Страница 95 из 99
Глава 25
ЭПИЛОГ
Адриенна
— Подарок, — говорит Дориан, ставя на стол ярко упакованную коробку.
Он балует меня непрестанно, хотя я умоляла его прекратить. Я никогда не смогу с ним расплатиться, а мне не нравится быть у него в долгу. Но, с другой стороны, полагаю, именно в этом и будет заключаться брак с Дорианом Армстронгом. Полагаю, я не могу притворяться, что абсолютно несчастна от такого расклада, но он все равно так бесит.
В конце концов, он не оставляет мне особого выбора.
Я теряю равновесие и хватаюсь за брусья по обе стороны от себя, прежде чем упасть. Помолвочное кольцо с канареечно-желтым бриллиантом на моей левой руке подмигивает мне, ловя солнечные лучи. С меня градом льет пот, и я хочу всё бросить, но не могу. Он оказывается позади меня в мгновение ока. Обвивает мою талию своими сильными руками, помогая удержаться на ногах. Он утыкается носом в основание моей шеи, и мои ноющие, предательские мышцы расслабляются, подаваясь к нему.
Ноги, которые он мне дал, — это комбинация металла и пластика. Они подогнаны под меня идеально. Он уверяет меня, что это лучшее, что можно купить за деньги, и я ему верю. Хотя, если я слишком много об этом думаю, меня бросает в дрожь. Моих настоящих ног больше нет, лишь призраки, но они были воссозданы из искусственных материалов, и это кажется неестественным. Я стою такой же высокой, как и раньше, и стоять вообще очень странно, особенно когда я не чувствую ступнями земли. Всё это так чуждо и нелепо.
Но я полна решимости.
Я поднимаю правое бедро и делаю неуверенный шаг вперед. Моя новая нога поскрипывает, когда сгибается механическое колено. Я до побеления костяшек сжимаю поручни, когда острая боль простреливает до самого бедра. Каждый шаг отдается колющим ударом, но со временем я привыкну к этому ощущению. Я изучу все нюансы этой боли и научусь использовать её, чтобы держаться прямо. Я буду использовать нервные окончания на концах моих культей для ходьбы точно так же, как раньше использовала ступни. Он тоже уверен во мне. Он хочет этого для меня по своим собственным причинам.
Он хочет, чтобы я заняла место его мертвой жены.
Он хочет, чтобы я жила в его новом пентхаусе на Манхэттене. Он хочет, чтобы я была рядом с ним, когда он ходит на благотворительные вечера и светские рауты. Он хочет, чтобы именно я сидела напротив него за ужином, кротко улыбаясь, пока он засовывает руку между моих бедер под столом. Он хочет, чтобы я спала рядом с ним каждую ночь. Его план состоит в том, чтобы я чудесным образом восстала из мертвых и вернулась к жизни не как Адриенна Хамина, а как Адриенна Армстронг.
Он всё еще не научился быть свободным.
Я согласилась выйти за него замуж, и, кажется, я его люблю, но я планирую превратить его жизнь в ад. Я собираюсь перевернуть его идеально упорядоченное существование всеми возможными способами. Он этого еще не знает, но скоро узнает.
Я откидываю голову назад, чтобы опереться на его плечо, и он крепче сжимает объятия. Я вижу запонки — те самые запонки, которые я прятала от него все эти месяцы, — поблескивающие на его манжетах. Его массивные дорогие часы впиваются мне в живот. На нем слишком много одеколона, и меня это бесит. Я предпочитаю естественный запах его кожи. Жду не дождусь, когда смогу потереться своей киской о его лицо и заставить его пахнуть мной, пахнуть
нами
. Я снова сделаю его грязным, и очень скоро. А пока я с ним не борюсь. Я закрываю глаза и позволяю ему поддерживать меня, потому что ему нравится, когда я на него опираюсь. И мне это тоже нравится.
— Еще один шаг, — шепчет он мне на ухо.
Он скользит рукой вверх по моей влажной майке к моей груди. Я не ношу лифчик, потому что он хочет, чтобы мои сиськи были ему доступны. Он сжимает мой сосок сквозь тонкую ткань, и его прикосновение обещает все те грязные вещи, которые он сделает со мной позже. Мой физиотерапевт, Райан, стоит в нескольких футах от нас и прекрасно видит наши нежности. Его щеки краснеют, и он опускает взгляд.
— На сегодня, пожалуй, пора закругляться, — говорит Райан, прокашлявшись.
Он бывший олимпийский спортсмен, которому поручено снова сделать меня целой. Я верю в него и в себя. Он хороший парень, в конце концов, лучший из тех, кого можно купить за деньги.
— Нет, — говорю я, хотя уже растворяюсь в Дориане и хочу, чтобы он уложил меня и снял эти орудия пыток, которые сейчас прикреплены к моим ногам. Я хочу, чтобы он прошелся своими волшебными руками и своим волшебным языком по моим пульсирующим ногам и заставил их чувствовать себя лучше. Но я могу подождать. — Я могу еще.
— Справишься? — спрашивает Райан.
— Она справится, — говорит Дориан, мазнув губами по мочке моего уха.
Затем он отпускает меня и оставляет стоять самостоятельно. Моя кожа покалывает от отголосков его внимания, и я жажду большего. Он неспешно направляется к креслу на другом конце комнаты и плавно садится. Он спокойно скользит взглядом по всему моему телу, от пластиковых пальцев ног до самого лица. Я вижу его насквозь сквозь эту маску невозмутимости.
Я стискиваю зубы и заставляю себя сделать еще один шаг. Мои руки сильны, и я держусь уверенно, но каждая мышца напряжена. Пока я медленно, дюйм за дюймом продвигаюсь к Дориану, его взгляд прикован к моим новым ногам, и я гадаю, какие отвратительные, извращенные идеи бродят в его порочном уме. Жду не дождусь узнать, что он для меня приготовил. Затем он вскидывает глаза, встречаясь со мной взглядом, и я словно читаю его мысли. Когда я добираюсь до конца дорожки, тяжело дыша, с потом, стекающим по лицу, я знаю, что мы оба думаем абсолютно об одном и том же.
— На сегодня она закончила, — говорит он тоном, не терпящим возражений. Я облегченно вздыхаю, хотя мне кажется, что я могла бы еще. Он протягивает мне руку, словно чувствуя, что я смогу до него дойти. Я отрываюсь от брусьев, и Райан тут же оказывается рядом со мной. Лицо Дориана каменеет, когда Райан обхватывает меня за талию и направляет. Мы двигаемся медленно, наши мышцы напряжены, пока мы боремся за то, чтобы удержать меня в вертикальном положении. Мне больно, но я не останавливаюсь. Я не останавливаюсь, пока не дохожу до него. Я выбрасываю руку вперед, он ловит ее и усаживает меня к себе на колени. Кажется, его совершенно не волнует, что я вся потная прижимаюсь к его чистой одежде, и меня это радует. Это значит, что он останется здесь и у него нет никаких других планов на вечер. — На сегодня всё.
Он отмахивается от Райана, его глаза рыщут по моему лицу, словно ему нужно убедиться, что всё еще на своих местах.