Страница 57 из 915
– Да ладно тебе! Это место преступления. Нам нужны факты, факты и еще раз факты. – Прозвучало как название новой полицейской драмы с Кирсти и Филом. – Необходимо делать записи. Если мы выберемся живыми с этого острова, нам придется объяснять, что здесь произошло. А ты сейчас зафиксируешь, что именно мы обнаружили и когда. Понимаешь?
Я осторожно шагнула вперед, оглядывая напряженные, встревоженные лица присутствующих, которые выжидающе наблюдали за мной.
– Такое себе… – пробормотала я и присела на корточки, держа телефон на расстоянии вытянутой руки и изо всех сил стараясь смотреть только на экран. Рука тряслась, так что на стекле оставались отпечатки грязных пальцев. В ушах эхом отдавался пульс.
– Не забудь часы, – подсказала Бриджет.
Все внимательно наблюдали за происходящим, как студенты в старомодном операционном зале, предназначенном для демонстраций.
Я помедлила, поскольку в голову пришла одна мысль, и испытующе посмотрела на остальных.
– Вы уверены, что меня не примут за убийцу, сделавшую трофейный снимок для коллекции?
– Не глупи, – отрезала Бриджет. – Просто фотографируй.
– Поверить не могу, что я согласилась…
Я продолжала смотреть на дрожащий экран: в нижней части отображалось тело с торчащим из него длинным ножом, чуть выше находилась надпись в пыли. Часы я держала над его головой, так что они болтались в левом верхнем углу. Я поднесла палец к кнопке, но пока делала снимок, что-то показалось мне странным.
Я быстро повернула телефон к себе и рассмотрела фотографию. Все элементы были на месте, в точности так, как я сейчас видела их перед собой.
– Получилось? – Мама наклонилась, чтобы взглянуть на снимок.
Я кивнула, не сводя глаз с экрана, потом снова посмотрела на тело.
– Урсула?
– Все хорошо, – быстро проговорила я и встала. – Просто этот снимок не годится для альбома. Надеюсь, ты довольна. – Я бросила на Бриджет острый взгляд.
– В любом случае ты молодец, дорогая, – сказала мне тетя Шарлотта. – А теперь пойдем вниз.
Она обняла меня за плечи теплой, мягкой рукой. Ободряющий жест, но я все равно насторожилась, чувствуя: что-то не так.
На выходе я нерешительно протянула телефон Кемпу.
– Спасибо. – Он взглянул на фотографию. – Как раз для детишек…
– У вас есть дети?
Слегка изменившись в лице, он отошел в сторону.
Глава 24. Ни проблеска надежды
Мы мрачной процессией потянулись из комнаты. Тетя Шарлотта бормотала что-то о голодной смерти и очередной проверке дома на наличие еды. Признаться, у меня самой от голода сводило желудок. Я чувствовала себя больной и слабой.
– На твоем месте, Шарлотта, я бы не высовывалась, – холодно улыбнулась Бриджет.
– Что?
– Ну смотри. Сперва сегодня умер Ангел, потом Бутылконос. Убийца, очевидно, испытывает особое пристрастие к алфавиту. Так что ты, возможно, будешь следующей
[39]
[В английском языке имя Шарлотта начинается с буквы «С», третьей буквы в английском алфавите.]
, – рассмеялась она.
– Почему она так сказала? – растерянно проговорила тетя Шарлотта. – Почему?
Я бросила последний взгляд на сцену смерти Бутылконоса и закрыла дверь в комнату. Спир все еще находился на лестничной площадке, в полоске света, падающего из грязного окна. Он стоял у входа в маленькую спальню, где спал и умер Ангел. Дверь туда была открыта, являя взорам пустое смертное ложе.
– Полагаю, нужно решить, что делать с телом Бутылконоса. – Спир сосредоточенно потер лоб, как будто это могло помочь ему собраться с мыслями.
– Нужно, – кивнула я.
– Он хотел бы, чтобы мы следовали дорогим его сердцу обычаям. – Спир опустил взгляд на свои ноги. – В голове не укладывается…
– Да, пожалуй.
Он поднял голову и посмотрел на меня.
– Хочу кое-что спросить.
Я молчала, ожидая его дальнейших слов.
– У тебя есть кто-то… Прости, я имею в виду… ну, хочу понять, почему ты все время держишься рядом с этими жуткими женщинами?
– Ты имеешь в виду мою маму, тетю и крестную?
– Да, именно. Извини, я не собирался грубить. Просто я слишком напряжен… не обращай внимания. Вы же постоянно спорите, ругаетесь…
– Ты прав, – улыбнулась я. – Они в самом деле бывают жуткими. И, наверное, со стороны смотрится немного странно, но… они – все, что у меня осталось. К тому же я нужна маме.
– Правда? Не очень похоже.
– Слушай, никто ведь не лезет в твои отношения.
Спир сделал шаг назад.
– Еще как лезут. Мой брак, безусловно, вызывал кучу вопросов.
– Несмотря ни на что, мама очень… преданная.
– Как и все преследователи. – Он взглянул на меня. – Ты, конечно, думаешь, что смерть жены на моей совести. Знаю, я тут главный подозреваемый. Однако вы ошибаетесь. Она была для меня всем. И пусть наши отношения закончились, я не собирался причинять ей вред.
– Вовсе я так не думаю, – покачала я головой. Прозвучало весьма похоже на ложь.
– Давай начистоту. Мы все подозреваем друг друга. Убийца либо среди нас, либо на острове есть кто-то еще. По правде говоря, я сомневаюсь даже в тебе и твоих спутницах, поскольку ничего о вас не знаю. Вы не должны были сесть на мою яхту.
– Справедливое замечание. – Мне кое-что пришло в голову. – Список. Список участников твоей поездки. Ты сказал, он у Бутылконоса.
Спир покачал головой.
– Список исчез. Я проверил его карманы.
– А остальные об этом знают?
– Нет. Я понятия не имею, кому можно доверять.
Я попыталась представить, как Спир вбегает в дом и поднимается по ступенькам. Успел обшарить карманы Бутылконоса, прежде чем появились остальные? Бриджет довольно точно сообщила время нахождения Спира в комнате: четыре минуты. Всякий раз, как я была готова ему поверить, на него снова падала тень подозрений. Вдруг мама не зря опасалась этого мужчину?
Мы заглянули в брошенную спальню, где Ангел попрощался с жизнью. Лоскуты выцветшего розового шелка тонкой паутиной ниспадали вниз с матраса. Во всем здешнем упадке ощущалась некая изысканность, великолепие, брошенное стареть и умирать. Я посмотрела в сторону окна: вдали виднелся мрачный фасад маленькой часовни, полной тех, кому уже не суждено состариться. Все они ушли из жизни молодыми.
– Наверное, меня кто-то ударил. – Спир поднес руку к голове.
– Знаю.
– Ты? – сверкнул он глазами в мою сторону.
– Нет.