Страница 89 из 378
Глава 19
Древний Источник
— Просыпайся, дитя.
Тихий голос коснулся моего сознания, просочившись сквозь пелену тьмы. Он звучал как колыбельная, но в то же время — как зов, от которого сжималось сердце. Не зов утешения, а зов долга, от которого не убежать.
— Зачем ты пришла ко мне?…
— Я никуда не приходила…
— прошептала я в ответ, и голос прозвучал глухо, будто из глубины колодца. Этот мир принес мне только боль и страх. Я устала чувствовать. Устала существовать. Оставьте меня в покое.
— Чего ты хочешь, дитя?
— настаивал голос, и в его мягкости сквозила неумолимая сила.
— Ничего… Меня больше нет.
— Я попыталась погрузиться в безмолвную тьму, сжаться в комок небытия.
Но что-то не пускало. Какая-то неведомая сила, словно тонкие, невидимые щупальца света, впивалась в самое нутро, выворачивая душу наизнанку. Она тянула наружу каждую мысль, каждую рану, каждую слезу, что я так тщательно прятала.
— Говори, дитя…
— приказал голос, и его звучание стало тверже, безжалостнее.
Боль. Страх. Воспоминания.
Они нахлынули, как бурная река, сметая все на своем пути.
Таверна. Леама. Ее теплая, живая улыбка…
Ищейки. Их холодные, бездушные глаза. Когти, сверкающие в темноте.
Тасио… его любовь и его смерть. Дорок и его предательство, пронзившее сердце острее любого клинка.
Терас и его добрая улыбка.
Лес. Карион. Его хмурый взгляд, в котором таилась целая буря.
Ведьма Миада и её безумная улыбка… Леама, падающая замертво.
И наконец — я перед зеркалом. Кто я?
— Чего ты хочешь, дитя?
— голос звучал уже прямо в моем разуме, не оставляя возможности спрятаться.
— Кто я?
— вырвалось у меня, почти криком, отчаянным и полным боли.
— Скажи мне!
— Ты — человек в теле ведьмы. Ты — непосвященная. Ты — потомок первой, что когда-то пришла ко мне за помощью.
— Как мне стать настоящей собой?
— голос дрожал, но в нем загорелась искра надежды.
— Ты хочешь снова стать человеком?
— Разве у меня есть выбор?
— в моих словах прозвучала вся горечь потерянной жизни.
Тишина стала густой, давящей. Потом голос зазвучал снова, мягче, но от этого его мощь ощущалась еще острее.
— Я чувствую в тебе силу, дитя. Она течет в твоих жилах, как крохотная частичка меня. Для этого мира — это огромная власть. Ты хочешь власти?
— Нет!
— ответила я без колебаний.
— Тогда чего ты хочешь?
— Я не знаю… — призналась я, и голос мой сорвался. — Я живу не своей жизнью. Чувствую не свои чувства. Я… потерялась. Я так одинока.
Тишина снова сгустилась, будто сама тьма прислушивалась к моим словам, взвешивая их.
— Я могу дать тебе новое тело. Твое. То, что принадлежит тебе по праву крови. Но взамен ты выполнишь мою просьбу. И отступить у тебя не будет возможности, иначе ты умрешь.
— Я… стану собой?
— сердце екнуло.
— Не совсем. Ты начнешь с чистого листа, переродишься. Я открою тебе доступ к твоей силе, но учиться управлять ею ты будешь сама. Так же, как и своими желаниями… и своей болью.
— А память? Моя человеческая жизнь?
— спросила я, уже зная ответ, чувствуя, как сжимается горло.
— Это то, чем ты пожертвуешь. Но твои воспоминания этого мира останутся с тобой.
Я замерла.
Цена… Всегда есть цена.
— Решайся, дитя. Пока твой спутник не умер на моем дне.
— Спутник?
Я метнулась в воде, и тут же увидела его.
Карион…
Он лежал на дне, без движения, его темные волосы разметались как водоросли, лицо было спокойным и бледным.
— Зачем ты его утопил⁈
— голос сорвался, сердце бешено заколотилось, вытесняя всю боль и нерешительность.
— Он не имеет ко мне никакого отношения! Отпусти его! Прошу!
— Он вошел в воды добровольно. Чтобы ты попала ко мне.
— Что?.. Не понимаю… Зачем?
— я смотрела на его безжизненное тело, и что-то острое и горячее сжалось внутри.
— Ты была на грани смерти. Он принес тебя сюда и потребовал исцелить.
Горло сжалось от нахлынувших чувств.
Он… добровольно? Ради меня?
— Так не должно быть!
— крикнула я, и в голосе послышались слезы.
— Верни его! Он не должен умирать из-за меня!
— Если примешь мой дар
— сама спасешь его.
Я закрыла глаза. Передо мной проплыли образы: его хмурый взгляд, его молчаливая сила. Он был тем, кто бросился ко мне, как только Миада пронзила меня заклятьем и он принес меня сюда. И теперь он лежал на дне из-за своего решения… спасти меня.
— Что я должна сделать?
— спросила я, и в голосе зазвучала сталь, которой не было секунду назад.
— Другое дитя древней ведьмы, потомок, принявший тьму, хочет разрушить барьер между мирами. Она ослеплена властью. Останови ее.
«Миада».
— Да. Убей ее. И принеси мне Книгу Вечности. Я скрою ее в своих водах. Равновесие не должно быть нарушено.
— Убить?
— прошептала я, и по телу пробежала дрожь.
— Ты справишься с этим. И ты не одна. В этом мире есть тот, кто предназначен тебе. Помоги мне восстановить баланс — и живи дальше так, как захочешь.
Я сделала глубокий вдох, словно это был мой первый и последний. Смотрела на темную фигуру на дне. На его спокойное, прекрасное лицо.
— Я принимаю твой дар.
— Тогда запомни: имя твое отныне — Мирада. Оно означает гармонию светлой магии и тьмы, что будут внутри тебя.
И тут я почувствовала резкую боль.
Острая, всепоглощающая, будто тысячи игл впиваются в кожу, будто кости ломаются и срастаются заново. Я закричала, но звука не было — только гул в ушах, только жар, растекающийся по венам, как расплавленный металл.
Не выдержу…
Не выдержу…
Слишком дикая боль…
И вдруг — тишина.
Боль исчезла, оставив лишь легкое, покалывающее тепло.
Я была другой. Сильной. Целой.Собой.
Я открыла глаза и первым делом рванулась вниз, к нему. Схватила Кариона за руку и с новой, неведомой силой оттолкнулась ото дна. Мы вырвались на поверхность. Воздух обжег легкие, но я жадно вдохнула, одной рукой цепляясь за берег, другой — удерживая его.
Живи…
— Какой же ты тяжелый… — сквозь зубы прошипела я, с невероятным усилием вытаскивая его массивное тело на берег.
Его кожа была холодной и бледной. Губы посинели.
Нет. Хватит. Хватит смертей вокруг меня!