Страница 64 из 85
— И за ним можно сидеть на стуле, — добавляю я.
— Можно. Но я хотел предложить другой способ использования.
— Оставь его при себе.
— Моё предложение включает тебя, крошка. При себе не получится.
Из коридора доносится голос Маши:
— Соня, он хранит носки вместе с документами!
— Это новая коробка! — отвечает Кирилл.
— Тогда зачем на ней написано «бельё»?
— Потому что ты открыла не ту!
Я выхожу из спальни.
Кирилл отбирает у Маши коробку. Она держит в руках пачку бумаг и чёрную футболку.
— Там личные вещи, — говорит он.
— Я искала папку с проектом.
— В коробке с бельём?
— У Стаса всё возможно.
— Папка у меня, — сообщает Стас, выходя следом.
Он забирает футболку, бумаги и закрывает коробку.
Маша смотрит на него.
— Ты мог подписать нормально.
— Я подписал.
— Там документы.
— Это договоры на одежду из химчистки.
— Кто хранит договоры на одежду?
— Юрист.
Кирилл тихо смеётся.
Маша бросает на него злой взгляд.
— Что смешного?
— Ты.
— Ещё слово, и я выброшу твой телефон с балкона.
— Сначала дотянись.
— Я нормального роста!
— Для угроз с десятого этажа маловато.
— Кирилл, — спокойно произносит Стас. — Не доводи её до преступления в моей новой квартире.
— Ты заступился? — удивляется Маша.
Стас даже не смотрит на неё.
— За телефон. Он дорогой.
Я закатываю глаза.
Вот он. Настоящий Коршунов. Холодный со всеми, кроме меня.
Мы переносим вещи ещё час. Кирилл собирает рабочий стол, Маша раскладывает книги и продолжает спорить с ним из-за каждой полки. Стас несколько раз пытается увести меня в спальню под разными предлогами.
Сначала ему нужна помощь с рубашками.
Потом с подушками.
Затем он заявляет, что забыл, как проверяется прочность матраса.
Все три попытки проваливаются.
К вечеру Кирилл и Маша уходят вместе. Точнее, он предлагает довезти, она отказывается, после чего выясняется, что следующий автобус будет через сорок минут.
— Я сяду назад, — предупреждает Маша.
— У меня не такси.
— Тогда поеду на автобусе.
— Через сорок минут.
— Подожду.
— Хорошо.
Кирилл выходит.
Маша смотрит ему вслед секунд пять, хватает пальто и бежит за ним.
— Стой! Я сяду назад, но музыку выбираю я!
Дверь закрывается.
Я улыбаюсь.
— Они друг другу понравились.
— Кирилл её терпеть не может.
— Именно поэтому спорил два часа?
— Он любит побеждать.
— Маша тоже.
— Значит, один из них скоро кого-нибудь убьёт.
Стас поворачивает замок.
Мы остаёмся вдвоём.
В квартире сразу становится тише.
На кухне стоят коробки, в спальне лежит разобранная одежда. Пахнет новой мебелью и доставленной едой.
— Пора работать, — говорю я.
— Ты весь день работаешь.
— Защита через несколько недель.
— Сначала покажу кое-что.
Стас берёт меня за руку и ведёт в спальню.
— Если опять матрас…
— Сейчас без пошлостей.
Он открывает нижний ящик шкафа и достаёт небольшую деревянную рамку.
На фотографии Стас лет шестнадцати стоит рядом с пожилым мужчиной возле мотоцикла. Оба в кожаных куртках. Дед держит руку на его плече, Стас улыбается открыто и легко.
Я никогда не видела у него такой улыбки.
— Это дед?
— Да.
— Вы были близки?
— Он единственный в семье разговаривал со мной, а не с будущим владельцем доли.
Стас ставит рамку на тумбу возле кровати.
Первый личный предмет в пустой комнате.
— Мотоцикл его?
— Был его. Потом подарил мне.
— Поэтому ты так им дорожишь.
— Да.
Я рассматриваю фотографию.
— Ты здесь совсем другой.
— Молодой и глупый.
— Счастливый.
Стас смотрит на снимок.
— С ним — да.
Я касаюсь его руки.
Он переводит взгляд на наши пальцы.
— Не жалей меня.
— Я не жалею.
— Тогда что?
— Хочу быть рядом.
Слова вылетают тихо.
Стас становится неподвижным.
Я уже готова отступить и объяснить, что говорю только о сегодняшнем вечере. О проекте. О переезде.
Но он спрашивает:
— Можно тебя поцеловать?
Сердце сразу начинает биться быстрее.
— Можно.
Стас берёт моё лицо в ладони и наклоняется.
Поцелуй начинается мягко. Губы касаются моих медленно, без давления. Потом я сама обхватываю его шею.
Этого хватает.
Ладонь Стаса ложится на талию и притягивает ближе. Я чувствую тепло тела через одежду. Его язык скользит между губ, и дыхание снова сбивается.
Он целует глубже, жаднее.
Шаг.
Ещё один.
Край кровати касается моих ног.
Я напрягаюсь.
Стас сразу останавливается.
— Не положу, — произносит он хрипло.
— Я ничего не сказала.
— Зато испугалась.
— Я не испугалась.
— Тогда чего?
Я смотрю на кровать.
— Я ещё не готова.
Он проводит большим пальцем по моей щеке.
— Хорошо.
— И мы даже не встречаемся.
— Это можно исправить.
— Как?
— Будь моей девушкой.
Прямо.
Без цветов, подготовленной речи и обещаний.
— Ты сейчас предлагаешь встречаться возле разобранной коробки с бельём?
— Могу встать на колено.
— Не нужно.
— Купить кольцо?
— Стас.
— Тогда просто ответь.
Я опускаю руки с его шеи.
— Я не знаю.
В глазах появляется напряжение, но он не давит.
— Из-за Соколова?
— Я отказала Матвею.
Ладонь на моей талии сжимается.
— Когда?
— Вчера написала, что свиданий больше не будет.
— Почему мне не сказала?
— Это был мой разговор.
Он медленно улыбается.
— Крошка.
— Не делай такое лицо.
— Какое?
— Будто уже победил.
— Ты приехала ко мне после свидания, сама попросила о поцелуе и отказала ему.
— Это ещё не отношения.
— Знаю.
— Тогда почему улыбаешься?
— Потому что хочется трахнуть тебя ещё сильнее.
Я упираюсь ладонью ему в грудь.
— Ты всё испортил.
— Неправда. Ты опять покраснела и осталась в моих руках.
Только сейчас замечаю, что не отошла.
— Мне нужно время, — говорю я.
— Бери.
— И ты не будешь торопить?
— Буду.
Я хмурюсь.
— Честно предупредил. Но решение всё равно твоё.