Страница 62 из 92
Я сняла платье, оставшись в корсете и тонкой батистовой сорочке, из-под которой выглядывали старомодные панталоны с хлопковыми кружевами. В голове промелькнула мысль: как неуместно выглядит это почти детское бельё. Помню, мама заказала мне роскошный корсет с жёсткими кружевами к моему дебюту, но мы не успели его забрать..а позже леди Альма, даже не моргнув глазом, отменила заказ, несмотря на потерянный задаток.
Магический ритуал начался с расстановки кристаллов по кругу, каждый из которых был источником своей стихии. Эйден тщательно проверил правильность углов и расстояний. Кристаллы засияли мягким светом, постепенно синхронизируясь в ритмичном пульсе.
Центр круга, где я стояла, заливался причудливым свечением, струящимся от рунных символов, которые появлялись в воздухе. Они медленно вращались, сплетаясь в сложные узоры, словно танцуя в невидимой гармонии. Каждая руна была уникальна: одни излучали холодный голубой свет, другие — тёплое золотое сияние, а третьи напоминали раскалённый уголь.
Воздух наполнился мягким звуком — тонким, но завораживающим, похожим на эхо далёкого колокола. Вибрации звука проникали в тело, создавая ощущение лёгкости, будто я вот-вот оторвусь от земли.
— Готова? - спросил Эйден.
— Да, - соврала я.
Вокруг меня закружил калейдоскоп светящихся рун. Они возникали одна за другой, переплетаясь в сложные узоры, вспыхивали ярким светом, гасли и вновь загорались. Магический орнамент окутывал мое тело, создавая мерцающий кокон.
— Я буду рядом,- посчитал нужным напомнить Эйден.
— Знаю, – выдохнула я, чувствуя, как пересохли губы. Сердце билось так быстро, что, казалось, ещё немного – и оно разорвётся. Я попыталась вдохнуть глубже, но вдруг осознала, что не могу. Воздуха не хватало, лёгкие будто скованы невидимыми цепями. Паника захлестнула меня с головой. Я судорожно открывала рот, тщетно пытаясь вдохнуть хоть немного.
Эйден начал произносить заклинание, и его голос был глубоким, низким, обволакивающим. Слова звучали на древнем языке магов, который был для меня лишь набором незнакомых звуков, но казался живым, вибрирующим в пространстве. С каждым его словом руны вспыхивали ярче, словно откликаясь на зов.
Когда он поднял руки, из кристаллов вырвались струи энергии. Они были разных цветов: голубой, зелёный, золотистый и багряный. Потоки энергии закручивались вокруг меня, формируя вихрь, который казался одновременно пугающим и завораживающим. Я чувствовала, как воздух уплотняется, а время будто замедляется, а вокруг меня ритуальные руны вспыхнули, взметнувшись водопадом мерцающего света. Словно рой пчёл, они касались кожи, жалили, проникая внутрь. Боль была настолько яркой, что я зажмурилась, стиснув зубы, чтобы не закричать.
Это скоро закончится. Это закончится. Всё пройдёт..
Наконец, я смогла вдохнуть, но вместо спасительного воздуха в лёгкие будто ворвалась раскалённая лава. Я ахнула, схватившись за горло, и упала на колени. Песок подо мной начал нагреваться, пока не стал гладким, как стекло. Я чувствовала, как жизнь ускользает, и в этот момент желание жить захватило меня давая новые силы.
Я поднялась на дрожащих ногах, каждый шаг отдавался невыносимой болью. А затем случился взрыв магической энергии. От меня отделилось нечто – силуэт, сотканный из миллиона золотистых точек. Оно парило передо мной, постепенно теряя человеческий облик, превращаясь в расплывчатое сияющее пятно.
Родовая магия артифа – моя магия – впервые за многие годы покинула меня. Но вдруг это сияющее тело содрогнулось, разделяясь на две части. Одна почернела, словно обуглившись, и исчезла, оставив после себя лишь облако чёрной сажи. Вторая, золотистая, в облике девушки двинулась к воде и растворилась в её глубине.
Дышать стало легче, движения вернулись. Я протянула руку к пятну сажи, покрывшему гладкий круг стекла на песке.
— Что это? – мой голос прозвучал глухо. Я с трудом ворочала языком. – Если это моя магия артифа, то что ушло в воду?
— Это магическая сила, ты права, – тихо ответил Эйден, подхватывая меня за локоть. – Но не твоя.
Что? Как такое может быть?
— Я не знаю, – он выглядел озадаченным. – Никогда о таком не слышал. И в записях профессора Элмерза нет ничего подобного.
Ладно. Ерунда. Главное – мы справились! Я осталась жива. Если бы не Эйден..
Только сейчас я заметила ожоги на его шее, груди, части лица. Они выглядели страшно: кожа обуглилась и потрескалась, несмотря на его защиту.
— Скоро заживёт, – отмахнулся он, заметив мой взгляд. – Не думай об этом.
— Я не так глупа, чтобы верить в это. Я знаю, что раны от магии заживают долго.
— Это небольшая плата за твою жизнь, – он улыбнулся, будто извиняясь. – Я бы согласился на большее.
Обрывки рубашки он бросил на песок, надевая сюртук на голый торс, я же запоздало поняла, что моя собственная сорочка уже давно превратилась в истлевшие тряпки и поспешно натянула платье, торопливо застегивая непослушные крошечные крючки на корсаже.
Физически мое тело не пострадало, но морально я была переполнена эмоциями, и всю обратную дорогу лихорадочно пыталась проверить -как будет отзываться во мне магия вербума- а именно ее после долгих размышлений я решила оставить себе. И вскоре представилась отличная возможность проверить свои силы.
В саду у яблони я заметила кузину Летисию с незнакомым юношей. Он что-то измерял шагами вокруг дерева, оживлённо жестикулируя.
— Летти, яблони – это моветон, – заявил он. – Это дерево надо срубить. Только вначале спросим у моей маменьки, но знаешь- мне кажется, именно здесь она захочет видеть беседку.
Я подошла ближе и громко произнесла:
— Я, конечно, не ваша маменька, – мой голос прозвучал холодно, как сталь, – а вот совет дать могу.
Кузина фыркнула, но встретившись со мной взглядом внезапно передумала язвить и испуганно попятилась назад, а я зловеще улыбнулась.