Страница 29 из 43
Я, едва не поперхнувшись, пошла быстрее. А малефик рядом. Начал задумчиво на меня поглядывать. И стоило бы разругаться с ним вдрызг, чтобы отослать подальше. На безопасное расстояние. Но.. времени на драму не было. Да вообще ни на что, кроме фонда.
Так что мы шли рядом по аллее, мимо студентов, которые оборачивались и шептались. Только куда важнее чужого мнения для меня было тепло руки. Мужской. Которая взяла мою как-то незаметно и больше не отпускала..
Даже когда пришлось разомкнуть наши пальцы, я продолжала чувствовать на коже их тепло. А, переступив порог флигеля, я ощутила еще и жар. Ибо работа у строителей кипела: Гуннар Стоунсон и его подмастерья уже заканчивали работу. Стены сияли белизной, паркет был заново переложен, мрамор на лестницах и в большой приемной восстановлен, лепнина на потолке сверкала позолотой. Залы преобразились. Комнаты для прислуги были теперь просторными и светлыми, помещения для фамов, смотровая, малые приемные кабинеты.. во всем этом было не узнать того полузаброшенного, пыльного нечто, от которого веяло трагедией прошлого. И за это, как и за все чудеса, пришлось платить.
Я выписала чек от имени фонда и вручила его мастеру, когда мы обошли оба этажа здания. За это время подмастерья не только успели все доделать, но и свернуться, перебросив все лишнее через технический портал. Сам же мастер с помощниками отправились через стационарную башню академии.
А мы трое: я, Себастьян и строительная пыль остались.. Я уже мысленно прикинула, что придется вновь добывать големов с боем, на этот раз для генеральной уборки, когда Себастьян, не спрашивая, нужна ли мне вообще помощь, закатал рукава со словами:
— Сейчас все уберу.. — И с его пальцев сорвалась мгла, расползаясь по флигелю.. Она растеклась по полу, залезла в каждую щель и спустя каких-то десять минут все вокруг засияло.
— Не думала, что есть такие быстрые и эффективные заклинания уборки, — призналась я, вспомнив, как папин пылесборный шарик мог по несколько часов елозить по полу в нашем доме, собирая на себя грязь и мусор.
— А их и нет. Это, вообще-то, проклятие разрушения. Десятого уровня.
У меня дернулся глаз, но я из себя выдавила:
— А поподробнее?
— Ну, оно аннигилирует материю. Главное — точно рассчитать покрытие, чтобы чего нужного не уничтожить.. Кстати, есть отличная книга о темных благословениях Вивьен Блэквуд. Жаль только, в оригинале не все понятно: язык Западного континента у нас считается мертвым, так что пришлось переводить со словарем и могли быть неточности.
Кажется, у меня дернулся не только глаз, но и вся Анита Кавацевич. Эта его неточность могла мне стоить ремонта! Да этот проклятийник издевается!
Внутри все закипело, а я так и не смогла определиться, чего больше хочу: бросить этого типа или убить. Или бросить, убить, поднять, снова бросить.. Но отчего-то ничего из этого не сделала, а лишь невозмутимо произнесла:
— Спасибо. Но в следующий раз предупреждай..
Малефик на меня зачем-то внимательно посмотрел. Настолько внимательно, что я не выдержала и уточнила:
— Что?
— Ничего, просто запоминаю, с каким выражением лица ты мне будешь говорить, что все в порядке, когда на самом деле ни демона не в порядке..
Нет, таких парней бросать нельзя! Только убивать!
Правда, покушению помешал Патруша, который залетел во флигель со словами:
— Сюда заносите, сюда..
Оказалось, что мой шустрый приятель заказал доставку мебели, штор, ковров.. Это все пришлось принимать, расставлять, развешивать, стелить..
Благо Патруша и темный, как мужчины, взяли на себя все тяжелое, а я — вину за бездействие.
Время пролетело так быстро, что мы и не заметили, как наступил вечер. Патруша опомнился первым и заявил, что в таком виде он показаться на ритуале призыва фамильяров не может себе позволить. К тому же у него для этого торжества особый костюм. Ослепительно-белый, как сама невинность. Друг просто не может в него облачиться пыльным! Это будет святотатство! Посему Патруше непременно нужно сначала принять ванну, наложить на волосы маску, выпить чаю..
В общем, умчался блондин первым, ибо праздник и правда начинался через два часа. А это значит — снова работа. Ибо улыбаться, мило общаться, заводить знакомства, связи — это тоже тяжкий труд. Особенно когда глаза слипаются, ноги подгибаются, а сил нет. Даже моральных.
Но я стояла, смотрела на то, что уже было сделано, и не могла поверить, что, кажется, у меня все получается. Но без помощи друзей ничего бы не вышло..