Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 118 из 122

Внутри лежала окончательная копия отказа дома Аркхарт от прав на печь, утвержденная королем и всеми сторонами комиссии.

— Хотел передать лично.

— Можно было прислать посыльного.

— Можно.

— Значит, причина другая.

Северин посмотрел на меня.

— Да.

Я ждала.

Он не пытался войти без приглашения.

— Я хочу попросить разрешения ухаживать за тобой заново, — сказал он.

Не восстановить брак.

Не вернуть жену.

Не начать сначала, будто прошлое можно стереть.

— Что вы вкладываете в это слово?

— Приходить не только на осмотры. Приглашать тебя на прогулку или ужин. Узнавать, какой стала твоя жизнь, не пытаясь ею управлять. Говорить о своей. Принимать отказ без обходных решений.

— И какой результат ожидаете?

— Никакого обещанного.

— Даже брак?

— Если когда-нибудь ты сама захочешь. Не как продолжение прежнего союза.

Я оперлась плечом о дверной косяк.

— Моя работа остается моей.

— Да.

— Аптека не переходит дому Аркхарт ни после брака, ни после рождения детей, если они будут.

— Да.

— Я не возвращаюсь в ваш дом только потому, что так удобнее положению герцога.

— Хорошо.

— Медицинские решения каждый принимает за себя.

— Да.

— Важные решения обсуждаются до того, как становятся необратимыми.

— Да.

— Молчание не называется защитой.

— Да.

— Титул не дает вам права отменять мой отказ.

— Не дает.

— Если доверие снова будет нарушено, я уйду.

Северин не побледнел и не попытался назвать последнее условие слишком жестким.

— Понимаю.

— Нет. Пока только соглашаетесь.

— Тогда буду доказывать, что способен понимать.

Я смотрела на него.

Пять недель назад он стоял в зале Совета и говорил, что наш брак был ошибкой.

Сегодня стоял снаружи моей аптеки и не пересекал порог, хотя дверь была открыта.

Между этими двумя мужчинами не лежало чудесное превращение.

Только поступки.

Не все достаточные.

Не все завершенные.

Но настоящие.

— Хорошо, — сказала я. — Можете ухаживать.

Северин медленно выдохнул.

— Когда начать?

— Уже начали.

Он улыбнулся.

Не широко.

Так, будто боялся сделать радость слишком заметной и тем самым превратить мое согласие в нечто большее.

Я отступила от двери.

— Войдете?

— Вы приглашаете?

— Да.

Северин переступил порог.

Не как хозяин.

Не как муж, вернувшийся домой.

Как человек, которого я сама решила впустить.