Страница 101 из 112
Глава 44. Наследница
Дианора.
Просыпаться после такого расхода магии совершенно не хотелось.
Тело ломило так, будто меня сначала сбросила кобыла, а потом ещё несколько раз прошлась копытами. Голова оставалась тяжёлой и мутной.
Однако даже сквозь этот туман я почувствовала чужое присутствие. Запах грозы, который обычно успокаивал, заставил насторожиться и открыть глаза.
— Бастиан, — выдохнула я, поворачивая голову.
Наследник Грозовой Бухты выглядел изможденным. Чёрные волосы были распущены, пальцы до побелевших костяшек вцепились в подлокотники кресла, а смотрел он на меня так, что по коже побежали холодные мурашки.
— Хорошо. Ты наконец очнулась. Я позову целителя.
Сухо бросив это, он резко поднялся и вышел из комнаты.
Что-то было не так. Совсем не так.
Ощупав себя, я быстро убедилась, что кровь, напугавшая Кастиана, принадлежала не мне.
Сначала Брайтон. Потом...
Если я не выжгла всё северное войско, то как минимум основательно его потрепала. Вот только спросить о последствиях было не у кого.
Старый целитель ворвался в покои почти сразу. Не тратя времени на приветствия, он принялся водить над моей головой артефактами.
Бастиан же остался стоять в дверях, молча наблюдая за тем, как вспыхивают и гаснут магические камни. Под этим тяжёлым взглядом я ощущала себя почти обнажённой.
— Я в порядке. Это просто истощение и грязь, — нервно произнесла я, останавливая руку целителя.
Нужно было понять, что происходит. Но Лириан не спешил уходить. Покачав головой, он спрятал артефакты в карман.
— Вам не стоило так рисковать, Ваше Величество. Если бы вы потратили ещё немного силы, то лишились бы не только магии. Мог пострадать ребенок.
Я резко вскинула голову. Сначала посмотрела на целителя, потом перевела взгляд ему за спину.
Бастиан знал.
Похоже, старик уже успел порадовать моего жениха будущим потомством. Вот только что-то подсказывало: переживал он сейчас вовсе не о ребёнке.
Тайна, которую я скрывала почти два месяца, раскрылась в самый неподходящий момент.
— Оставьте нас, — резко приказала я.
Лириан уже открыл рот, собираясь возразить, но вовремя понял, что выдал то, о чём должен был молчать.
— Тебе стоит отдохнуть. Потом поговорим, — бросил Бастиан, явно намереваясь уйти следом.
Его голос звенел от плохо скрываемой злости. Пожалуй, я никогда не видела его таким.
Сжатые кулаки, напряженные плечи, потемневший взгляд выдавали человека, который держался из последних сил.
Откладывать разговор значило только сильнее его злить.
— Прости, Бастиан, — всё, что смогла выдавить я.
Голова всё ещё оставалась тяжелой, а достойного объяснения собственной подлости так и не находилось.
Он замер.
— Как давно ты знала?
Слова прозвучали резко, почти как удар.
— Я не была уверена...
Это было лучшее оправдание, которое я смогла придумать.
Бастиан невесело усмехнулся.
— Значит, давно, — он всё понял. — Поэтому ты не подпускала меня ближе. Спасибо хотя бы за то, что не стала делать вид, будто ребёнок мой.
Я никак не могла понять, чего в его голосе больше: злости или разочарования.
Он стоял возле двери так, словно хотел оказаться как можно дальше.
— Прости.
Оправдываться я не стала. Бастиан лишь покачал головой.
Иногда одного слова недостаточно, чтобы исправить то, что было разрушено слишком большой тайной.
— Ты хочешь, чтобы я назвал её своей? — тихо, но угрожающе спросил принц.
— Нет, Бастиан. Мне просто нужен был союзник. Я боялась...
— Что Кастиан слишком занят своим королевством, а я, узнав, что ты носишь ребёнка от другого, заберу войска и оставлю тебя на растерзание северянам?
— И этого тоже. Но больше всего я боялась, что ты спросишь, чей это ребёнок.
Принц хрипло рассмеялся, запустил руку в волосы, а потом подошёл ближе и наклонился так, что я смогла рассмотреть всю ярость, полыхающую в его глазах.
— Мне не нужно спрашивать, Дианора. Как не нужно спрашивать, почему ты не хочешь, чтобы ОН знал. Вот только ОН не знает и считает, что это моя дочь. Поэтому я спрошу ещё раз. Допустим, ты молчала, потому что боялась. Но что дальше? Чего ты хочешь от меня? Чтобы я повёл тебя к алтарю и признал чужую дочь?
— Это будет нечестно по отношению к тебе, Бастиан, — покачала я головой, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. — Рано или поздно ты захочешь собственных детей. Я не смогу подарить тебе кровного наследника и никогда не смирюсь с бастардом от другой.
Отстранившись, Бастиан невесело усмехнулся.
— Что ж. Север повержен. У тебя есть наследница. Игры в жениха и невесту закончились.
Это прозвучало как приговор. Окончательный. Неоспоримый.
— Нет, Бастиан, прошу.
На лице принца мелькнуло удивление. С видом раненого хищника, готового к последнему броску, он окинул меня взглядом и выше вскинул подбородок.
— Тогда чего ты хочешь?
— Дай мне время. Пусть все считают тебя её отцом, но без официальных заявлений, признаний и намеков. Потом, когда Лавира родится, ты будешь свободен. Но до тех пор просто...
— Ты уже даже имя придумала, — почти прорычал он.
Глухо рассмеявшись, Бастиан провёл ладонью по лицу, а потом посмотрел на мой всё ещё ровный живот.
— Мне нужно подумать, Дианора. Я ничего никому не скажу. Но когда король Ветров наведет порядок у Стены, я уеду в свой дворец. Мне нужно подумать.
Он резко развернулся, пересек спальню и с грохотом захлопнул за собой дверь.
Кажется, в одном Кастиан всё же ошибся.
Получив отказ, Бастиан не сбежал зализывать раны, как влюблённый мальчишка. Он просто снял маску покорности, терпения и безоговорочной верности.
Настоящий наследник Грозовой Бухты никогда не был тем робким юношей, с которым я когда-то гуляла по саду. Предательство отрезвило его, превратив в опасного, расчетливого мужчину, с которым теперь придется считаться.
Мне было жаль, что я использовала Бастиана, но иначе поступить не могла. Как королева я обязана думать о своём королевстве.
Как женщина...
Моя симпатия к нему всегда оставалась почти невинной. Мне нравилось играть с ним, дразнить, будить желание, но разум при этом оставался холодным.
Как бы ни импонировал мне этот мужчина, тело все еще помнило ласки другого.