Страница 2 из 6
— А может, тогда покажешь мне всю переписку целиком? — прошу я с вызовом в голосе, крепче сжимая его телефон.
Лицо Данилы мрачнеет. Его глаза становятся холодными, как январский лёд.
— Рита, ты сейчас меня сильно обидела своим недоверием, — цедит он сквозь зубы, делает ко мне широкий шаг и вырывает свой гаджет из моих рук. — Добирайся на работу сама. Я тебя ждать не буду!
Больно! Автоматически сую палец в рот. Кажется, он мне ноготь сломал!
Но Данила резко разворачивается и исчезает в прихожей. Через секунду дверь хлопает так, что я вздрагиваю.
Всеми своими действиями муж пытается навязать мне чувство вины. Однако я не спешу раскаиваться. Я не психичка и не истеричка. Если у меня появились мысли о том, что Данила что-то от меня скрывает, значит это не на ровном месте.
Достаю из кармана телефон и набираю старшего брата. У него есть один друг... Тот самый, о котором я двадцать лет даже слышать не хотела. Но сейчас...
— Алё? — хриплый голос Артёма звучит сонно.
— Привет. Мне нужен Князев, — выдыхаю я, чувствуя, как дрожат мои пальцы.
На другом конце провода — долгая пауза. Потом тихий свист.
— Серьёзно? Двадцать лет запрещала даже его имя произносить, а теперь...
— Теперь мне нужна его помощь, — перебиваю я. — Отчаянные времена, Тём, требуют отчаянных мер.
Ещё одна пауза. Потом:
— Ладно. Он сейчас в городе. Жди звонка. Но сначала мне расскажи, что у тебя случилось. Кого надо убить?
Глава 2
Артёму ничего толком не рассказываю, отделываюсь фразой, что на болтовню с ним времени нет, но конкуренты что-то задумали, и я хочу выяснить что именно. А то ведь я брата знаю — он с Данилы шкуру спустит. Но на работу не спешу. Собираюсь не торопясь. Жду звонка, а заодно вспоминаю, почему двадцать пять лет избегала любых воспоминаний о Тимуре Князеве.
Мой старший брат учился с ним в университете и когда впервые привел его к нам домой, я влюбилась с первого взгляда. Много ли надо шестнадцатилетней девчонке, чтобы потерять голову? Высокий, мускулистый, русоволосый красавец с загадочным выражением лица — именно таким мне запомнился Тимур Князев. А еще у него был собственный крутой «Харлей», который сводил с ума всех девчонок.
В шестнадцать я считала себя очень взрослой и смелой, поэтому скрывать свои чувства не стала. Помню, как поймала Тимура в родительском коридоре одним душным летним вечером, затащила в ванную, захлопнула дверь и, закинув руки ему на плечи, призналась во всем, глядя прямо в глаза...
Он рассмеялся. Не просто улыбнулся, а именно громко, от души рассмеялся, будто услышал самую смешную шутку в своей жизни.
— Рита, ты хоть понимаешь, что так нельзя? — сказал он, вытирая слезы. — Я взрослый мужчина, и у меня взрослые потребности. Думаешь, мне интересно с тобой в куклы играть? А ты держись даже от мальчиков подальше, пока не научишься сначала думать, а потом делать.
Нет, так-то он, конечно, был прав. И этот случай действительно научил меня разумной осторожности. Но тот ужасный всепоглощающий стыд, который я испытала тогда в ванной комнате... Мне больше никогда не хотелось переживать ничего подобного.
Князев мог бы и поделикатнее меня на место поставить. Все же ему в тот момент было уже двадцать два — действительно взрослый мужчина. А я была просто глупой девочкой с бурлящими гормонами.
Телефон в моей руке внезапно вибрирует. Незнакомый номер. Сердце бешено колотится, когда я подношу трубку к уху.
— Привет, Маргаритка. Рассказывай, что стряслось, — раздаётся в трубке густой хрипловатый голос, который я, оказывается, помню до мельчайших интонаций даже спустя четверть века.
Вдох, выдох, вдох, выдох.
— Здравствуй, Тимур. Мне нужна информация. О моём муже.
И снова этот проклятый стыд, будто я опять та шестнадцатилетняя дурочка из ванной. Что за чертовщина? Почему каждая наша встреча — это вечное унижение?
— Подозреваешь, что изменяет? Или ещё что похуже? — деловито уточняет Князев, и я слышу, как на его конце провода щёлкает зажигалка.
Он спокоен. Слишком спокоен.
Видимо, зря я стою тут, краснея до корней волос. Для него мой звонок — обычное дело. Хотя мы с братом никогда не обсуждали Тимура, я прекрасно знаю, чем он занимается: частное детективное агентство «Князь». Таких обманутых, как я, клиентов через него прошло видимо-невидимо.
— И то, и другое, — выдыхаю я. — Мне кажется, он хочет развестись и лишить меня доли в бизнесе.
— Гандон, — моментально припечатывает Князев. — Но лучше поговорим с глазу на глаз. Когда сможешь встретиться?
— Ты... сам этим займёшься? — не верю своим ушам.
Я-то думала, он просто выделит какого-нибудь подчинённого. Зачем директору агентства возиться с банальным бракоразводным делом?
— Конечно. Ты мне не чужая. И я тебе должен. — Его голос внезапно становится мягче.
Я открываю рот, чтобы спросить «За что должен?», но в последний момент прикусываю язык. А вдруг он вспомнит ту ванную? Вдруг за эти годы осознал, как жестоко поступил? Нет уж, это обсуждение я точно не переживу.
— Я могу подъехать сейчас. Куда? — быстро перевожу тему.
— За сколько доберёшься до городской библиотеки?
Библиотеки? Серьёзно? Прямо как в дешёвом детективе.
— Тридцать минут, — прикидываю время на дорогу и сборы.
— Хорошо. Зайдёшь внутрь, скажешь, что ко мне. Тебя проводят.
Он сбрасывает звонок, даже не попрощавшись.
Я мчусь в гардеробную и замираю перед зеркальным шкафом. Что надеть? Платье? Хватаю длинное, красное, облегающее. Нет, слишком откровенно. Брючный костюм? Слишком официально. Джинсы и свитер? Слишком буднично. Мне хочется предстать перед ним безупречной. Знающей себе цену женщиной.
Прикусываю губу. Если уж быть совсем честной...
Иногда, закрывая глаза перед сном, я позволяла себе фантазировать. И в этих фантазиях Тимур Князев частенько появлялся в роли главного героя. Нет, я не была в него все эти годы влюблена. Я всей душой все эти годы любила мужа, но… Князев невольно стал некой недостижимой мечтой, как актёр с плаката.
Выбираю маленькое черное платье — бессмертная классика. Оно не облегает фигуру, но прекрасно подчеркивает все её достоинства. На шею повязываю свой любимый шарфик из брендовой коллекции. Шелк скользит по коже, добавляя уверенности в себе.
Макияж! Обычно на работу я крашу ресницы и прохожусь по губам блеском. Сегодня же наношу тон и рисую стрелки. Сапоги тоже достаю парадно-выходные. Высокие, до колен, на каблучке.