Страница 11 из 88
Глава 6. Голодный клинок
Глава 6. Голодный клинок
После известия о маяке Аларик требует карту и точное время выхода первой бригады. Пока Рейн разворачивает бумаги, муж говорит коротко, возвращаясь в привычное состояние генерала, для которого потеря сразу превращается в следующий приказ.
— Телегу отвели, Нелле стало лучше, — напоминаю я. — Ты видел это сам.
Аларик упирается ладонями в стол. Голос остаётся ровным, но пальцы сминают край карты.
— Я видел совпадение и получил троих погибших солдат. На рассвете люди спустятся под защитой магов.
Сверху доносится вскрик Неллы. Следом Брина зовёт меня по имени.
Я сворачиваю карту прежде, чем Аларик отдаёт следующий приказ.
— Разговор не закончен, — бросает он мне вслед.
Я не оборачиваюсь, потому что наверху Брина зовёт второй раз.
— Сначала помоги ей. Потом продолжишь спор.
На лестнице я слышу, что муж идёт за мной. Нелла сидит, вцепившись в край матраса. Брина сообщает: воды отошли, схватки усилились, срок слишком маленький.
— Мужа позвали? — я мою руки и подхожу к постели.
Нелла качает головой. Орвен ушёл на ночную смену ещё до закрытия шахты.
Аларик остаётся у двери. Его плащ, оружие и холод с улицы занимают половину тесной комнаты. Нелла замечает генерала и пытается поправить рубашку, забывая о следующей схватке.
— Выйди, — прошу я мужа.
Он воспринимает это как продолжение нашего спора.
— Мне нужно понимать, что происходит.
Я киваю на таз и свободный крючок у стены.
— Тогда сними меч, плащ и вымой руки. Или понимай из коридора.
Солдаты слышат каждое слово. Нелла тихо просит не ссориться, и это решает быстрее меня. Муж расстёгивает перевязь и передаёт клинок Рейну.
— Не выпускать из рук.
На рукояти темнеет крупный серый камень. Аларик моет руки так, как я показываю, и подходит к постели. Нелла всё равно напрягается, поэтому я ставлю его у изголовья.
— У неё уходит тепло. Поддерживай ровно, без всплесков.
Аларик осторожно кладёт ладонь Нелле на плечо, дождавшись её кивка.
— Смогу. Сколько времени?
Я проверяю промежуток между схватками.
— Столько, сколько понадобится ребёнку.
Первые минуты Аларик пытается выполнять мои распоряжения и слушать донесения из коридора. Когда Рейн напоминает о второй заставе, тепло вокруг Неллы становится сильнее. Она морщится.
— Слабее, — я накрываю руку мужа своей, показывая нужную температуру. — Здесь нельзя давить сильнее только потому, что ты злишься там.
Аларик смотрит на наши руки и выдыхает. Тепло становится мягче. Рейн сам закрывает дверь, оставляя войну снаружи.
Роды идут быстрее, чем я опасалась. Брина понимает меня с половины слова, Альма приносит тёплые пелёнки. Аларик поддерживает Неллу, когда ей не хватает сил, но сначала повторяет мои команды почти дословно.
— Я слышу госпожу, — сердится Нелла. — Не надо командовать мне в другое ухо.
Муж замолкает. Через пару минут спрашивает, как назовут ребёнка. Нелла отвечает после схватки:
— Если девочка — Эйра. Орвен уверен, что мальчик, но он всегда уверен раньше времени.
Аларик вспоминает офицера, трижды готовившего имена сыновьям и получившего трёх дочерей. Нелла смеётся и тут же хватается за его руку. Теперь он помогает ей не считать минуты до страха.
Девочка рождается маленькой и слишком тихой. Я освобождаю дыхание, заворачиваю её в нагретую ткань. Она делает один слабый вдох, затем второй.
— Эйра, — шепчет Нелла. — Я говорила ему.
Я не обещаю ей больше, чем вижу, но позволяю услышать главное.
— Она дышит. Просто пока бережёт силы.
Брина согревает крошечные ступни через ткань. Аларик поддерживает тепло, но я замечаю, что воздух возле двери становится холоднее, будто кто-то приоткрыл окно.
Рейн стоит в коридоре с клинком. Серый камень в рукояти светится изнутри. От завёрнутой девочки к двери тянется тонкая дымчатая нить.
— Не двигайтесь.
Аларик первым понимает, куда я смотрю. Он встаёт между ребёнком и оружием, но нить проходит мимо и касается камня. Дыхание Эйры становится реже.
— Рейн, вынеси меч во двор.
Капитан смотрит на командира. Тот кивает. Клинок исчезает за дверью, нить растягивается и обрывается. Девочка делает глубокий вдох и тихо пищит.
Я передаю Эйру Брине и выхожу только после того, как дыхание выравнивается. Клинок лежит на скамье под охраной, серое свечение погасло.
— Отдай его мне.
Аларик закрывает дверь комнаты, чтобы Нелла не слышала. После увиденного ему уже труднее говорить о совпадении.
— Осматривать будешь здесь, при мне и военном маге.
Я указываю на комнату, где за дверью тихо разговаривают Нелла и Брина.
— Он потянулся к ребёнку. Пока меч был рядом, девочка дышала хуже.
Аларик смотрит на запечатанную дверь с клинком.
— Я видел. Но он связан с командованием и северной защитой. Я не могу передать его без замены печатей.
Он снова находит порядок, который важнее случившегося у него на глазах. Я подавляю желание ударить словами: за дверью Нелла впервые держит дочь, и крик сейчас поможет только Аларику закрыться.
— Тогда запечатай его и никому не позволяй унести. Утром я возьму образец с камня.
После паузы муж приказывает Рейну убрать оружие в пустую комнату и выставить охрану.
Когда мы возвращаемся, Эйра лежит у матери на груди. Аларик остаётся в стороне, не приближаясь без приглашения. Нелла замечает и кивает ему.
— Можете посмотреть. Только без меча.
Он подходит. На несколько минут в комнате становится спокойно, и я почти позволяю себе считать эту ночь первой победой.
У двери меня перехватывает шахтёр в выцветшей куртке. На пальцах серая пыль.
— Госпожа, меня зовут Марек. Я работал на глубинном участке. Под плавильней есть комнаты, которых нет на плане. Ночью туда возят ящики, а назад телеги выходят пустые.
Он говорит быстро, оглядываясь на солдат. Я жду, пока Марек сам замолчит.
— Почему пришли сейчас?
Шахтёр проводит пальцем по краю шапки и смотрит на дверь Неллы.
— Моя жена потеряла двоих. Я думал, судьба такая. А сегодня увидел свет от генеральского камня. Такой же бывает под плавильней.
Мы договариваемся встретиться после рассвета в прачечной. Марек просит не записывать имя. Я обещаю не выдавать его Торвену.
К рассвету он не приходит.