Страница 84 из 122
— Часть проходит.
— Если они использовали каналы для доставки или активации вещества…
— Источник может быть под Советом.
Сейн подошел к Финну.
— Сначала ребенок.
Он был прав.
Финн уже терял чувствительность выше колен.
Обычные поддерживающие составы не остановили распространение. Глубокое разделение могло освободить основные каналы.
Эдита посмотрела на мои руки.
— Тебе запрещено использовать дар до завтра.
— У него нет времени до завтра.
— После архивного механизма связь еще нестабильна.
— Я чувствую пальцы.
— Это не показатель состояния источника.
— Тогда проведите разделение вы.
Эдита покачала головой.
— Мой дар диагностический. Я могу вывести простую примесь из крови, но не отделить ее от магических каналов ребенка.
— Другие специалисты?
— В Гильдии есть двое. Один на северной границе, второй работает в родильном доме и не владеет драконьей физиологией.
Я посмотрела на Финна.
Он слышал нас.
— Делайте, — прошептал он.
— Ты не принимаешь это решение один.
Марта сжала его руку.
— Если не сделать?
Я не стала смягчать ответ.
— Пепел продолжит перекрывать каналы. Он может потерять чувствительность полностью. Если дойдет до дыхания и сердца, будет опасно для жизни.
— А если сделаете?
— Смогу очистить главные участки. Но не весь организм. Процедура будет тяжелой.
— Для него?
— Для нас обоих.
Марта посмотрела на мои руки, потом на внука.
— Он уже согласился. Я тоже согласна.
Леона, появившаяся у стола с документами, сразу начала составлять акт.
— Нужен второй специалист как свидетель, — сказала она.
— Я буду, — ответила Эдита.
Северин подошел ближе.
— Что требуется от меня?
— Выполнить приказ о прекращении любых импульсов через печь.
— Уже отправляю.
— И уйти из зала.
— Почему?
— Ваш серый пепел может отозваться на процедуру. Кроме того, я не хочу, чтобы источник сильного дракона влиял на контур Финна.
— Я останусь за дверью.
— В малой комнате.
— Мирелла.
— Это медицинское решение.
Он сжал челюсти.
Потом повернулся к стражнику и продиктовал распоряжение Совету.
После этого ушел.
Без спора до конца.
Я приказала перенести Финна в аптечную лабораторию.
В бане было слишком много людей, слишком много чужих источников и недостаточно сильная защита. В «Полыни и пламени» я знала каждый узел, каждую линию и расположение инструментов.
Жители улицы освободили проход.
Финна несли на носилках.
Марта шла рядом. Тея впереди открывала двери. Эдита несла диагностический набор.
Когда мы вошли в аптеку, торговый зал оказался заполнен коробками с травами и чистой посудой. У прилавка работали две ведьмы из Гильдии, которых я раньше не знала. Они готовили заменяющие составы по утвержденным рецептам.
Ивара встретила нас возле лаборатории.
— Что происходит?
— Глубокое разделение у ребенка.
— Вам запрещено.
— Экстренная угроза жизни.
Она посмотрела на Эдиту.
— Подтверждаю, — сказала та.
Ивара отступила.
— Тогда полная запись процедуры. Я останусь свидетелем.
— Тея тоже.
— У нее нет договора ученицы.
— Сегодня оформим после процедуры.
Тея замерла.
Я не собиралась говорить это сейчас.
Но уже давно позволяла ей выполнять работу ученицы, доверяла пациентов и требовала точности. Оставлять ее в неопределенном положении было несправедливо.
— Если сама согласна, — добавила я.
Она быстро кивнула.
— Согласна.
— Тогда работай.
Мы подготовили круг.
Четыре медные пластины.
Две чаши с холодной соленой водой.
Серебряные нити.
Защитная сетка под кушеткой.
Чистая стеклянная емкость для отделенного пепла.
Финна переложили на стол.
Он смотрел на меня снизу вверх.
— Я потом снова смогу ходить?
— Сделаю все, чтобы смог.
— Это не обещание.
— Нет.
— Вы никогда не обещаете хорошего.
— Я обещаю не лгать.
Он подумал.
— Ладно.
Марта поцеловала его в лоб и вышла за дверь. Остаться во время сложной процедуры она не могла: страх родственника иногда мешал контуру сильнее случайной магии.
В лаборатории остались я, Тея, Эдита, Ивара и Финн.
— Начнем с ног, — сказала Эдита. — Потом нижний контур, грудь в последнюю очередь.
— Нет. Сначала освобожу путь к дыханию и сердцу. Если начну снизу, серый пепел может подняться вверх.
Она согласилась.
Я положила ладони на грудь Финна.
Дар отозвался слишком резко.
Еще до глубокого входа я увидела всю сеть.
Серый пепел больше не лежал отдельными частицами. Он соединялся в тонкие нити, опутывал каналы и тянулся к северу. Общий импульс печи сделал вещество активным.
В прошлый раз я отделяла крупинки.
Теперь нужно было разрушать связи.
— Он изменился, — сказала я.
— Как? — спросила Эдита.
— Собрался в сеть. Каналы связаны между собой.
— Можешь разделить?
— Да. Но если рвать по одной нити, они будут стягиваться к соседним.
— Тогда участок целиком?
— Да.
Я выбрала сеть возле легких.
Не стала тянуть.
Сначала закрыла ей пути к другим каналам. Создала вокруг участка границу, удерживая собственную магию ровным кольцом.
Тея следила за водой.
— Левая чаша темнеет.
— Меняй после первой связи.
Я ослабила узел.
Финн закашлялся.
Серый пепел дернулся к сердцу.
Я перехватила.
Не силой.
Направлением.
Указала ему единственный открытый путь — к серебряной нити.
Первая часть сети вышла в стеклянную чашу.
Вещество осело не пылью, а тонким спутанным волокном.
— Такого в записях Беатрисы не было, — сказала Ивара.
— Она не видела активации через печь.
Я перешла ко второму участку.
Боль в пальцах появилась сразу.
Не обычная.
Соль уничтожения из архива оставила дар раздраженным. Каждая связь отзывалась жжением до локтей.
Я продолжила.
— Мирелла, граница дрожит, — предупредила Эдита.
— Вижу.
— Остановимся после груди.
— Если остановлюсь, сеть снова соединится.
— Тогда раздели основной узел и сделай перерыв.
— Перерыва не будет. Она стягивается.