Страница 68 из 85
— Ты сам понимаешь, чего хочешь? — спрашиваю я.
— Тебя.
— Я говорю об отношениях.
— Тоже тебя.
— Это не ответ.
— Хочу, чтобы ты была рядом. Спала со мной. Просыпалась здесь. Ругала за пропуски, заставляла снимать обувь и выбирала нормальные кружки. Хочу знать, что ты ела, где находишься и почему грустишь. Хочу трахать тебя, пока голос не сорвёшь, а потом слушать, как ты уважительно просишь принести воды.
Я закрываю ладонью лицо.
— Последнюю часть можно было опустить.
— Она важная.
— Для тебя.
— Для тебя тоже будет.
Он убирает мою ладонь.
— Но я не хочу половину, Соня.
— Я понимаю.
— Поэтому решай столько, сколько нужно. Только честно.
— Хорошо.
— И Соколову больше не позволяй тебя хватать.
Я хмурюсь.
— Мы уже обсудили.
— Напомнил.
— Я сама справилась.
— Знаю.
— Тогда не вмешивайся.
Стас проводит большим пальцем по моему запястью, где вчера лежали пальцы Матвея.
— Пока он держит руки при себе.
— Он извинился.
— Поэтому живёт спокойно.
— Обещай, что не станешь его искать.
— Из-за вчерашнего не стану.
Я замечаю формулировку.
— Вообще не тронешь.
— Если оставит тебя в покое.
— Стас.
— Большего обещать не буду.
Честно.
Раздражающе, но честно.
— Тогда я сама скажу, если понадобится помощь.
— Скажешь.
— И до этого момента ничего не делаешь.
Он наклоняется и касается губами моего лба.
— Хорошо, крошка.
На следующий день Матвей ведёт себя безупречно.
Приходит к началу встречи, здоровается, садится напротив и говорит только о проекте. Никаких личных вопросов, предложений встретиться и попыток остаться вдвоём.
Я постепенно расслабляюсь.
Возможно, вчерашнее движение действительно было ошибкой. Он сразу отпустил и извинился. Люди иногда действуют на эмоциях.
Главное — понимают после разговора.
Стас тоже держит обещание. Не угрожает, не провоцирует и даже не смотрит на Матвея дольше необходимого.
К концу встречи мы собираем готовую презентацию.
— Осталось провести полную репетицию, — говорит Матвей. — В четверг работает студенческий клуб. Можно занять зал после них.
— Во сколько? — спрашиваю я.
— В семь.
— Мне подходит.
— Мне тоже, — отвечает Стас.
Матвей закрывает ноутбук.
— Тогда до четверга.
Он первым выходит из аудитории.
Я собираю бумаги.
— Видишь? — говорю Стасу. — Он услышал.
— Сегодня — да.
— Не ищи проблемы там, где их нет.
— Я не ищу.
— Тогда почему смотришь вслед?
— Запоминаю походку.
— Зачем?
— Чтобы узнать со спины, если придётся догонять.
— Стас.
— Шутка.
— У тебя лицо серьёзное.
— Я плохо шучу про Соколова.
Он забирает папку.
— Идём. Маша ждёт у входа.
— Откуда знаешь?
— Она написала тебе пять сообщений.
Я достаю телефон.
Действительно.
«Ты скоро?»
«Кирилл опять припарковался как мудак».
«Он говорит, что я сама встала на его место».
«Передай Стасу, чтобы забрал друга».
«СОНЯ».
— Почему ты не сказал раньше?
— Хотел закончить работу.
— Маша ждёт.
— Она занята Кириллом.
— Они ругаются.
— Для них это одно и то же.
Возле входа Маша стоит перед чёрной машиной и спорит с Кириллом через открытое окно.
— Ты видел, что я собиралась поставить велосипед!
— На парковочное место?
— Здесь есть стойка!
— В двух метрах.
— Мой замок короткий!
— Купи длинный.
— Купи себе совесть.
Кирилл замечает нас.
— Заберите её.
Стас проходит мимо.
— Не моя.
Холодно и без интереса.
Затем открывает передо мной дверь машины.
— Тебя отвезу.
— Я еду с Машей.
— На велосипеде?
— Мы дойдём до остановки.
— Хорошо.
Он закрывает дверь.
Ни одного спора.
Кирилл смотрит на него.
— Ты кто и что сделал со Стасом?
— Она попросила.
Маша закатывает глаза.
— Как трогательно. А мне твоего друга куда деть?
— Это твоя проблема.
— Он припарковался возле моего велосипеда!
Стас переводит на меня взгляд.
— Напиши, когда будешь дома.
— Хорошо.
Они с Кириллом уезжают.
Маша смотрит вслед машине.
— Два высокомерных идиота.
— Кирилл предложил тебя подвезти?
— Да.
— И?
— Отказалась.
— Почему?
— Он заявил, что я испорчу ему сиденье мокрой курткой.
— На улице сухо.
— Вот именно!
Через минуту Кирилл присылает ей сообщение.
Маша читает и возмущённо показывает мне:
«Я всё ещё возле светофора. Если передумаешь — две минуты».
— Ненормальный.
Она быстро печатает ответ.
«Разворачивайся».
Я улыбаюсь.
— Что?
— Ничего.
Через три минуты чёрная машина снова останавливается возле входа.
Маша садится на заднее сиденье, перед этим тщательно вытирает подошвы о коврик.
— Ты домой? — спрашивает она меня.
— Зайду в библиотеку. Нужно вернуть книгу.
— Напиши, когда доберёшься.
— Хорошо.
Кирилл смотрит на меня через зеркало.
— Стас попросил проследить, чтобы ты не шла одна.
Я хмурюсь.
— Что?
— Поэтому мы подождём.
— Он снова решил за меня?
— Он попросил меня предложить.
Хитрый.
Формально ничего не нарушил.
— Спасибо, я дойду сама. Здесь пять минут.
— Как скажешь.
Маша высовывается из окна.
— Позвони, когда выйдешь!
— Позвоню.
Машина уезжает.
Я возвращаю книгу и задерживаюсь возле стойки, пока библиотекарь проверяет формуляр. Когда выхожу, в коридоре уже тихо.
Возле лестницы слышны мужские голоса.
Один принадлежит Матвею.
— Так и что у тебя со старостой? — спрашивает кто-то. — Второе свидание было?
— Было.
— И?
— Ничего.
— Даже не дала поцеловать?
Я замедляю шаг.
Этот разговор слушать не следует.
Но следующая фраза Матвея заставляет остановиться.
— Она сейчас помешана на Коршунове.
— Серьёзно? Такая правильная — и с ним?
— Ей нравится строить из себя единственную, ради которой он изменится.
В голосе Матвея появляется раздражение, которого при мне он ни разу не показывал.