Страница 41 из 111
Глава 9
Глава 9
Глава 9
Просыпаюсь от солнечного света.
Он пробивается через щель между шторами и ложится прямо на лицо. Я морщусь, поворачиваю голову и утыкаюсь носом в подушку, которая пахнет Данилом.
Несколько секунд лежу с закрытыми глазами.
Кровать слишком большая.
Матрас не мой.
Под одеялом я голая.
Воспоминания возвращаются сразу.
Диван. Поцелуй. Спальня. Руки Данила. Его губы на моей груди. Боль, смешанная с удовольствием. Моё собственное имя, которое он произносит совсем не так, как раньше.
Я резко открываю глаза.
Рядом никого нет. Подушка Данила смята, одеяло отброшено. Из-за двери доносится шум воды, значит, он в душе.
На тумбе стоит мой стакан. Рядом телефон и аккуратно сложенное чёрное бельё.
Очень заботливо.
Особенно трусики.
Я хватаю их и прячу под одеяло, словно Данил ещё не видел всё, что они должны закрывать. Потом медленно сажусь.
Тело сразу напоминает о вчерашнем.
Между ног тянет, бёдра болят, на шее чувствуется лёгкое жжение. Я опускаю взгляд. На груди остались розовые следы от его губ, на левом бедре — отпечатки пальцев.
На Даниле, если вспомнить его спину, тоже есть что предъявить.
Справедливо.
Я тянусь к телефону. Девять двадцать семь. От мамы одно сообщение:
«Доброе утро. Не торопитесь. Мы завтракаем поздно».
«Не торопитесь».
Мы.
Я закрываю лицо ладонями.
Мама уверена, что мы с Данилом просто смотрели фильм. Возможно, уснули на диване. Возможно, я заняла гостевую комнату.
Точно не предполагает, что её образцовая дочь провела ночь голой в хозяйской спальне.
Хотя после сердечка в конце вчерашнего сообщения я уже ни в чём не уверена.
Шум воды прекращается.
Паника подбрасывает меня с кровати быстрее любого будильника. Я натягиваю бельё, сразу морщусь от неприятного ощущения и начинаю искать одежду.
Джинсы и свитер сложены на кресле. Бюстгальтер лежит сверху. Всё аккуратно, кроме вещей Данила, которые он бросил рядом на пол.
Очень показательное отношение к имуществу.
Надевать вчерашний свитер пока не хочется. Нахожу на ручке шкафа чёрную футболку Данила и натягиваю её через голову. Она пахнет стиральным порошком и немного его парфюмом, закрывает попу и заканчивается на середине бёдер.
В этот момент открывается дверь ванной.
Данил выходит в серых спортивных брюках и с полотенцем на шее. Волосы мокрые, по груди ещё скользят капли воды. Увидев меня, он останавливается.
Его взгляд медленно опускается к футболке.
— Доброе утро, — говорю я первой.
— Доброе.
Он продолжает смотреть.
— Что?
— Это моя футболка.
— Я в курсе.
— Тебе идёт.
Голос становится ниже. Данил подходит ближе, берётся пальцами за край ткани возле моего бедра и слегка тянет.
— Тогда подаришь.
— Забирай.
— Так легко?
— На тебе она выглядит лучше.
Щёки начинает греть. Нужно срочно сменить тему.
— У тебя есть новая зубная щётка?
— В верхнем ящике ванной.
— Спасибо.
Я пытаюсь пройти мимо, но Данил остаётся на месте. Между кроватью и стеной достаточно пространства, однако он каким-то образом занимает всё.
— Пропусти.
— Ты хромаешь.
— Не хромаю.
Делаю шаг.
Тянущая боль заставляет двигаться осторожнее.
Данил опускает взгляд на мои ноги, и его лицо становится серьёзным.
— Сильно болит?
— Терпимо.
Он проводит ладонью по моему бедру и наклоняется, собираясь поднять футболку.
Я шлёпаю его по руке.
— Даже не думай.
— Хочу посмотреть.
— На что?
— Нет ли крови.
От прямого ответа становится неловко. Я одёргиваю футболку ниже.
— Я сама посмотрю.
Данил не спорит. Берёт меня за подбородок и поворачивает лицо в сторону окна. Его большой палец проходит по шее.
— Здесь след.
Я сразу прикрываю кожу ладонью.
— Видно?
— Если убрать волосы.
Распускаю платиновые пряди вперёд и проверяю, закрывают ли они шею. Чёрная прядь падает точно на нужное место.
— Значит, волосы не уберу.
— Тебе идёт.
— Что именно? След от твоих зубов?
— Тоже.
Я возмущённо смотрю на него.
Данил улыбается и наклоняется. Я успеваю упереться ладонями ему в грудь.
— Нет.
Он останавливается в нескольких сантиметрах от губ.
— Почему?
— Я ещё не чистила зубы.
— Мне всё равно.
— А мне нет.
Улыбка становится шире. Данил целует меня в лоб и отступает.
— Щётка в ящике. Полотенце чистое на полке. Я приготовлю завтрак.
Он поднимает с пола свою одежду и выходит из спальни. Я провожаю его взглядом.
Слишком спокойно.
Будто мы не переспали впервые, а просто проснулись после обычной ночёвки.
Мне бы такую выдержку.
В ванной тепло и пахнет гелем для душа. На зеркале остался пар, возле раковины лежат часы Данила, расчёска и флакон парфюма. Всё расставлено аккуратно. Даже полотенца сложены ровными стопками.
Открываю верхний ящик. Внутри лежат две новые зубные щётки в упаковках, бритвенные принадлежности и небольшой флакон антисептика.
Беру розовую щётку.
Через десять минут выхожу чистая, причёсанная и немного спокойнее. Платиновые волосы оставляю распущенными, чёрную прядь укладываю поверх следа на шее. Футболка Данила всё ещё на мне. Переодеваться собираюсь после завтрака.
Из кухни доносится запах кофе и жареного хлеба.
Я прохожу по коридору в гостиную. Телевизор выключен, миска с попкорном убрана, на диване лежит аккуратно сложенный плед. Если бы не моя заколка возле подушки, ничего не напоминало бы о вчерашнем вечере.
Данил стоит у плиты. Теперь на нём белая футболка и те же серые брюки. На сковороде жарится омлет, в тостере подрумянивается хлеб. На кухонном острове уже стоят чайник, лимон, сахарница и упаковка обезболивающего.
— Ты решил открыть филиал ресторана? — спрашиваю я, садясь на высокий стул.
— Мама велела накормить.
— Боишься её?
— Твою — да.
— Правильно.
Он выключает плиту, перекладывает омлет на две тарелки и ставит одну передо мной. Рядом придвигает стакан воды и таблетку.
— Выпей после еды.
— Я не развалюсь.
— Знаю.
— Тогда зачем смотришь так, будто сломал меня?
Пальцы Данила замирают на ручке сковороды.
Он ставит её в раковину и поворачивается.
— Потому что вчера тебе было больно.