Страница 24 из 111
Глава 5
Глава 5
Глава 5
После разговора с Данилом я прихожу на английский за минуту до звонка.
Соня заняла нам места во втором ряду, у окна. Аудитория небольшая, с голубыми стенами, интерактивной доской и картой мира над преподавательским столом. За окном виден стеклянный переход, по которому студенты торопятся между корпусами. Я сажусь рядом, ставлю сумку под ноги и достаю тетрадь.
— Ну? — Соня поворачивается ко мне всем корпусом. — Выяснила?
— Он обиделся, что я не рассказала о Кирилле раньше.
— Только поэтому?
— А что ещё?
Она прижимает губы друг к другу, но в её глазах уже готов ответ, который мне не понравится.
— Ничего.
— Говори.
— Ты всё равно начнёшь спорить.
— Не начну.
— Он в тебя влюблён.
Я смотрю на неё несколько секунд, затем открываю тетрадь и аккуратно пишу число в верхнем углу страницы.
— Я была права, — заключает Соня. — Ты начала спорить ещё до первой фразы.
— Я молчу.
— Очень громко.
— Данил не влюблён в меня.
— Конечно.
Я поворачиваюсь к ней.
— Мы дружим с детства. Я видела его с разбитым носом, зелёнкой на коленях и в пижаме с динозаврами.
— Убедила. После пижамы с динозаврами любовь невозможна.
— Вот именно.
— Крис, я пошутила.
Я убираю ручку и понижаю голос, потому что в аудиторию уже заходит преподавательница.
— Данил знает обо мне всё. Мы друг для друга как родственники.
— Он тебе не брат, — повторяет Соня вчерашние слова Кирилла.
— Почему все внезапно начали это уточнять?
Она пожимает плечами и поворачивается к доске. На этом разговор заканчивается, но дурацкая фраза остаётся в голове.
Данил в меня влюблён.
Ерунда.
Если бы это было так, я бы знала. Мы постоянно переписывались все три года. Он рассказывал мне об учёбе, тренировках, ссорах с родителями и планах вернуться. Я жаловалась ему на экзамены, одноклассниц и мамину привычку снимать всё, что происходит за завтраком. Данил не умеет скрывать от меня важные вещи.
Хотя о том, что вырос ещё на восемь сантиметров, сменил очки на линзы и обзавёлся телом человека, который может поднять меня одной рукой, он тоже не предупредил.
Но это другое.
Наверно—
Я мысленно обрываю себя ещё до того, как запрещённое слово успевает оформиться полностью. Нет. Не «наверно». Данил просто ревнует меня как друг. Он привык, что я всегда рядом, а теперь рядом появился Кирилл. Ничего романтического в этом нет.
На середине занятия телефон в сумке коротко вибрирует. Я не достаю его, но сразу думаю о Даниле. Вдруг решил извиниться? Или передумал насчёт поездки домой?
После звонка преподавательница задерживает нас, чтобы объяснить правила устных презентаций. Только через десять минут мы выходим в коридор, где уже собралась очередь к кофейному автомату.
Я достаю телефон.
Сообщение от Кирилла:
«Пообедаем? Я освобожусь через двадцать минут».
От Данила ничего.
Пишу Кириллу, что буду ждать в столовой, и открываю нашу переписку с Данилом. Последнее моё сообщение — фотография расписания, которую я отправила вчера вечером. Он поставил реакцию в виде поднятого большого пальца.
Три года общения сократились до одного пальца.
Очень содержательно.
— Идём? — Соня застёгивает джинсовую куртку.
— В столовую. Кирилл подойдёт.
— Данил не придёт?
Я блокирую телефон и убираю его в сумку.
— У него своя жизнь.
— А у тебя своя?
— Представь себе.
Мы спускаемся по лестнице, проходим через стеклянный переход и выходим во внутренний двор. После утреннего солнца снова набежали облака. Ветер гоняет по дорожкам первые жёлтые листья, возле фонтана никто не сидит, а под навесом кофейни столпились студенты.
В столовой шумно. Свободный столик находим только у дальней стены, рядом с автоматами. Я беру овощной салат, куриную котлету и чай. Соня выбирает суп и булочку, после чего минуту пытается расплатиться телефоном через терминал, который не желает признавать её существование.
Кирилл приходит, когда мы уже садимся. На нём тёмно-синяя толстовка и чёрные брюки. Волосы растрёпаны после ветра, в руке он держит две бутылки воды.
— Привет. — Он наклоняется и целует меня в щёку.
— Привет.
Кирилл ставит одну бутылку передо мной, здоровается с Соней и уходит к линии раздачи. Я провожаю его взглядом.
— Милый, — замечает она.
— Вчера ты смотрела на него так, будто он добровольно пришёл на казнь.
— Я боялась за него.
— Данил никого не бьёт.
Соня поднимает ложку.
— Ты говорила, он занимается боксом.
— Это не значит, что он бросается на людей.
Возле входа появляется знакомая высокая фигура. Данил заходит в столовую вместе с Женей и Максимом. Сегодня он в той же тёмной рубашке, которую я видела утром. Женя держит его под руку и что-то говорит, подняв к нему лицо. Данил слушает, наклонившись, потому что она ниже него.
Я машинально выпрямляюсь.
Он замечает меня не сразу. Сначала берёт поднос, отвечает Максиму, затем проводит взглядом по залу. Наши глаза встречаются.
Я поднимаю руку.
Данил смотрит на Кирилла, который возвращается к столу с тарелкой и садится рядом со мной. После этого переводит взгляд на Женю. Она всё ещё держится за его локоть.
Он ничего не говорит и направляется к другому концу линии раздачи.
— Он нас видел? — спрашивает Соня.
— Видел.
— И не подошёл.
— У него своя компания.
Кирилл открывает бутылку воды и придвигает её ко мне.
— Ты о ком?
— О Даниле.
Его рука на крышке замирает.
— Он здесь?
— У раздачи.
Кирилл оборачивается. Данил стоит к нам спиной и выбирает горячее. Женя рядом с ним тянется к верхней полке за стаканом, но не достаёт. Данил снимает его и передаёт ей.
— Пусть обедает, — говорит Кирилл и разворачивается обратно. — Мы же не обязаны всё делать вместе.
— Не обязаны.
Я беру вилку и принимаюсь за салат. Через несколько минут Данил проходит мимо нашего столика. В руках у него поднос, Женя идёт рядом, Максим — чуть позади.
— Привет, — окликаю я.
Он останавливается.
— Привет.
Взгляд скользит по моей тарелке, по бутылке воды, потом по Кириллу.
— Данил, — сдержанно здоровается тот.
— Кирилл.
Женя смотрит с одного на другого. Максим опускает голову и очень внимательно изучает содержимое своего подноса.