Страница 116 из 378
Кот… Может, мы его расплющим в лепешку, пока будем лететь?
Но заканчивать мысль было уже некогда. Мир резко качнулся, и я вскрикнула, впиваясь ногтями в кожаную оправу седла. Каул встал в полный рост, и теперь мы находились на головокружительной высоте. Земля ушла из-под ног, оставив в животе неприятное ощущение падения.
Да поможет нам Святой Источник,
— отчаянно подумала я.
Сбоку послышался голос Римала. Я обернулась и увидела, что он уже сидел в седле своего каула, позади одного из стражников.
— Полетите за нами и держитесь крепче! — крикнул он нам напоследок.
Каул издал оглушительный, пронизывающий до костей рев — его мощные мышцы напряглись подо мной, крылья расправились во всю свою исполинскую ширь.
Мир превратился в ослепительный, оглушающий вихрь. Ветер свистел в ушах, яростно рвал волосы, выбивал слезы из глаз, но какое это имело значение, когда мы взмывали вверх, к самым звездам! Мое сердце бешено колотилось, сливаясь в едином ритме с мощными взмахами крыльев каула. Я чувствовала каждое движение его мускулов под кожей, покрытой прохладной чешуей, каждый порыв ветра, который он рассекал с невероятной силой. В эти первые секунды страх и восторг сплелись воедино, заставляя кровь петь в жилах. Мы были одним целым с этим великолепным, древним существом.
А потом… Потом мы оказались над облаками. И нас окутало густое марево.
Похоже каул с помощью своей магии сделал тот самый защитный купол, о котором говорил Карион.
Внезапно наступила тишина. Бескрайнее, безмятежное море пушистых облаков расстилалось под нами, утопая в первых лучах восходящего солнца. Они окрашивали горизонт во всевозможные оттенки розового. Ветер, еще недавно дикий и яростный, теперь лишь ласково обнимал нас, играя прядями волос и остывающей кожей. Воздух был чистым, холодным и пьянящим, словно наполненным самой магией.
И сквозь этот шепот ветра я почувствовала, как губы Кариона мимолетно, почти невесомо коснулись моего уха:
— Нравится полет?
У меня перехватило дыхание. Я не ответила.
Не могла.
Вместо этого я просто повернула голову и встретилась с его взглядом — впервые за все это время таким открытым, таким… безоружным. В его глазах не было ни лжи, ни тяжкого груза тайн, только тихое, разделяемое изумление перед красотой мира. Что-то дрогнуло внутри, ледяная стена обиды дала первую трещину и в груди, вопреки всему, распустилось странное, сладкое и горькое одновременно, чувство.
Но сказка не могла длиться вечно. Реальность, холодная и неумолимая, уже вырисовывалась вдали — величественные очертания Двора Неба, вознесшегося на утесах, вздымавшихся к облакам гигантскими ступенями. Каул начал плавное снижение, и я, затаив дыхание, смотрела на дивное зрелище.
Эльфийские жилища, высеченные в светло-сером пористом камне, казались продолжением самой скалы. Ажурные арки и балконы украшала тончайшая резьба, где растительные узоры переплетались с изображениями крылатых существ. Между скальными выступами перекинулись воздушные, почти невесомые мосты из какого-то прозрачного, сияющего материала. Повсюду виднелись эльфы в струящихся одеждах, их движения были полны неспешной грации. А на просторных круглых террасах отдыхали каулы, их крылья отливали перламутром в лучах солнца. Все здесь — небо, скалы, существа — дышало удивительной, невозмутимой гармонией.
Идиллия закончилась резко. Каул, выбрав свою площадку, вдруг сложил крылья и ринулся вниз. Началось стремительное, почти вертикальное падение. Я вжалась в седло, вцепившись в ремни до побеления костяшек. Глаза рефлекторно прищурились — мир превратился в мелькание размытых полос облаков и скальной породы.
Внизу все ближе блестела огромная полупрозрачная платформа, напоминающая гигантский кристалл аквамарина. Воздух здесь стал другим — холодным, металлическим, с едва уловимым запахом озона и древней магии, которая щекотала кожу. Каул ускорился, и горный воздух защекотал легкие, вызывая легкое, пьянящее головокружение. В этот момент весь мир сузился до бешеного биения собственного сердца и ответных, мощных пульсаций тела каула подо мной.
Но вот крылья величественного существа с громким шелестом расправились, замедляя падение. И когти каула наконец коснулись поверхности платформы, раздался чистый, как хрусталь, звон. Наступила абсолютная гармония — ветер стих, дыхание выровнялось, а вокруг разлилось нежное сияние рассвета, окутывая все мягким золотистым светом.
Мы замерли на спине каула в странном оцепенении. Я боялась даже дышать, словно любое движение могло разрушить это хрупкое состояние внутреннего равновесия, наполненного тихим восторгом и какой-то первобытной силой. Этот полет стал для меня глотком живой воды — он смыл часть усталости и страха, наполнив душу необъяснимой смелостью. Казалось, частичка мощи этого великолепного существа навсегда осталась во мне.
Но каул, судя по всему, не разделял моих нежных чувств. Он начал нетерпеливо переступать с ноги на ногу, его мощные когти цокали по хрустальной платформе, а из горла вырывались короткие, настойчивые свистящие звуки.
Карион первым нарушил зачарованный момент. Его рука, до этого так крепко и надежно державшая меня, медленно, почти нехотя скользнула по моему боку, оставляя за собой след огненных мурашек. Одним плавным, отточенным движением он спрыгнул вниз, словно невесомый, достал из-за пазухи помятого и негодующе шипящего кота и поставил его на пол. Затем тут же обернулся, протягивая ко мне руки.
Я уже не раздумывала о доверии или обиде. Инстинкт взял верх. И я безоговорочно приняла его помощь — каул и вправду был огромен, а поверхность внизу казалась такой твердой и неумолимой после небесной свободы. Когда я спрыгнула, Карион поймал меня с удивительной легкостью — его сильные руки обхватили мою талию, пальцы на мгновение впились в бока, прежде чем он бережно, почти что нежно поставил меня перед собой. Наши взгляды встретились, и в его глазах, таких близких, мелькнуло что-то новое, незнакомое — смесь облегчения, усталости и чего-то еще, что заставило мое сердце вновь сорваться с места и учащенно забиться, сбивая с толку и суля новые бури.
***Карион
Я стоял на прохладной платформе, чувствуя под ногами привычную, успокаивающую вибрацию магии Двора Неба. Вдохнул полной грудью чистый воздух, пахнущий озоном и сладковатым ароматом небесных мхов.
Какие же все-таки каулы мощные