Страница 79 из 85
— Основная проблема сейчас в лимите времени. У вас двенадцать минут. Выступление занимает пятнадцать.
— Я сокращу вводную часть, — говорю я.
— Уберите историю спора, — предлагает Стас. — Комиссия знает материалы.
— Тогда переход к дополнительному соглашению будет резким.
— Добавь один слайд со схемой обязательств.
— Это ещё тридцать секунд.
— Убери определение независимой гарантии. Там сидят юристы.
Голос деловой и спокойный.
Раньше после каждого моего возражения появлялась усмешка. Теперь Стас ждёт ответа, глядя в документы.
— Хорошо, — соглашаюсь я. — Тогда введение сокращаем до минуты.
— Именно, — говорит Павел Аркадьевич. — Станислав, подготовьте схему до завтра.
— Сделаю.
Мы распределяем вопросы. Стас отвечает точно, не перебивает и ни разу не переводит разговор на что-то личное.
Во время моего пробного выступления он смотрит в сторону.
Мне хочется потребовать, чтобы посмотрел.
Глупость.
Я именно этого хотела. Чтобы он слушал слова, а не следил за губами.
— София, медленнее в третьей части, — просит Павел Аркадьевич.
— Хорошо.
— Лебедева, у тебя в таблице неверная дата, — добавляет Стас. — Уведомление получено двадцать седьмого.
— В моей копии двадцать шестое.
— Проверь сорок восьмой лист.
Открываю материалы.
Он прав.
— Исправлю.
Раньше после такого обязательно прозвучало бы «умница» или очередное замечание о том, как красиво я хмурюсь.
Стас просто делает пометку.
Встреча заканчивается через час.
— Полную репетицию проведём в субботу, — говорит Павел Аркадьевич. — Поскольку Станислав не может посещать университет, встретитесь в другом месте.
— У меня, — отвечает Стас.
— София?
Я смотрю на маленькое изображение в углу экрана.
— Мне подходит.
— Тогда в двенадцать. Результат пришлите вечером.
Павел Аркадьевич отключается. Маша тоже прощается и выходит.
Мы остаёмся вдвоём.
Несколько секунд Стас просматривает документы.
Я жду.
Он поднимает глаза.
— Что-то ещё по проекту?
— Нет.
— Тогда до субботы.
— Стас.
Его пальцы замирают на клавиатуре.
— Как рука?
— Заживает.
— Ты ходил к врачу?
— Да.
— Лера сказала, что приезжала.
Лицо становится холоднее.
— Забирала свои вещи.
— Я знаю.
— Тогда зачем спрашиваешь?
— Просто…
Нормального продолжения нет.
Хотела узнать, пустил ли ты её?
Хотела убедиться, что после моего отказа не вернулся к прежней жизни?
— Она сказала, ты никого не собираешься приводить в квартиру.
— Не собираюсь.
— Почему?
Стас долго смотрит на меня.
— Ты знаешь.
Горло сжимается.
— До субботы, Лебедева.
Экран гаснет.
В субботу я прихожу на десять минут раньше.
Возле подъезда стоит мотоцикл. Чистый, отполированный, чёрный шлем висит на руле.
Второго нет.
Раньше Стас всегда привозил его для меня.
Я поднимаюсь на десятый этаж и нажимаю звонок.
Дверь открывается сразу.
Стас одет в тёмные домашние брюки и серую футболку. Волосы влажные после душа, на ногах носки. От него пахнет шампунем и тем самым парфюмом, который теперь узнаю с закрытыми глазами.
— Проходи.
Никакой улыбки.
Я снимаю пальто и наклоняюсь к обуви.
Возле стены стоят новые женские тапочки. Светлые, мягкие, моего размера.
Рядом мужские.
— Это мои? — спрашиваю я.
— Да.
— Когда купил?
— До ссоры.
Стас забирает пальто и вешает в шкаф.
— Можешь оставаться в носках, если не хочешь надевать.
— Почему не хочу?
— Не знаю.
Он уходит на кухню.
Я всё-таки надеваю тапочки.
Они сидят идеально.
На кухонном столе уже разложены документы. Рядом стоит чайник, две чашки и коробка из пекарни. Внутри булочки с корицей.
Стас помнит.
Разумеется.
Я сажусь. Он наливает чай и ставит чашку передо мной.
Лимон лежит отдельно.
— Спасибо.
— Пожалуйста.
Я жду комментария о моих губах, языке или пальцах, которыми беру выпечку.
Стас открывает ноутбук.
— Начнём с выступления.
Внутри неприятно сжимается.
— Начнём.
Первые сорок минут мы работаем за столом. Стас включает таймер, следит за презентацией и отмечает каждую лишнюю фразу.
— Двенадцать минут сорок секунд, — сообщает он после первой попытки. — Нужно убрать ещё сорок.
— Я могу быстрее говорить.
— Комиссия перестанет понимать.
— Тогда сокращу вывод.
— Вывод оставь. Убери второй пример.
Я делаю пометку.
— Хорошо.
— Ещё раз.
Мы повторяем.
На середине выступления Стас встаёт, подходит к окну и остаётся там. Раньше он сидел рядом, следил за лицом и сбивал одной улыбкой.
Сейчас смотрит на экран таймера.
— Одиннадцать пятьдесят восемь, — говорит после окончания. — Подходит.
— Ты даже не слушал.
— Слушал.
— Смотрел в телефон.
— Следил за временем.
— Раньше мог делать это и смотреть на меня.
Слова повисают в комнате.
Стас медленно кладёт телефон на подоконник.
— Раньше многое делал иначе.
— Я заметила.
— Ты этого хотела.
— Прекрати повторять.
— Что именно?
— Будто я потребовала исчезнуть.
Он возвращается к столу, но садится напротив.
— Ты сказала, что тебе нужен человек, который уважает выбор.
— Да.
— Я уважаю.
— Холодом?
— Расстоянием.
— Это разные вещи.
— Для тебя.
— А для тебя?
Стас отодвигает ноутбук.
— Если буду рядом, захочу прикоснуться. Если прикоснусь, ты решишь, что снова давлю. Если назову крошкой, начнёшь думать, что пытаюсь вернуть всё одной фразой.
— Можно просто разговаривать нормально.
— Я не умею с тобой нормально.
— Умеешь.
— Нет.
Его взгляд опускается к моим губам.
Первый раз за всю встречу.
— Я три дня не видел тебя вживую и сейчас думаю только о том, как посажу на этот стол, раздвину ноги и узнаю, насколько сильно ты успела по мне соскучиться.
Щёки вспыхивают.
Вот.
Несколько секунд мне даже становится легче.
Стас отводит взгляд.
— Поэтому лучше обсуждать проект.
— Я не просила перестать говорить пошлости.
— Ты постоянно просила.