Непосвященная

Глава 4

Ищейки

Я медленно спускалась по лестнице. Каждая ступенька казалась невыносимо высокой, ноги подкашивались, а коленки предательски дрожали, будто пытались сбросить меня вниз головой. Храбрая? Ха. Если бы они только знали, как паника сжимала мне горло, перекрывая дыхание.

Зал таверны…

Я остановилась на последней ступеньке, впитывая атмосферу этого места всеми фибрами души. Зал был не таким уж большим, но в нем царила своя, особая аура — уютная, если, конечно, считать уютом густой полумрак, пропитанный терпкими ароматами выдержанного алкоголя, вощеной кожи и чего-то… сладковато-пряного, возбуждающего.

Вдоль стен стояли низкие ложа с мягкими спинками, отгороженные друг от друга высокими деревянными перегородками — для тех, кто искал уединения. В центре — высокие столики, за которыми гости стояли, перекусывали, выпивали, обменивались быстрыми, двусмысленными взглядами.

Но главное — это свет. Тусклый, приглушенный, будто сама таверна стыдилась того, что происходило в её потаенных углах. Основной поток падал на стойку — массивную, темную, отполированную до зеркального блеска.

За ней стояла эльфийка. Крепкая, гибкая, в обтягивающих кожаных штанах, подчеркивающих каждую мышцу, и в простой блузке с глубоким вырезом, оставляющем опасно мало для воображения. Её длинные пальцы ловко держали бутылку, наливая золотистый напиток юноше у стойки.

Я перевела взгляд на стены. Полки с бутылками причудливых форм перемежались с картинами, на которых обнаженные мужчины и женщины смеялись, догоняли друг друга, застывали в страстных объятиях. На одном из полотен внизу была изящная подпись, но я не успела разглядеть —

Голос. Твёрдый. Звонкий. С лёгкой, соблазнительной хрипотцой обратился ко мне.

— Хозяйка!

Я вздрогнула, обернувшись к источнику звука.

Эльфийка за стойкой сверкнула глазами, её губы растянулись в улыбке настолько теплой и заботливой, что это выглядело несовместимо с ее обликом.

— Хозяйка, рада вас видеть! — она сделала паузу. — Слышала, вы сильно ударились головой… Мы все тут извелись без новостей!

Она швырнула тряпку на стойку, скрестила руки на груди. Ее поза была одновременно вызывающей и полной искреннего беспокойства.

— Проклятая ненки и двух слов нам не сказала! Твердит: «Мне дорог язык». А нам как быть? Никого к вам не пускают! Мы с ребятами и девами всю душу измотали от переживаний!

Её слова висели в воздухе, будто немое обвинение в мой адрес. Я сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Что ответить? Как вести себя с теми, кто знает тебя лучше, чем ты сама?

— Ооох… — только и вырвалось у меня, глухим, сдавленным стоном. Я сделала шаг вперед, потом еще один, будто плыла сквозь густой, удушливый туман, ноги едва слушались.

Я подняла глаза на эльфийку, пытаясь найти в ее чертах хоть каплю чего-то знакомого.

— Я… даже не помню, как тебя зовут… — прошептала я, и голос предательски дрогнул, выдав всю мою растерянность.

Внезапно меня отвлек запах.

Резкий. Сладковато-горький. Как дым от костра, в котором жгли что-то древнее и запретное. Он вполз в ноздри, обжег слизистую горла, разлился по телу жгучей волной. Тысячи мурашек побежали по коже. Сердце заколотилось с новой силой, будто пыталось вырваться из грудной клетки.

Что это было? Чистый, животный страх? Или… эйфория? Я не понимала. В голове зашумело, в висках застучало. Что со мной? Почему этот запах……так до боли знаком?

Голос прорвался сквозь нарастающий шум в голове, низкий, глухой.

— Моргат!

Я медленно повернулась на месте в поисках звука — и застыла, будто вкопанная.

Он стоял в двух шагах. Высокий. Слишком высокий. Мне пришлось запрокинуть голову, чтобы увидеть его лицо. Он был на целую голову выше меня… нет, на две!. Широкие, могучие плечи, заполняющие собой все пространство вокруг, будто он был вытесан из цельной скалы. Странные чёрные надписи на руках.

И его взгляд… Пристальный. Голодный. Раздутые ноздри — он вдыхал воздух, будто ловил мой запах, как хищник, выслеживающий добычу. Что он чует? Мой страх? Запах лжи? Или что-то еще?

Четкий, решительный подбородок с лёгкой, темной щетиной, короткие волосы, словно серебряного оттенка.

И глаза… Темно-синие. Глубокие, как океан в безлунную полночь. В них хотелось нырнуть, утонуть… но по выражению его лица, он бы с радостью помог мне в этом, придержав за голову.

— Моргат… — повторил он уже тише, но от этого стало ещё страшнее. — Будь так любезна, пройди к нам за стол…

Он сделал паузу. Его губы искривились в холодной, безрадостной ухмылке.

— Хотя нет. Пошевеливайся, сколько можно тебя ждать.

Его пальцы сжались в кулак, сухожилия резко выделились под кожей, белые и напряженные.

— Мне нужно допросить тебя.

Я поняла — он ищейка. Но почему в моих обрывках памяти я смотрела на него с холодным презрением, а сейчас… Сейчас я не чувствовала ничего, кроме леденящего страха, стекающего по позвоночнику. И предательской дрожи в коленях.

— Д-да… конечно… идём… — мой голос снова предательски дрогнул, выдавая всю мою неуверенность. Я всё ещё нервничала в его присутствии. Нет, не нервничала. Боялась. Чтоб тебя! Я не могла вспомнить его имя, не могла сосредоточиться — мысли путались.

А потом он схватил меня. Его ладонь, огромная и горячая, впилась в моё предплечье, пальцы обхватили его так плотно, что кожа тут же побелела от давления.

— А-ай!—я попыталась одернуть руку.

Но он уже тащил меня через зал, расшвыривая посетителей одним своим взглядом. К низкому ложу. В самый дальний угол. Туда, где никто не услышит, если я закричу.

— Садись!—Его голос прорвался сквозь шум в голове. Он толкнул меня на ложе так, что я едва не отлетела к стене, ударившись плечом о твердое дерево.

— Я вообще-то могу и сама прекрасно справиться с этим! — вырвалось у меня, но голос снова дрогнул, выдавая слабость. — Можно было и поаккуратнее…

Он замер. Его глаза расширились, будто он увидел не меня, а злого духа.

— Что?… — он медленно, как хищник, наклонился ко мне, и я почувствовала, как его дыхание, горячее и учащенное, обжигает кожу моей щеки. — Ты какая-то… не такая.

Его ноздри снова вздрагивали, словно он вынюхивал малейшие изменения в моем запахе.

— Что-то не так… и твой запах… он изменился. Не забывай, что у меня усиленное обоняние. Я чувствую любые изменения в ауре.