Страница 42 из 85
— Спасибо. Я скажу.
Я не оправдываю его. Не собираюсь убеждать себя, что поцелуй стал честной платой. Стас поставил меня перед выбором, прекрасно зная, насколько важен проект.
Но решение всё равно приняла я.
И поцеловала его тоже я.
С этой частью разбираться придётся самой.
В коридоре Стас стоит возле окна. Маша расположилась напротив и смотрит на него с таким выражением, будто ждёт удобного момента столкнуть вниз. Он держит руки в карманах и отвечает ей односложно.
— Если Соню снимут с конкурса, это будет из-за тебя.
— Не снимут.
— Ты уверен?
— Да.
— Твой отец уже написал в университет.
— Его письмо ничего не доказывает.
— А если он напишет ещё одно?
— Отвечу.
Стас замечает меня. Лицо сразу меняется. Взгляд становится живым, внимательным, проходит по волосам, лицу и задерживается на губах.
С Машей он стоял холодный и отстранённый. Теперь в уголке рта появляется знакомая усмешка.
— Всё? — спрашивает он.
— Проект продолжается.
— Я говорил.
Маша подходит ко мне и берёт под локоть.
— Пойдём. Нам нужно поговорить.
— У меня тоже есть к ней разговор, — сообщает Стас.
— Твой закончился в аудитории.
Он медленно переводит на неё взгляд.
— Откуда знаешь?
Маша смотрит на моё лицо.
Потом на его губы.
Её глаза расширяются.
— Вы целовались?
Несколько студентов возле расписания поворачивают головы.
— Тише, — прошу я.
— Вы целовались, — повторяет она шёпотом, от которого слышно ещё лучше.
— Маша.
— Он тебя поцеловал?
Я чувствую на себе взгляд Стаса. Довольный, тяжёлый, ожидающий.
Можно соврать. Сказать, что ничего не было. Увести Машу и оставить его наслаждаться собственным величием в одиночестве.
Только врать подруге я не хочу.
— Я его, — признаюсь тихо.
Маша открывает рот.
Стас улыбается.
— Обожаю честных женщин.
— Тебя никто не спрашивал, — отрезает Маша.
Он пропускает её слова и обращается ко мне:
— В два часа библиотека. Нам нужно проверить реестр и запросить дело в архиве.
— Я помню.
— Умница.
Стас наклоняется к моему уху. Я успеваю напрячься, но он не касается.
— И да, крошка. Ты забыла помаду в зале суда.
У меня сегодня её вообще нет.
Я понимаю это через секунду.
Он уже уходит по коридору.
Маша провожает его взглядом, затем медленно поворачивается ко мне.
— В туалет. Сейчас.
— У нас обед.
— Отлично. Пообедаем твоими объяснениями.
Она затаскивает меня в женский туалет, проверяет кабинки и запирает дверь. Я ставлю сумку на подоконник и подхожу к зеркалу.
Губы выглядят ярче обычного. На нижней есть маленькое красное пятнышко. Волосы возле виска выбились из хвоста. Я поправляю их, стараясь не вспоминать, как пальцы Стаса лежали у меня на затылке.
— Рассказывай, — требует Маша.
— Он отказался подписывать декларацию без условия.
— Какого?
Я смотрю на неё через зеркало.
— Поцелуй.
— Вот больной.
— Маша.
— А что? Это шантаж.
— Да.
— И ты согласилась?
— Да.
— Соня, он тебя вынудил.
Я разворачиваюсь.
— Он поставил условие. Это отвратительно, и я ему об этом сказала. Но у меня был выбор. Я могла отказаться от проекта или обратиться в комиссию. Я решила поцеловать его.
— Ради конкурса?
— В тот момент — да.
Маша прищуривается.
— А потом?
Вот зачем мне подруга с развитым умением замечать самое неудобное?
— Что потом?
— Тебе понравилось?
— Это не относится к проекту.
— Значит, понравилось.
— Я такого не говорила.
— У тебя лицо красное.
— Здесь душно.
Маша подходит ближе и берёт меня за плечи.
— Соня, он псих. Красивый, умный, богатый псих с мотоциклом и отцом, который бьёт его в собственном кабинете. Такие истории хорошо читать. Жить внутри них гораздо хуже.
— Я знаю.
— Правда?
— Я не считаю его поведение нормальным. Не собираюсь оправдывать шантаж тем, что он мне нравится.
Последние слова вылетают раньше, чем я успеваю остановиться.
Маша медленно моргает.
Я закрываю глаза.
Чудесно.
— Он тебе нравится?
— Я сказала не это.
— Ты сказала именно это.
— Я привела пример.
— На себе.
— Маша.
— Всё, молчу. — Она выдерживает две секунды. — Это был твой первый поцелуй?
Я смотрю на раковину.
— Соня?
— Да.
— И ты отдала его Коршунову за подпись?
Если сформулировать так, хочется пойти обратно и потребовать возврат.
Только как он должен его вернуть?
Нет. Об этом лучше вообще не думать.
— Я не отдала его, — говорю я. — Я сама решила.
— И как?
— Что?
— Как целуется псих?
В памяти сразу возвращается его ладонь на моей талии. Пальцы в волосах. Тёплый язык, скользнувший по моему. То, как Стас замер на секунду, когда я ответила. Как сильнее прижал меня к себе.
Низ живота тянет.
— Нормально, — произношу я.
Маша смотрит на меня с жалостью.
— Бедная моя правильная девочка. Ты влипла.
— Я никуда не влипла.
— Конечно. Поэтому уже минуту гладишь нижнюю губу.
Я резко убираю руку.
Эта привычка передаётся через поцелуй? Стас тоже постоянно её трогает.
— Пойдём обедать.
— А если он снова поставит условие?
— Я откажусь.
— Уверена?
Я беру сумку.
— Да.
Теперь осталось убедить в этом организм, который от одного воспоминания о нём устраивает во мне пожар.
На следующей паре Стас садится за мной.
Именно туда, где сидел в начале семестра, когда ещё появлялся раз в неделю и раздражал меня одним своим присутствием. Его колени упираются в спинку моего стула. Ручка лениво крутится между пальцами.
Я чувствую его взгляд на затылке.
Первые десять минут стараюсь слушать преподавателя. Записываю тему, номер постановления пленума, основные признаки. Потом Стас наклоняется вперёд.
— Ты пахнешь сильнее, когда нервничаешь.
Ручка оставляет на бумаге длинную синюю полосу.
— Мы на лекции, — шепчу я, не оборачиваясь.
— Я заметил.
— Тогда слушай.
— Слушаю, как ты дышишь.
Щёки нагреваются.
Я медленно поворачиваю голову.
— Ещё одна подобная фраза, и я пересяду.
— К Маше?
— На первую парту.