Страница 52 из 85
— Коршунов.
Снова эта мужская пауза, в которой никто не произносит ничего грубого, но воздух становится тяжелее.
Я открываю папку.
— Матвей нашёл практику по срокам уведомления банка.
— Я тоже, — отвечает Стас.
— Тогда сравним.
Следующие полтора часа проходят удивительно продуктивно.
Матвей предлагает строить защиту на буквальном толковании дополнительного соглашения. По его версии, гарантия восстановилась с момента составления акта о недостатках. Стас спорит: банк связан только теми документами, которые получил вместе с требованием.
Они говорят спокойно, но каждый новый аргумент звучит как удар.
— Заказчик выполнил условие договора, — говорит Матвей. — Дата уведомления банка влияет на проценты, но не на основную сумму.
— Банк не участник отношений заказчика с поставщиком, — отвечает Стас. — Пока ему не сообщили о восстановлении обеспечения, обязательство считалось прекращённым.
— После получения акта препятствие исчезло.
— Тогда нужно было направить новое требование.
— Суд может признать первоначальное действующим.
— Может. Если хочет, чтобы его решение отменили в апелляции.
Матвей смотрит на него.
— Ты всё такой же.
— Умнее стал.
— Скромнее — нет.
— Не было причин.
Я постукиваю ручкой по столу.
— Мы можем закончить выяснение ваших достоинств и вернуться к делу?
Оба замолкают.
Матвей первым улыбается.
— Разумное предложение.
Стас поворачивается ко мне.
— Моими достоинствами займёмся позже.
Его колено сильнее прижимается к моему.
Я сразу понимаю, что он имеет в виду.
— Убери ногу.
Он выполняет просьбу.
Матвей наблюдает за нами, но ничего не спрашивает.
Мы составляем две линии защиты и переходим к выступлению. Матвей предлагает провести пробное заседание. Он берёт роль судьи, Стас — представителя банка, мне достаётся позиция истца.
Я встаю за кафедру, раскладываю документы и начинаю.
— Уважаемый суд, отказ банка в выплате противоречит условиям независимой гарантии…
Матвей прерывает через две минуты.
— Почему вы считаете акт действительным, если поставщик утверждает, что получил письмо без вложения?
— Отправитель представил журнал исходящей корреспонденции.
— Внутренний документ заинтересованной стороны.
— Подлинность журнала подтверждается электронной подписью сотрудника и резервной копией сервера.
— Содержание вложения всё равно не установлено.
— Косвенные доказательства рассматриваются в совокупности. Поставщик ответил на письмо через два дня и потребовал дополнительный срок для устранения дефектов. Значит, содержание акта ему было известно.
Матвей кивает.
— Хорошо.
— Слабо, — говорит Стас.
Я поворачиваю голову.
— Почему?
— Ответ поставщика мог относиться к предыдущей претензии.
— В письме указан номер акта.
— В теме. Её мог изменить отправитель при выгрузке переписки.
— Экспертиза подтвердит дату.
— Её в деле нет.
Он смотрит на меня спокойно, ожидая ответа.
Я перебираю материалы.
— Тогда вызовем сотрудника поставщика, который направил ответ.
— Уволился два года назад.
— Его можно найти.
— Уже нашёл. Живёт в Казани и отказывается участвовать.
— Откуда у тебя эта информация?
— Позвонил утром.
Матвей откидывается на спинку стула.
— Ты связался со свидетелем реального дела?
— Дело завершено. Я задал вопрос о переписке.
— И что он ответил?
— Вложение было.
Я смотрю на Стаса.
— Почему сразу не сказал?
— Хотел проверить, найдёшь ли другой путь.
— Это учебная работа, а не твой личный экзамен для меня.
— Ты нашла.
— Дело не в этом.
— Знаю. Больше не буду.
Снова быстрый ответ.
Матвей переводит взгляд с него на меня.
Кажется, для человека, знавшего прежнего Коршунова, происходящее выглядит удивительно.
— В таком случае позиция истца становится сильнее, — говорю я. — Поставщик подтвердил получение акта.
— А банк всё равно узнал позже, — отвечает Стас. — Значит, убираем часть процентов и штраф.
— Согласен, — говорит Матвей. — Хорошая резервная позиция.
Он делает пометку в документах.
— На защите лучше выступать Соне.
Я поднимаю глаза.
— Почему?
— Вы спокойно реагируете на вопросы и быстро перестраиваетесь.
— Она знает материалы лучше нас, — добавляет Стас.
Я смотрю на него.
Комплименты от Матвея приятны. Но именно слова Стаса вызывают тёплое движение внутри.
Потому что он не просто хвалит. Он действительно считает меня сильнее в этой части и спокойно говорит об этом при человеке, с которым соперничает.
— Тогда я подготовлю основное выступление, — решаю я. — Вы разделите ответы на вопросы по договору и банковской практике.
— Подходит, — соглашается Матвей.
Стас кивает.
Мы заканчиваем к шести. Матвей собирает бумаги и предлагает отправить мне шаблон процессуальной позиции.
— Могу ещё показать несколько дел, которых нет в открытой картотеке. У меня остались копии с практики.
— Было бы полезно.
— Они на домашнем компьютере. Если завтра свободна, можем встретиться после пар.
Стас застёгивает сумку.
Молчит.
Я жду хотя бы одного комментария.
Ничего.
— Во сколько? — спрашиваю я.
— В пять. В кафе возле набережной удобно?
Это уже далеко от университета.
И для передачи нескольких файлов кафе вообще не требуется.
Матвей смотрит прямо на меня. Улыбается сдержанно. Не давит.
Он мне приятен.
Красивый, умный, воспитанный. Говорит о работе, слушает ответы, не называет крошкой и не рассказывает за столом о своём члене.
Именно с такими мужчинами нормальные девушки ходят на свидания.
— Хорошо, — отвечаю я. — В пять.
Стас продолжает складывать документы.
Только молния на сумке закрывается слишком резко.
— Тогда напишу адрес, — говорит Матвей.
— Договорились.
Он помогает мне надеть пальто и прощается. Со Стасом они снова обмениваются короткими кивками.
Когда дверь закрывается, я поворачиваюсь к Коршунову.
— Ты молчишь.
— Ты просила.
— И даже ничего не скажешь?
— Хочешь услышать?
— Я просто удивлена.
— Тогда продолжай удивляться.