Страница 85 из 122
Я чувствовала это.
Серый пепел реагировал на вмешательство и укреплял соседние связи. Словно формула предусматривала попытку очищения.
Кассиан создавал не просто яд.
Он создавал зависимость, которую было трудно разрушить даже редким даром.
Финн застонал.
— Больно?
— Везде.
— Дышать можешь?
— Да.
— Смотри на Тею.
Она подошла к его голове.
— На меня, — сказала она. — Не закрывай глаза.
— Ты страшная.
— Хорошо. Значит, видишь.
Он слабо улыбнулся.
Я разрушила узел у сердца.
В лаборатории стало холодно.
Серый пепел вытягивал магию вместе с собой. Нужно было отделить одно от другого, не позволив источнику Финна опустеть.
Я удерживала его слабый огонь внутри.
Собственный дар работал как нож, который невозможно выпустить из руки.
— Правая пластина перегревается, — сказала Ивара.
— Заменить.
— Она связана с сердечным контуром.
— Тогда подложите вторую, не снимая первую.
Ивара выполнила.
Тея заменила воду.
Эдита следила за пульсом.
Я дошла до нижних каналов.
Ноги Финна были почти полностью опутаны серой сетью. Здесь вещество держалось не так глубоко, зато его оказалось больше.
— Чувствуешь это? — спросила я, касаясь колена через магическую связь.
— Нет.
— А это?
— Нет.
— Сейчас?
— Немного.
Значит, канал еще жив.
Я начала разделение.
Серая сеть рвалась тяжелее.
Каждый отделенный участок проходил через мои руки и оставлял холод под кожей. Пальцы больше не болели.
Онемели.
Это было хуже.
Боль предупреждала.
Онемение означало, что дар перестает различать границу между веществом и мной.
— Эдита, проверь мой источник.
Она коснулась диагностической пластиной моего запястья.
— Отклик падает.
— Насколько?
— Почти на треть.
— Продолжаем.
— Нет.
— Осталось две основные связи.
— У тебя уже нет точности для второй.
— Есть.
— Ты не чувствуешь пальцы.
— Дар чувствую.
— Мирелла.
Финн смотрел на меня.
— Ноги, — прошептал он.
— Что?
— Покалывает.
Я коснулась его ступни иглой.
Он дернул пальцами.
Сеть разрушалась.
Оставить последние связи означало позволить пеплу снова закрепиться.
— Еще одна, — сказала я. — После нее остановлюсь, если последняя не угрожает движению.
Эдита не согласилась.
Но не отключила контур.
Я вошла глубже.
Последняя крупная связь проходила через оба колена и нижнюю часть источника. Разделить ее одним движением было невозможно.
Я разбила узел на три части.
Первую вывела к левой нити.
Вторую — к правой.
Третья сопротивлялась и потянула за собой магию Финна.
Я удержала источник.
В голове стало пусто.
Не темно.
Просто исчезли звуки, запахи и ощущение комнаты. Осталась одна связь, которую нельзя было отпустить.
Я отделила серый пепел.
Не помнила, как убрала руки.
Вернулась от голоса Теи.
— Мирелла. Слышите?
Я сидела на полу возле стола.
Кто-то поддерживал меня за плечи.
Пальцы не чувствовали ничего.
— Финн?
— Дышит, — сказала Эдита. — Пульс ровный. Чувствительность возвращается.
Я попыталась подняться.
Ноги не удержали.
— Не вставать, — приказала Эдита.
— Нужно проверить последнюю связь.
— Я проверила. Угрожающей сети нет. Остаток сохранился в мелких каналах, но основное распространение остановлено.
— Значит, процедура закончена.
— Для тебя тоже.
Она положила диагностическую пластину мне на грудь.
Кристалл едва засветился.
— Дар истощен почти полностью.
— Восстановится.
— Если не будешь использовать несколько дней.
— В городе кризис.
— В городе есть другие ведьмы.
Я посмотрела через стеклянную дверь.
В лаборатории уже стояли две сотрудницы Гильдии. Не входили, но ждали распоряжений.
Тея держала журнал процедуры. Лицо было бледным, руки дрожали, однако записи оставались ровными.
— Перенесите Финна в приемную, — сказала я. — Проверка каждые пятнадцать минут первый час. Вода по глотку. Ноги держать в тепле, грудь не перегревать.
— Я сделаю, — ответила Тея.
— Образец запечатать в двойную коробку.
— Сделаю.
— Все чаши…
— Мирелла, — остановила она. — Я помню.
Я посмотрела на нее.
Не девочка, пришедшая за тетрадями Беатрисы.
Моя ученица.
— Хорошо.
Эдита помогла мне подняться.
— Наверх.
— В аптеке нет времени отдыхать.
— Поэтому будешь отдыхать в комнате над аптекой и отвечать только на вопросы, которые не требуют дара.
— Я могу работать с рецептами.
— После еды и сна.
— Эдита.
— Не заставляй меня оформлять медицинский запрет при Иваре.
Инспектор стояла рядом и выглядела готовой подписать его немедленно.
Я сдалась.
Подняться по лестнице самостоятельно не получилось.
Сначала я отказалась от помощи.
Потом поняла, что гордость не изменит состояние мышц.
Тея поддерживала справа. Ивара слева. До комнаты мы добрались медленно.
Я легла поверх покрывала и потребовала оставить дверь открытой.
Снизу доносилась работа аптеки.
Голоса ведьм.
Звон стекла.
Распоряжения Сейна.
Люди приходили один за другим.
Мой дар почти не отзывался, но слух оставался.
Я лежала и диктовала Тее рецепты через открытую дверь.
— Для драконов с холодом в каналах — теплый солевой раствор, без огненной настойки.
— Записала.
— При высокой температуре не давать лунный корень.
— Почему?
— Он усиливает связь с магией. Пока пепел активен, может ухудшить.
— Чем заменить?
— Ивовой корой в половинной дозе. Проверить давление до приема.
Она записывала.
Через некоторое время пришла Эдита и потребовала прекратить даже это.
— Я только говорю.
— Ты не отдыхаешь.
— Людям нужны составы.
— Людям нужна аптекарь, которая завтра сможет мыслить.
— Завтра может быть поздно.
— Тогда сегодня работа распределяется между всеми.
Она закрыла дверь наполовину.
Не полностью.
Оставила мне возможность слышать, но не командовать каждым движением.
Я ненавидела это.