Страница 18 из 29
Глава 9
Последняя неделя отпуска пролетела так быстро, что Элен начала подозревать о существование какого-то итальянского заговора против течения времени.
В понедельник она проснулась с мыслью, что впереди ещё целых семь дней.
Во вторник была уверена, что прошло максимум часов двадцать четыре.
В среду обнаружила, что до отъезда осталось меньше недели.
А в четверг поймала себя на том, что уже мысленно считает часы до новой встречи с Маттео.
Это было возмутительно!
И совершенно на неё не похоже.
— Ты улыбаешься телефону, как подросток, — заметила София однажды утром.
Элен подняла взгляд от экрана.
— Я не улыбаюсь.
— Улыбаешься.
София победно ткнула в неё вилкой.
— Вот именно так и улыбаешься, лисица, когда он пишет.
Элен посмотрела на сообщение от Маттео.
"Не забудь поесть. Вчера ты съела только салат. Это преступление против Италии."
Под сообщением шла фотография огромной тарелки пасты.
Она всё-таки улыбнулась.
— Видишь?
— Но он смешной! Что мне, грустить?
— Он влюблённый.
— София!
Девушка расхохоталась так громко, что из кухни выглянул Карло.
— Кто влюблённый?
— Маттео.
— Да ну? Правда что-ли?! А то не понятно, этот паршивец тут уже который день ошивается, отлынивая от работы!
— Папа!
— Что? Весь район уже знает о том, как влюблен сын Антония!
Элен чуть не подавилась кофе.
— Весь район?
Карло выглядел совершенно невозмутимым.
— Конечно.
— Это невозможно.
— Вчера он два часа спорил с рыбаком Джанни о том, какие цветы тебе понравятся.
София согнулась от смеха.
Элен закрыла лицо ладонью.
— Господи…
— Потом купил оба букета.
— Перестаньте.
— Потом вернулся и снова купил третий.
— Карло.
— Я просто рассказываю факты. — Карло деловито поправил манжет. — А принес в итоге сколько? Один! Возмутительно!
Факты оказались настолько нелепыми, что Элен тоже начала смеяться.
Потом её телефон снова завибрировал.
"Я забронировал столик сегодня, в семь. Заеду за тобой."
Элен подняла голову.
Карло невинно смотрел в окно, будто ничего здесь его не касается.
София довольно улыбалась.
— Зовет на очередное свидание?!
— Ага. — Элен улыбнулась.
— Правильно, молодая семья должна проводить много времени вместе. — Невозмутимо сказал Карло.
— Папа! — София хохотала.
— Семья? Мы знакомы неделю! — возмутилась Элен.
— В Италии этого достаточно, дорогая.
Спорить с ними было бессмысленно. Элен поняла это ещё на третий день знакомства. Но хотеть спорить так и не перестала, ну что за вещи они говорят?!
Почти каждый вечер она проводила с Маттео.
Иногда они гуляли, иногда сидели в их с отцом ресторане после закрытия. Иногда брали где-нибудь еду навынос и устраивались прямо возле канала.
Разговаривали обо всём.
О фильмах, путешествиях, работе, о детстве и людях. О том, почему итальянцы считают пасту лекарством практически от любой проблемы. О том, почему американцы работают так много, будто им платят за количество нервных клеток, потерянных за неделю.
Элен давно не чувствовала себя настолько легко рядом с другим человеком.
Маттео не пытался произвести впечатление — не рассказывал о своих деньгах, хотя очевидно, что они у него были. Не говорил о связях, хотя узнавали его едва ли не на каждом углу.
Он просто был рядом.
Слушал, шутил, а иногда смотрел на неё так, что внутри становилось невозможно тепло. И постепенно, Элен перестала ждать подвох.
Наверное, именно это поразило её сильнее всего.
Однажды вечером они сидели на ступенях возле воды и ели мороженое, Маттео рассказывал какую-то историю про своего двоюродного брата. Элен смеялась так сильно, что едва не уронила стаканчик в воду.
В этот момент телефон снова начал звонить. На экране появилось имя Дэвида.
Маттео сразу замолчал, давая ей пространство, а Элен посмотрела на имя несколько секунд, и нажала "отклонить".
Маттео продолжил рассказ так, будто ничего не произошло.
И только через несколько минут тихо спросил:
— Всё хорошо?
— Да.
И тогда Элен вдруг поняла, что она говорит чистую правду. Ей ведь действительно хорошо. Имя Дэвида на экране больше не вызывало боли, лишь чувство раздражения и усталость — зачем он звонит ей вообще, когда она ясно дала понять, что между ними всё кончено?
Она больше не ждала его сообщений, не перечитывала старые переписки, как это было в самом начале, после его предательства. Не пыталась понять, где всё пошло не так —
она не виновата в том, что он выбрал быть ублюдком и предателем, во всем этом никогда не было её вины.
Она была отличной женой. Отличным партнером, на которого всегда можно было положиться, в любой ситуации! И что она получила взамен? Плевок в лицо?
Какая-то часть её наконец отпустила прошлое.
Не совсем, конечно, но… достаточно, чтобы снова начать жить.
Так что…
не пошел бы ты нафиг, Дэвид?
На пятый день приключения, Маттео познакомил её с отцом.
По-настоящему познакомил — и Элен казалось, каждый раз, когда они заговаривали при ней на итальянском, что Маттео говорит с отцом о любви...
Синьор Антонио Беллини оказался высоким седым мужчиной с удивительно добрыми глазами.
Он посмотрел на Элен, потом бросил взгляд на сына и усмехнулся. Очень знакомо усмехнулся, точно так же усмехался Маттео.
— Теперь понятно, почему этот идиот последние дни ничего вокруг не замечает.
— Папа.
— Что?!
Элен рассмеялась. Синьор Беллини посмотрел на неё внимательнее, потом неожиданно сказал:
— Хорошо.
— Что хорошо?
— Ты снова заставила его смеяться.
Маттео замер.
Элен тоже.
Снова?
На секунду за столом стало тихо, а потом отец Маттео хлопнул сына по плечу и потянулся за вином, словно не сказал ничего важного.
Но Элен запомнила эти слова.
Потому что после них начала смотреть на Маттео немного иначе, — не как на мужчину, который появился в её жизни случайно.
Как на человека со своими потерями, ранами и историей. Возможно, не менее печальной, чем её собственная.
И именно тогда, стало особенно грустно уезжать.
О скором отъезде они почти не говорили.
Точнее, не говорили совсем, будто между ними существовало негласное соглашение.