Страница 53 из 85
Он надевает куртку, забирает сумку и выходит в коридор.
Я догоняю возле лестницы.
— Ты злишься?
— Да.
— На меня?
— На него.
— Матвей ничего плохого не сделал.
— Он позвал тебя на свидание.
— Предложил посмотреть материалы.
Стас останавливается на ступени ниже. Теперь наши лица находятся на одном уровне.
— Крошка, мужчина не везёт девушку через половину города ради судебной практики.
— Ты возил меня к себе домой из-за документов.
— Я хотел положить тебя на стол отца.
Лицо мгновенно нагревается.
— Спасибо за уточнение.
— Всегда пожалуйста.
— Матвей ведёт себя уважительно.
— Пока да.
— И ты обещал не вмешиваться.
— Поэтому он всё ещё улыбается.
— Стас.
— Я молчу, не угрожаю и даже не украл его телефон, чтобы отменить встречу. По моим меркам это безупречное поведение.
— Ты думал об этом?
— Первые три способа придумал ещё вчера.
— И что тебя остановило?
Он смотрит на меня.
— Ты.
Одно слово.
Злиться становится сложнее.
Мы спускаемся на первый этаж. Возле гардероба ждёт Маша. Она видит нас и сразу подходит.
— Ну как новый консультант?
— Хорошо, — отвечаю я. — Мы изменили позицию и распределили выступление.
— А сам он как?
— Компетентный.
— Красивый?
Стас берёт мой шарф и молча оборачивает вокруг моей шеи. Движения аккуратные, лицо холодное.
— Маша.
— Что? Мне интересно.
— Красивый, — отвечаю я.
Пальцы Стаса замирают возле моего подбородка.
Я смотрю ему в глаза.
Он заканчивает поправлять шарф и отходит.
— И вы завтра встречаетесь, — добавляет Маша, заметив моё лицо.
— Он покажет материалы с практики.
— В аудитории?
— В кафе.
Подруга медленно переводит взгляд на Стаса.
— А ты разрешил?
Его лицо становится безразличным.
— Она не спрашивает у меня разрешения.
Ответ короткий и холодный. Маша сразу замолкает.
Стас снова смотрит на меня.
— В восемь пришли окончательную таблицу.
— Хорошо.
— Домой поедешь с Машей?
— Да.
— Напиши, когда доберёшься.
— Напишу.
Он разворачивается и уходит.
Маша смотрит ему вслед.
— Ого.
— Что?
— Он сейчас выглядел так, будто собирается голыми руками разобрать Матвея на процессуальные документы.
— Он пообещал не вмешиваться.
— И ты веришь?
Я вспоминаю, как Стас сегодня сидел рядом и молчал, пока Матвей приглашал меня в кафе.
— Да.
Это удивляет даже меня.
Матвей присылает адрес вечером.
Следом отправляет несколько решений и пишет:
«Спасибо за сегодняшнюю работу. Редко встречаю человека, который так быстро ориентируется в материалах».
Я перечитываю сообщение дважды.
Приятно.
Без двусмысленности. Без давления. Обычный комплимент моим знаниям, а не губам, запаху или заднице.
Отвечаю:
«Спасибо. Ваша практика очень помогла».
Через минуту появляется новое сообщение.
«Можем перейти на “ты”? Завтра всё-таки встречаемся вне университета».
Я соглашаюсь.
Телефон сразу вибрирует снова.
Но пишет уже Стас.
«Он пригласил тебя на свидание официально или продолжает прятаться за судебной практикой?»
Я смотрю на экран.
«Это тебя не касается».
Ответ приходит сразу.
«Значит, второе».
«Мы будем работать».
«Конечно».
«Что значит это “конечно”?»
«То же, что твоё “я надела джинсы ради безопасности”».
Я закатываю глаза.
«Ты обещал не вмешиваться».
«Я лежу дома. Соколова не трогаю».
«И не тронешь».
Несколько секунд возле его имени двигаются точки.
«Пока он слышит твоё “нет”».
«Мы это уже обсуждали».
«Я помню каждое твоё слово».
Следом приходит фотография.
Та самая, с конференции. Я в жёлтом платье, стою у окна и читаю список участников. Снимок сделан спереди. Я его ещё не видела.
«Ты обещал не фотографировать меня дальше, а старые я пока разрешила оставить».
«Это старая».
«Зачем прислал?»
«Чтобы ты не надевала это платье завтра».
Я даже сажусь на кровати.
«Почему?»
«Потому что в нём у тебя грудь выглядит так, что я два года хочу разорвать молнию зубами».
Щёки вспыхивают.
«Ты отвратительный».
«Зато честный».
«Я надену то, что захочу».
«Знаю».
Пауза.
«Но если выберешь жёлтое, после свидания приедешь ко мне».
«С чего бы?»
«Я буду считать это личным приглашением к молнии».
Я выключаю экран.
Через несколько секунд телефон снова вибрирует.
Не смотрю.
Потом всё же смотрю.
«Спокойной ночи, крошка».
И ещё одно:
«Не представляй мои зубы. Тебе завтра рано вставать».
Я бросаю телефон на подушку.
Пять минут лежу и смотрю в потолок.
Потом встаю, открываю шкаф и убираю жёлтое платье подальше.
Только потому, что на улице прохладно.
И по совершенно никакой другой причине.
На встречу с Матвеем я надеваю тёмно-синюю юбку до колен, светлую блузку и пальто.
Никакого жёлтого.
Никаких молний.
Стас видит меня на первой паре и долго смотрит на юбку.
— Даже не начинай, — предупреждаю я, садясь рядом.
— Ты выбрала пуговицы.
Я опускаю взгляд.
На блузке действительно маленькие белые пуговицы.
— Это обычная одежда.
— Сколько их?
— Тебе заняться нечем?
— Семь.
— Ты считал?
— Уже представил, как расстёгиваю.
— Мы на лекции.
— Поэтому только представляю.
Я открываю тетрадь.
— Сегодня ты ведёшь себя прилично.
— Зачем?
— Потому что я попросила.
Стас наклоняется к моему уху.
— Хорошо. Но если вечером Соколов скажет, что у тебя красивые глаза, помни: он просто боится признаться, что всё это время смотрел на грудь.
— У Матвея мысли могут работать иначе.
— У него член работает так же.
Ручка замирает над тетрадью.
— Стас.
— Всё. Последняя.
Он отодвигается и действительно замолкает.
После пары мы расходимся. Стас уезжает по делам, я провожу день в библиотеке, затем еду в кафе.
Матвей уже ждёт.
На нём серое пальто и тёмная рубашка. При моём появлении он встаёт, помогает снять верхнюю одежду и отодвигает стул.
— Рад, что ты пришла.