сказал следующее, через переводчицу: «Мы работаем с многими производителями. Есть те, у кого хорошее оборудование, но плохой контроль. Есть те, у кого хороший контроль, но плохое оборудование. Редко — когда и то и другое. Здесь — редкий случай. Мы готовы работать».
Климов позвонил Краснову вечером.
— Yamabe согласны, — сказал он. — Готовы разрабатывать аккумуляторный модуль под нашу платформу.
— Назарова сделала своё, — сказал Краснов.
— Назарова сделала главное, — согласился Климов. — Показала контроль живьём. Японцы это ценят выше любых презентаций.
— Я знаю. — Краснов помолчал. — Скажите ей.
— Уже сказал.
— Что она ответила?
— Сказала: «Это просто работа».
Краснов усмехнулся.
— Правильно сказала.
— Правильно, — согласился Климов. — Виктор Семёнович.
— Да.
— Она лучше меня. Я говорил вам.
— Говорили.
— Теперь вы видите сами.
— Вижу, — сказал Краснов. — Вы правы были.
Климов помолчал секунду.
— Приятно слышать. — Это было редко от Климова — что-то личное. — Я три года её растил. Думал иногда — может, ошибаюсь. Теперь знаю — не ошибался.
— Не ошибались, — сказал Краснов.
Климов положил трубку.
Краснов сидел в тишине. Думал о том, что это цепочка — Климов вырастил Назарову, Назарова привела Yamabe. Он сам не вмешивался — только смотрел, иногда говорил. Это и было его работой теперь: смотреть, как цепочка держится.
Она держалась.