Тиллинхэст

Войдя, он замер в прихожей на первом этаже, чтобы привыкнуть к новому ощущению; долгое, свободное чувство леса рассеивалось в спёртом воздухе дома. Внутри было сумрачно — потолки низкие, окна маленькие, дом очень старый — и глазам потребовалось время, чтобы привыкнуть. Он снял пиджак и перекинул его через спинку дивана в гостиной, снял запонки и закатал рукава рубашки выше локтей. Ощущение благополучия, бывшее накануне, рассеивалось, и плохое время, похожее на похмелье, наступало. Он прошёл через дом и спустился по ступеням в подвал. Тело было просто тёмным силуэтом в углу, но он не смотрел на него. Вместо этого он подошёл к высокому деревянному шкафу у северной стены, полному садового инвентаря и старых инструментов. Он достал лопату с длинной рукояткой.

Тиллинхэст был старше, чем выглядел, но всё ещё достаточно силён, чтобы копать траншеи в земляном полу подвала. Восемь футов в длину, три с половиной в ширину, шесть в глубину; эта находилась в северном углу, достаточно далеко от стен, чтобы не нарушить фундамент. Он занимался этим достаточно долго, так что все траншеи уже использовались раньше. Он циклично проходил через них, как будто ухаживал за каким-то ужасным садом. К тому времени, как последняя траншея заполнялась, первая была готова к повторному использованию.

Когда он закончил копать, он прислонил лопату к стене. Во время копания он извлёк некоторые останки — фрагментированные кусочки костей, ни один из которых не был больше ладони, — выбирая их из земли и складывая в небольшую кучку. Почва здесь была кислой, и под домом было сыро. Кости не сохранялись долго. Он редко находил что-то крупное, что-то особенно узнаваемое. Тиллинхэст собрал фрагменты и отнёс их наверх. На кухне он разложил их на металлическом подносе, который поставил в печь, как обычно, а затем вымыл руки в каменной раковине. Позже, подумал он, он достанет фрагменты, растолчёт их в песок и развеет под дубом в дальнем конце сада.

Он разогрелся от работы. Пот стекал по лицу, заставляя волосы у лба и на затылке прилипать к коже. Он чувствовал, как похмелье приближается — он мог измерить его приближение издалека, как фигуру, различимую на равнине. Предстояло ещё больше работы. Тело в подвале лежало непогребённым, но ему нужно было немного остыть, собраться с мыслями.

Тиллинхэст услышал звук, почти похожий на стук в дверь. По привычке, которая теперь казалась инстинктом, он не отреагировал на него. За эти годы он научился отделять всё, что мог думать или чувствовать, от действий своего тела, так что когда его заставали врасплох или пугали, как мог бы испугать стук, он не вздрагивал, не реагировал вообще. Это был первый шаг, и его изучение заняло много времени. Второй шаг, последовавший естественно, заключался в ослаблении самих чувств. Когда тело переставало реагировать, обнаружил Тиллинхэст, разум тоже переставал. Он прислонился к раковине и посмотрел на ведро с розоватой водой, которое всё ещё стояло здесь. По его поверхности пробежала рябь, затем она успокоилась.

Тиллинхэст снова услышал стук и на этот раз повернул голову. Неужели это происходит на самом деле? Если да, то это, вероятно, всего лишь ветка, стучащая по стене на ветру, или животное, роющееся в земле. Люди не приходили в этот дом. Им, похоже, он не нравился. Он затаил дыхание. Затем Тиллинхэст окунул голову в ведро с водой в раковине. Вода затекла в нос и уши, и она была такой холодной на коже головы, что казалось, будто кожа сжимается на черепе. Он держал голову под водой и медленно считал до пяти. Когда он выпрямился, он почувствовал жжение воды в пазухах, раздражающую глухоту в правом ухе. Вода стекала с волос по плечам, пропитывая рубашку. В её холоде было облегчение. Он провёл рукой по векам, затем открыл глаза.

К своему огромному потрясению, Тиллинхэст увидел в маленьком окошке над раковиной, что на него смотрит другое лицо. Сначала оно показалось ему гротескным, но лишь потому, что было неожиданным. Молодой человек стоял там, в синем комбинезоне и такой же бейсболке, и стучал костяшками пальцев по стеклу.

— Сэр, — сказал парень, повышая голос, чтобы говорить через окно. — Сэр, я от вашего поставщика телекоммуникационных услуг.

Тиллинхэст уставился на парня в окно.

— Сэр, — сказал парень. — Можно мне войти? Мне нужно провести плановую проверку.

Парень наклонился к окну, пока козырёк кепки не коснулся стекла, поднеся руку ко лбу, чтобы заслонить глаза и заглянуть внутрь.

— Сэр, мы связывались с вами по этому поводу. Мы отправляли вам напоминания по почте. Мне нужно провести проверку сегодня, иначе услуга будет отключена.

Тиллинхэст покачал головой. — Хорошо, — попытался сказать он, но слово застряло в горле. Он кашлянул и попробовал снова. — Хорошо, — сказал он. — Я открою вам парадную дверь.

Парень и Тиллинхэст разошлись по расходящимся траекториям, чтобы достичь одной и той же цели. Проходя мимо стойки, Тиллинхэст схватил ключи Дэниела Марина и сунул их в карман. Он прошёл через прихожую в центре дома, двигаясь, как он знал, прямо над непогребённым трупом в его саване из простыни. Он почти чувствовал, как от половиц под его босыми ногами поднимается тепло снизу. Дверь подвала, на фут ниже всех остальных дверных проёмов в доме, чтобы поместиться под лестницей, была закрыта, но не заперта.

Тиллинхэст отпер и открыл парадную дверь.

— С вами всё в порядке, сэр? — спросил парень. — Вы весь мокрый. Он пах чистотой, как стиральный порошок.

Тиллинхэст откинул волосы со лба. — Просто занимаюсь домашними делами, — сказал он.

— Вы преподобный Тиллинхэст, верно? Вы владелец этой недвижимости?

Тиллинхэст кивнул.

Парень, бесстрастный, протянул ему лист бумаги на синем планшете. — Это копия последнего письма, которое мы отправили, на случай, если вы захотите его прочитать.

Письмо было коротким. Окончательное требование, плановые проверки, отключение услуг, горячая линия. Он вернул планшет. — Что вам нужно проверить? — спросил он. Поверх плеча парня он видел фургон, припаркованный на подъездной дорожке перед домом, синий, как и комбинезон парня, кепка и пластиковый планшет, с названием компании, нанесённым на борт. Сложность, но не непреодолимая. У них не было причин спускаться в подвал, если только Тиллинхэст не был крайне плохо осведомлён об устройстве телефонной сети.

— У вас только одна телефонная линия? — спросил парень.

Тиллинхэст кивнул.

— Wi-Fi?

— Простите? — Тиллинхэст снова покачал головой. Одно ухо всё ещё было залито водой.

— Беспроводной интернет в доме?