Страница 220 из 915
– Подозреваю, что вы еще на той стадии отношений, когда двое не могут насытиться друг другом, – тихо произносит она, приложив к губам увешанные кольцами пальцы.
– Я же сказала, все в порядке. – Я пытаюсь выдавить смешок и притворяюсь, будто смущена.
– В порядке? – озадаченно подняв брови, переспрашивает она.
– Я хочу поговорить о
тебе, –
настаиваю я. – Просто хочу понять, чего ты добиваешься.
– Конечно, хочешь, – краснея, огрызается она.
– Что с тобой, Гейл? В смысле, что, помимо наших испорченных отношений, тебя расстраивает? Ты выглядишь раздосадованной.
– Все как обычно – проблемы с мужчинами, – морщится она. – Знаешь ли – хотя нет, не знаешь, у тебя же есть Маркус.
Я вздрагиваю, но если Гейл думает вывести меня на откровенность, то она ошибается. Я молчу, и она закусывает губу.
– Мне было очень тяжело от того, что тебя нет рядом. Я скучала по тебе, детка, очень, – наконец признается она и тянется к моей руке. Но я резко отдергиваю руку, и Гейл, нахмурившись, вопросительно смотрит на меня.
– Ты какая-то дерганая.
– Прости, я повредила запястье, вот и все. – Я поворачиваю руку ладонью вверх, чтобы показать ей мерзкий фиолетовый синяк, расплывшийся по запястью, как уродливый браслет.
– Ауч. – Гейл сочувственно поджимает губы. – Как ты умудрилась?
– Случайно, – выпаливаю я, заставляя себя сделать глоток кофе.
Гейл снова вперивается в меня взглядом, на сей раз с подозрением.
– А я и не говорила, что нарочно.
– Что бы там ни было, я рада, что ты согласилась со мной встретиться. Я сомневалась, что ты придешь.
– Шутишь? Я ждала твоего звонка все шесть месяцев.
– Правда?
Она кивает и зажмуривается – ее глаза полны слез.
– Не смей тут раскисать, Гейл Сомерсби! – предупреждаю я, и она открывает глаза. Кажется, моя ухмылка ее удивляет.
– Божечки. С годами я превращаюсь в маленькую плаксивую девочку. Я никогда не была такой эмоциональной.
– Ты обычный человек, Гейл. Не кори себя.
В порыве чувств Гейл снова тянется через стол и, наклонившись, кладет ладонь на мою здоровую руку.
– У тебя кожа холодная и грубая, такого раньше не было, – смеюсь я. – Кто ты такая, и что ты сделала с моей лучшей подругой?
– Я что, до сих пор твой лучшая подруга? Ты когда-нибудь простишь меня за то, что я сделала? – в сердцах вопрошает Гейл, печально опустив уголки губ.
– Ты всегда будешь моей лучшей подругой, несмотря ни на что, – лгу я так, чтобы она мне поверила, поскольку это часть моего плана. – Если уж я нашла в себе силы простить Джима, то тебя и подавно.
Гейл радостно вздыхает.
– Ты всегда была большим человеком, – замечает она.
– Ну спасибо, я-то думала, что похудела…
– Я не так выразилась, но ты поняла, о чем я, – отмахивается Гейл. Она откидывается на спинку стула и оценивающе смотрит на меня. – Ты выглядишь уставшей.
– Еще раз спасибо, – морщусь я. – А ты выглядишь потрясающе. Как всегда.
– Тебя портит синяк под глазом.
– Что? А, этот… – Я прикладываю пальцы к глазу, вдруг осознав, что моя попытка скрыть синяк консилером явно провалилась. Как я и планировала. – Ничего страшного, просто очередной…
– Несчастный случай.
Она с вызовом смотрит на меня, и меня охватывает дрожь. Кажется, будто ограды садика кафе сдвигаются вокруг меня так, что мне становится нечем дышать. Боясь потерять над собой контроль, я обхватываю голову руками и крепко зажмуриваюсь.
– Ты собираешься рассказать мне, что у вас на самом деле творится? – спрашивает Гейл не терпящим возражений деловитым тоном.
Глава 48
На подходе к дому подувший в спину ветер разметал мне волосы вокруг лица; пикапа на дорожке уже нет, и хорошо, что Маркус уехал, куда бы он там ни собрался, – у меня есть время снова поискать его второй телефон. Я не слишком надеюсь его найти, потому что уверена, он взял его с собой, но попробовать стоит. Гейл, конечно, согласилась мне помочь, но шанс разузнать что-нибудь самостоятельно я упустить не могу.
Стоило мне зайти в теплую, такую родную кухню, как в сумке завибрировал телефон. Я быстро прокручиваю сообщение, испугавшись, что Гейл передумала. Но нет, как раз наоборот: она точно в деле.
«Каков ублюдок. Убить бы его за то, что он с тобой сделал. А я могу. Короче, можешь на меня рассчитывать. XXХ».
«Спасибо, Гейл, – быстро печатаю я, не забыв добавить подходящее эмодзи. – Кто, как не ты, можешь мне помочь. Ты единственная, кто смог найти Маркуса. XX». – Не могу удержаться от сарказма. И от того, чтобы поставить на поцелуй меньше, чем она прислала мне.
«Худшая ошибка в моей жизни. Обещаю, я больше тебя не подведу. Не стоит благодарности. Это меньшее, что я могу сделать. Для этого и нужны друзья. XXХ».
«Точно», – печатаю я в ответ, попутно обдумывая слова Гейл о дружбе. Она уже однажды меня предала, и я не могу ей доверять. Возможно, с моей стороны было рискованно позволить ей играть в детектива и копать под моего лживого муженька, но теперь уже поздно. Хотя, если Маркус узнает, он будет в ярости. Мне приходит в голову, что мы обе можем оказаться в опасности. Но Гейл – мое секретное оружие. К тому же я ее не заставляла. Она сама вызвалась помочь. По ее собственному выражению, она готова сделать ради меня что угодно. Прямо как Джим, пытающийся загладить свою вину перед Маркусом. Идиот.
Мне пришлось притвориться, будто синяки под глазом и на запястье – дело рук Маркуса, но это придало моим словам больший вес, так что я ни о чем не жалею. Не будь у нее доказательств, Гейл едва ли так просто согласилась бы участвовать в моем плане. Да и теперь, когда я знаю, что Маркус сделал со своим лучшим другом, я уверена, что он способен причинить мне боль – не только эмоциональную, но и физическую – как бы вопиюще это ни звучало. И все равно меня одолевает чувство вины. Ложь она и есть ложь, как ни крути. А я лжецов ненавижу. Получается, я могу быть неплохой актрисой – в кафе я все время озиралась и вздрагивала, как запуганная, и Гейл раздула из мухи слона, обозвав Маркуса последними словами и пригрозив отрезать ему яйца.
– Мужики, ну-ну, – рявкнула она и пошла к стойке, где заказала себе самый большой кусок кекса и умяла его в три укуса.