Страница 9 из 122
Глава 3 Пепел в крови
Глава 3 Пепел в крови
На четвертое утро после расторжения брака я проснулась в своей старой комнате и несколько секунд не понимала, почему над кроватью нет светлого полога.
В доме Аркхартов служанка раздвигала шторы до того, как я открывала глаза. Здесь утро проникало через щели между ставнями, ложилось на стену неровными полосами и показывало все, что вчера удалось не заметить: пятно сырости возле потолка, облупившуюся краску на раме, трещину в кувшине.
Из двора доносился стук молотка.
Мастер пришел менять петлю на задней двери раньше обещанного. Я села, накинула халат и прислушалась. Кроме ударов по металлу, в доме слышались шаги Теи. Она заняла чердак в первый же вечер, хотя я предупредила, что крыша могла протекать. Девушка заявила, что хуже комнаты при дешевой ученической ночлежке там все равно не будет.
Прошлую ночь я провела у Леоны. Эту решила встретить в аптеке.
Новый замок уже стоял на входной двери, в кухне работала печь, а Тея нашла на складе сухое одеяло. Этого оказалось достаточно, чтобы отказаться от чужой гостевой комнаты.
Я встала и подошла к умывальнику. Вода за ночь стала холодной. Она помогла окончательно проснуться.
В зеркале над столиком отражалась женщина, которую я узнавала не сразу. Темные волосы были собраны кое-как, под глазами проступили тени. На внутренней стороне запястья больше не было брачной метки.
Я провела большим пальцем по чистой коже.
Раньше слабое тепло метки ощущалось даже во сне. Оно не мешало и почти не привлекало внимания, но теперь отсутствие связи стало заметнее ее присутствия.
Я отвернулась от зеркала.
На стуле стоял ящик, доставленный вчера из дома Аркхартов. Слуги аккуратно сложили мои платья, книги и личные бумаги. Сверху лежал аптечный набор отца, завернутый в плотную ткань.
Рядом находился запечатанный банковский документ от Северина.
Я не открывала его повторно. Сумму уже увидела вчера у Леоны. Ее хватило бы на ремонт, долги и несколько месяцев спокойной жизни.
Документ вернется владельцу, как только откроется почтовая контора.
Я оделась в простое темно-зеленое платье, которое носила до свадьбы. Оно оказалось теснее в груди, зато не требовало помощи служанки. Волосы заплела в одну косу и спустилась вниз.
В торговом зале стало светлее. С одного окна уже сняли доски, и за мутным стеклом была видна Драконья улица. Второе оставалось закрытым.
Тея стояла на табурете и протирала верхнюю полку.
— Доброе утро, — сказала она, не оборачиваясь.
— Ты давно встала?
— Когда мастер начал ругаться на петлю.
Из коридора донеслось:
— Я не ругался! Я объяснял ей, почему нельзя экономить на железе!
— Он объяснял очень выразительно, — добавила Тея.
Я прошла к задней двери.
Мастер сидел на корточках и закреплял металлическую пластину возле замка. Его звали господин Торн. Он держал небольшую слесарную мастерскую напротив и согласился работать с отсрочкой платежа после того, как Леона показала ему документы на здание.
— Петля была сорвана не от старости, — сообщил он вместо приветствия. — Ее тянули ломом.
— Давно?
— Не скажу. Дерево успело отсыреть по краям, но след не старше нескольких месяцев.
— После пожара?
— Возможно.
Он поднялся и несколько раз проверил дверь.
— Теперь снаружи быстро не откроют. Но защиту все равно восстановите. Хороший замок задерживает вора, а не останавливает.
— Сколько я вам должна?
Он назвал сумму.
Я заплатила половину, как мы договаривались. После этого в кошельке осталось двенадцать серебряных монет и немного меди.
Господин Торн спрятал деньги в карман передника.
— Остальное после открытия. Беатриса всегда платила вовремя.
— Я тоже буду.
Он внимательно посмотрел на меня, но ничего не сказал.
Когда мастер ушел, я закрыла дверь и проверила новый замок. Механизм работал легко, без усилия.
— Что сегодня делаем? — спросила Тея.
— Продолжаем опись. Потом разберем приемную и проверим воду.
— А флакон?
Пустой белый флакон лежал в запертом ящике кабинета Беатрисы. Я обернула его тканью и убрала отдельно от остальных находок.
— До снятия печати с лаборатории мы не сможем провести полный анализ.
— Но можно хотя бы проверить остаток.
— Остатка почти нет.
— На дне есть налет.
— Для точного анализа нужны чистые реактивы и защищенное место. В торговом зале слишком много пыли, а защитный контур не работает.
Тея спустилась с табурета.
— Значит, будем просто ждать Гильдию?
— Будем приводить помещение в порядок, искать деньги и собирать документы. Это не ожидание.
Она хотела возразить, но передумала.
За два дня я успела понять, что молчание Теи не означает согласия. Она просто откладывала спор до более подходящего момента.
Мы начали с приемной.
Вчера я только поверхностно осмотрела шкафы. Сегодня каждую упаковку нужно было открыть, проверить и записать. Непригодные материалы отправлялись в корзину на уничтожение. Целые инструменты — в таз с очищающим раствором. Банки без надписей я ставила отдельно.
Работа шла медленно.
Я несколько лет не занималась настоящей аптечной описью. Память подсказывала порядок, но руки потеряли привычную точность. Дважды я перепутала ящики. Один раз едва не записала поврежденный зажим в пригодные инструменты.
Тея заметила ошибку и молча переложила его.
— Можешь сказать, — произнесла я.
— Что?
— Что я невнимательна.
— Вы и сами это знаете.
Я посмотрела на нее.
— Тебя совершенно не учили обходительности?
— Учили. Но Беатриса говорила, что в аптеке точность полезнее обходительности.
Это было похоже на тетю.
— Зажим выбрасываем, — сказала я.
— Я уже положила его в корзину.
К полудню приемная перестала напоминать склад после наводнения. Одна кушетка была очищена, стол освобожден, у стены стояли ящики с проверенными материалами.
Вторая кушетка оставалась завалена книгами и тканью.
Я развернула последнюю упаковку бинтов, когда в торговом зале звякнула дверная ручка.
Новый замок выдержал.
Кто-то постучал.
Тея выглянула в коридор.
— Аптека закрыта!
— Я не за лекарством! — ответил детский голос.
— Тогда зачем?
— Бабушка спрашивает, не осталось ли у госпожи Беатрисы мази для суставов.
Тея открыла дверь на ширину ладони.