Страница 32 из 88
Мерран хочет возразить. Аларик уже протягивает руки для ограничивающей ленты и тихо говорит капитану, чтобы тот не отдавал солдат Эверту. Рейн затягивает узел так, что Аларик сможет двигать кистями, и отводит его к выходу.
Муж останавливается возле меня. Между нами слишком много людей для слов, которые всё равно ничего не исправят. Аларик смотрит на медальон у меня на груди и говорит только:
— Не отдавай записи.
— Не отдам.
Он уходит с Рейном. Я не провожаю его до двери: Мерран уже делает знак Эверту, и магистр расправляет плечи, будто ждал именно этой минуты.
— В связи с возможным пепельным заражением дом переходит под карантин, — объявляет Эверт. — Никто не выходит до осмотра палаты.
Я успеваю отправить Альму к задней двери, но снаружи уже опускают железную перекладину. Окна нижнего этажа закрывают ставнями, у ворот встают люди палаты. Мерран уходит, не взглянув на женщин, которых запирает внутри.
— Это не карантин, — говорит Брина, проверяя боковую дверь. — Они отрезали нас от верхнего колодца.
Я распоряжаюсь перенести запас воды в палаты и пересчитать беременных. Нелла помогает женщинам подняться наверх, Рина забирает Тио, Альма ищет старый хозяйственный выход. Мы не успеваем закончить, когда в дальней комнате кто-то начинает кашлять.
Сначала я думаю о пыли на одежде. Потом чувствую знакомый металлический привкус. Возле потолка из вентиляционной решётки тянется тонкий серый налёт.
— Закрывайте печи, — говорю я. — Мокрую ткань на решётки. Детей в прачечную, там нет старого канала.
Брина уже снимает занавеску, женщины несут воду. Я подхожу к корзине Тио, чтобы укрыть ему лицо, и вижу под воротом пелёнки тонкую серую линию.
Рина замечает мой взгляд и молча разворачивает ткань. Прожилка появилась у ключицы сына. Из соседней палаты Нелла зовёт меня по имени; на груди Эйры проступает такой же след.
А потом плачет третий младенец.