Свекор и его друг. Двое для одной

Глава 19

Мир медленно собирался из осколков наслаждения. Я лежала, прижавшись к потной, мощной груди Олега, чувствуя, как его сердце глухо и размеренно бьётся. Его член всё ещё был внутри меня — тёплый, мягкий. Каждый мой вдох вызывал слабое, интимное шевеление в самой глубине, и это напоминало о только что пережитом блаженстве.

Я даже не заметила, как Игорь соскользнул с кровати. Вернулось осознание его присутствия, когда холодок коснулся моей спины там, где раньше была его горячая кожа. Я приоткрыла глаза, видя мощный торс Олега и тень, двигающуюся по комнате.

Игорь вернулся к тумбочке. Слышно было, как он открывает ящик. Я не удивилась, когда он достал оттуда небольшой тюбик. После его настойчивых ласк у меня на попе любое развитие событий казалось логичным. Он сдавил тюбик, и я услышала тихое, влажное похлюпывание лубриканта на его ладони.

В этот момент Олег, всё это время молча державший меня, мягко поцеловал в макушку.

— Ещё не всё, королева, — прошептал он. — Ты готова к большему?

Вопрос был риторическим. Моё тело, хоть и расслабленное после оргазма, отозвалось на его слова внутренней дрожью предвкушения. Ощущение пульсации глубоко внутри, где он всё ещё находился, было и напоминанием, и обещанием. Я кивнула, уткнувшись лицом в его грудь.

Олег медленно, помогая мне, приподнял моё тело. Его член мягко выскользнул из меня, и я почувствовала лёгкую, пустующую прохладу и вытекшую влагу. Он аккуратно снял использованный презерватив, завязал его и отложил в сторону. Его член, освобождённый, всё ещё был внушительным и влажным.

Я, повинуясь незримому руководству, медленно перевернулась и встала на четвереньки в центре огромной кровати. Поза была инстинктивной, подчиняющейся, открывающей. Перед моим лицом теперь была мощная, испачканная потом и следами нашей страсти плоть Олега. Его член находился прямо перед моими губами. На кончике, в прорези головки, всё ещё дрожала и переливалась жемчужным светом крупная капля спермы, задержавшаяся там. Она висела, готовая упасть, и от этого вида, такого интимного и откровенного, по спине пробежали мурашки.

Сзади я чувствовала присутствие Игоря. Он встал на колени прямо за мной. Его руки, смазанные холодным, скользким лубрикантом, легли на мои бёдра. Прикосновение было ледяным по контрасту с раскалённой кожей, и я вздрогнула.

Его большие пальцы мягко, но настойчиво раздвинули мои ягодицы, открыв взгляду сокровенное место, которое он так тщательно ласкал и подготавливал минуту назад. Холодная, скользкая влага коснулась самой середины — сначала осторожно, потом щедрее. Его палец, обильно смазанный, провёл по напряжённому мышечному колечку, кружа, смазывая, готовя его к тому, чтобы принять куда большее.

Олег положил свою большую, тёплую ладонь мне на затылок. Не давя. Просто касаясь. Его взгляд, тёмный и полный одобрения, встретился с моим.

— Не бойся, — сказал он тихо. — Просто доверься.

И я доверилась. Я наклонила голову вперёд и кончиком языка, осторожно, как бабочка, коснулась дрожащей капли на его головке. Солоноватый, густой, интимный вкус заполнил рот. Я облизнула её полностью, а затем взяла его член в рот, не для глубокого минета, а просто чтобы очистить, почувствовать его кожу, его запах, его суть. Он тихо застонал, и его пальцы в моих волосах слегка сжались.

В тот же момент Игорь сзади начал своё движение. Его смазанный член, холодный от лубриканта, упёрся в подготовленное, расслабленное отверстие. Он не стал входить резко. Он надавливал медленно, постоянно, преодолевая естественное сопротивление. Было тесно, непривычно, странно. Было немного страшно. Но не было больно — только это нарастающее, невероятное чувство наполненности, растяжения, проникновения в самое сокровенное.

Он вошёл. Не полностью, но достаточно, чтобы я почувствовала его всю — эту чужую, мощную силу, занимающую место, где раньше ничего не было. Я издала сдавленный звук — не крик, а скорее удивлённый, глубокий выдох, который Олег принял как знак. Он мягко направил мою голову, и я снова взяла его в рот, уже глубже, находя в этом знакомом действии опору, пока сзади Игорь начинал медленно, осторожно двигаться.

Это было абсолютно иначе. Совершенно новые, незнакомые ощущения. Каждое движение Игоря отдавалось глубоко внутри, эхом отзываясь по всем нервным окончаниям. Это было интенсивнее, острее. Я была зажата между ними, как в тисках наслаждения.

Звуки в комнате изменились. К привычному хлюпанью и тяжёлому дыханию добавились другие — более глухие, влажные, интимные. И мои собственные стоны, приглушённые членом Олега, превращались в что-то похожее на рыдание от переполняющих чувств.

Игорь, почувствовав, что моё тело адаптировалось, ускорился. Его движения стали увереннее, сильнее. Каждый толчок теперь достигал какой-то немыслимой глубины, заставляя меня выгибать спину и глубже принимать Олега. Они нашли свой ритм — не синхронный, а перекрёстный, волнообразный. Когда Игорь входил, я инстинктивно откидывалась назад, и Олег позволял это, лишь слегка направляя. Это был танец, в котором я была центром, осью, вокруг которой вращались их желания.

Олег тоже был возбуждён до предела. Вид того, как его друг владеет мной сзади, пока я обслуживаю его, видимо, заводил его не меньше, чем меня. Его член в моём ротике стал твёрже, больше, его дыхание участилось. Он начал двигать бёдрами, нежно, но настойчиво трахая мой рот, и каждый толчок в горло совпадал с глубоким проникновением Игоря сзади.

Я потеряла счёт времени и пространству. Я была просто сосудом, наполняемым до краёв двойным наслаждением. Ощущения наслаивались, смешивались, создавая гремучую смесь, от которой сознание уплывало всё дальше. Мне казалось, я взорвусь, разорвусь на части от этого напряжения.

Всё смешалось в один горячий, липкий, божественно-грязный клубок. Воздух был густым от запахов пота, секса и лубриканта, наполненным нашими стонами, сливающимися в одну дикую симфонию.

Олег, чувствуя, как мои щёки горят, а губы плотно обхватывают его член, ускорил ритм. Его движения стали глубже, быстрее, каждый толчок касался глотки, заставляя меня давиться, но не останавливаться. Его пальцы крепче вцепились в мои волосы, направляя, удерживая. Я слышала его прерывистое, хриплое дыхание где-то над собой и понимала — он на краю.