Страница 37 из 43
Глава 20
А для меня время словно замедлилось. Мозг заработал с лихорадочной скоростью.
Секунда на осознание.
Ба не просто в беде. Она умирает. Хотя уже и давно погибла. Но даже призракам есть чего бояться. Например, развоплощения..
Две секунды на принятие решения.
Если я ничего не сделаю, Бру уйдет в небытие. Ее не станет вовсе — ни на том свете, ни на этом. Но я не могла ничего сделать. Даже найти ее. Ведь для этого нужна магия, дар.. а у меня этого никогда не было. В отличие от малефика. И мало того, что у него имелась сила, он, как шпион, умел ей отлично пользоваться. Следить..
Скажу темному — потеряю его. Не скажу — лишусь ба..
И я решила довериться. Рукам. Словам. Сильному плечу.. Всему Себастьяну Варду целиком.
Пять секунд — на действие.
— У меня нет магии, титула и денег. Я лгала тебе, но сейчас прошу помочь.. пока не поздно, спаси мою бабушку, — выдохнула и в отчаянии посмотрела в успевшую стать родной тьму мужских глаз.
— Не отца? — уточнил Себ, и мне показалось: земля ушла из-под ног. Он все знал? Но как?
Впрочем, времени расспрашивать не было. Где-то в академии ба сейчас истаивала, уходя в небытие. А ведь прошло чуть больше часа, как я видела ее в последний раз!
Меж тем Себ спросил:
— Что нужно делать?
— Найти дух ба. Это подвеска была ее маячком, и если она взорвалась..
— Значит, душа начала развоплощаться, — Себ понял все без лишних пояснений. — Есть что-то еще, что вас связывает помимо амулета?
— Нет.. — начала было я и тут вспомнила: — Есть. Артефакты. — И подняла руки, отчего широкие манжеты сползли к самым локтям, обнажив мои предплечья, увешанные всевозможными магическими наручнями, кольцами, браслетами, просто лентами с закрепленными кристаллами. Как говорится — выбирай любой.
Ну, Себ и выбрал. Амулет Тофориса, отвечавший за стабилизацию физического каркаса. Тьма окутала камень, меняя цвет того с лазурного на черный, и тотчас от нас в сторону главного корпуса академии протянулась черная, четкая даже в ночи нить.
Мы рванули по ней, чтобы спустя совсем немного времени, пару сердечных приступов и много мата (пусть и в мыслях!) оказаться в одном из подвалов академии, где когда-то были алхимические лаборатории, ныне заброшенные. И в одной из них профессор Мортис стоял у стола, на котором лежала бабуля — огненная, полупрозрачная, с зафиксированными тисками лапами.. и сила из нее утекала по капле, вливаясь в какое-то уродливое существо на другом столе. Это был разом и зайцелоп, и цилинь, и василиск, и что-то от шестикрылой летучей мыши.. Все те фамильяры, которые погибали в академии!
Этот псих, что собирает из них этого монстра?
Все это успело пронестись у меня в мозгу, в то время как один темный не разменивался на размышления, а действовал. Четко, быстро, решительно. Сгусток темного пламени полетел в мага, который, кажется, даже опомниться не успел.
— Именем короны, вы арестованы, — отчеканил малефик.
Вот так, без погонь, взрывов, самопожертвования. Тихо и точно. Я впервые видела работу агента тайной канцелярии в действии.
Правда, куда важнее мне сейчас было спасти ба. Я подбежала к столу, пытаясь ее освободить, вытащить из-под заклинания, что сосало ее силы, но тиски держали. Крепко.
— Себ, помоги! — выдохнула я малефику, который склонился над скованным чарами психом.
Проклятийник лишь глянул на тиски, и те пошли ржавчиной, чтобы превратиться в тлен, а я наконец сдернула ба со стола. И она тотчас начала таять в моих руках.
— Нет-нет-нет..
Моему отчаянному крику вторил сумасшедший смех профессора. Впрочем, он быстро оборвался. Хук — тоже хороший кляп, когда ткани под рукой нет.
А в моем мозгу судорожно билась одна только мысль: неужели я опоздала?
— Спасибо, что спасла, — словно догадавшись, о чем я думаю, отозвалась Бру. — Этот извращенец не может нормального фамильяра от поддельного отличить!
— Но зачем ты ему.. — не поняла я. — Песец, пусть и огненный, не такая уж и редкость.
— А песец, способный удержать душу в теле, даже если та уже не хочет в нем оставаться, — еще какая редкость, — фыркнула ба и добавила: — Мне пора за грань. Будет еще приключение — зови..
И только она исчезла, как с другого стола, где лежал здоровенный уродец, раздался утробный рык.
И мы с Себом увидели, как на пол спрыгнула тварь размером с теленка. И ее очертания стали плыть, лихорадочно меняться. И в одном из них я узнала гримхаунда.. а это значит, на этого химера не действует магия..
А вот тварь на нас могла действовать. И не только на нервы!
— Убей их! — раздался из угла приказ психа.
С утробным рыком гадина прыгнула на нас. Я не успела даже пискнуть — Себастьян уже был передо мной, выставив руку с черным щитом. Удар огромного ядовитого шипастого хвоста пришелся на барьер тьмы, который хоть и выдержал, но пошел трещинами. У химеры, похоже, есть еще кое-что и от антимагов: способность не только не воспринимать чары, но и выпивать силу из плетений.
— Отойди к стене, — бросил малефик, не оборачиваясь.
— Я не..
— Анита, сделай, что говорят!
Отступила. Вжалась спиной в холодный камень и смотрела. Потому что только это и могла..
Тварь была быстрой. Слишком быстрой для своего размера. Она перекатывалась, прыгала, била лапами и хвостом, постоянно меняя облик, то огнем, то ледяными иглами. Одна из таких распорола Себу плечо.
Темный уклонялся, ставил блоки — но его заклинания проходили, впитывались в химеру, как в губку..
Эта гадина имела преимущества многих фамов и была лишена их недостатков, но как-то же каждый раз магистр проковыривал эту броню своего зверя, чтобы добавить под нее новых свойств..
— Кинжал! — крикнула я. — Его нужно прикончить ритуальником!
И лихорадочно начала оглядываться. Клинок должен быть где-то здесь.. но Себастьян увидел его первым.
Темный сделал ложный выпад, заставил тварь отпрыгнуть. А сам — разбег, прыжок, кувырок через операционный стол, перекат по полу, чтобы схватить валявшееся на полу лезвие. И, когда тварь прыгнула на малефика, он без колебаний всадил острие ей прямо в глазницу и тут же отпрянул с кинжалом в руке: незачем оставлять его в твари. Вдруг та еще не до конца издохла..
И тотчас химер начал меняться, а от него отлетать вплетенные некогда сущности.. их было дюжины две, не меньше.. Сколько же фамов этот псих прикончил!