Страница 55 из 60
Магрита лукаво улыбнулась и завершила ритуал.
— Отныне вы муж и жена.
А потом исчезла. Просто испарилась. Но на этот раз я осталась в небесном храме, перенесенная сюда по воле богов. А рядом со мной стоял Габриэль Сторнбрейк, будущий князь Оршанский. Мой сосед. Мой самый ненавистный насмешник и идейный соперник. Мой старый друг. Старший брат моей подруги. Мой.. муж!
Какое-то время мы молча смотрели друг на друга. А потом в голову пришла простая мысль: «Доспорилась, Беатрис! Молодец!» и у меня вырвался невольный смешок.
Габриэль, как всегда умело читающий по моему лицу, мгновенно подхватил мое настроение, и мы оба плюхнулись на мраморный пол и безудержно рассмеялись. От души, так что живот заболел, а из глаз брызнули слезы.
И снова замерли, лежа бок о бок и глядя глаза в глаза.
Не помню, кто потянулся первым. Наверное, это был Сторнбрейк. Но через миг мы стали так же безудержно целоваться. Как будто не могли поверить в собственное счастье. Вскоре была отброшена прочь как неудобная одежда, так и неуместное смущение.
Между нами остались только доверие и любовь, не знающие ограничений.
Богам было угодно, чтобы мы провели эту ночь в Небесном Чертоге. Здесь, на одном из островов, мы стали почетными гостями. Для нас были приготовлены и мягкая широкая кровать, и столы, ломящиеся от яств, и захватывающие дух виды с одного из летающих островов на нашу славную Икерию с высоты птичьего — или драконьего! - полета.
Невероятный рассвет мы встречали, сидя на расстеленном теплом пледе, с чашками горячего шоколада. И, конечно же, обнявшись.
— Не смотри так самодовольно, - пробормотала я, когда поймала его горящий взгляд.
— Как именно? - шепнул он.
— Как мужчина, который этой ночью получил все, что хотел, - сказала и почувствовала, как румянец смущения опаляет мои щеки.
Он тихо усмехнулся, нежно поцеловал меня в висок и ответил:
— Ошибаешься. Все, что хотел я получил уже давно. Только осознал лишь теперь. В данную же минуту я просто радуюсь тому, как мне невероятно повезло.
Он осторожно убрал прядь волос с моего лица. И я поняла, что мое счастье, действительно, всегда было рядом со мной. И если бы не мой глупый эксперимент, я могла его так никогда и не разглядеть!
— Кажется, я еще не до конца все осознала. Какие-то недостаточно убедительные аргументы мне привели прошедшей ночью.. - и прикусила нижнюю губу, отчаянно стесняясь и, одновременно, желая подразнить Габриэля.
Он посмотрел на меня с таким выражением, что я тут же спрятала лицо у него на груди.
— О, так вот как, - очень серьезно проговорил он. - Жена решила погубить меня в первый же день брака?!
— Переживешь, муж, - буркнула я.
— Ради такого — с радостью! - последовал ответ.
И мы снова рассмеялись — на этот раз тихо, почти шепотом, боясь спугнуть эту хрупкую, ласковую близость, которая только-только зарождалась между нами.
Еще один день прошел почти незаметно, на смену пришла ночь и Луны как никогда ярко освещали наше брачное ложе. И снова мы узнавали друг друга.
Мы много говорили, так, как не говорили раньше. Он целовал мои пальцы, брачный обруч, висок, губы.. И от этой почти невесомой нежности мне было тяжелее дышать, чем от любой горячей страсти, что раз за разом сплетала нас воедино.
Потом разговоры становились все тише. Я гладила его по волосам, слушала стук его сердца. И думала о том, что ни одно научное достижение никогда не даст мне и толики подобного счастья.
Когда под утро мы все же задремали, я успела подивиться, что первая (да и вторая!) брачная ночь вышла удивительно правильной.
Немного смешной. Немного неловкой. Очень нежной. И только нашей.
А утром прилетел Силь и слегка испортил нам очарование едва начавшегося медового месяца.
Сначала я даже не признала своего маленького помощника, так он подрос и изменился.
— Силь, ты что, наглотался какого-то зелья со стола Джинни? Признавайся?! - ужаснулась я.
Передо мной парило уже не перо, а целое опахало. Силь увеличился в размере раза в три и засиял ярче, так что глаза слепило. В воздухе за ним теперь следовал устойчивый магический след.
А когда он стал показательно перемещаться из одной точки церемониального зала в другую, потом в нашу «небесную» опочивальню, после нее в залу-столовую и обратно, я вообще теряла его из виду, так молниеносно он двигался.
— Нет, скорее всего, он просто набрался новых сил. Связь истинной и дракона в действии. Верно, брат? - правильно расценил ситуацию Габриэль.
— И-и-и-и! - утвердительно прогудел этот хитрюга.
— Ну ничего себе дела творятся! - только и развела руками я. - А ты вообще сможешь помещаться обратно в серьгу-артефакт?
— Что-то я сильно сомневаюсь.. - подтвердил мои опасения муж. - Давай хоть в этом не будем экспериментировать. Есть новости?
И тут настал звездный час моего питомца.
Силь приосанился, выпятил вперед пушистую грудь, откинул назад перьевой чубчик и.. как промычал:
— Д-о-м-о-й!
От неожиданности я вцепилась в Гэба мертвой хваткой. Да и он не остался равнодушен к такой трансформации маленького пера.
— Сторнбрейк, мне кажется, или Силь заговорил голосом моей матушки? - шепотом поинтересовалась я. - Скажи, что у меня просто разыгралось воображение?
— Когда фантазируют двое, еще и одинаково, это уже никакой не вымысел, а вполне себе реальность, - не сильно утешил меня Габриэль.
Мы скорбно переглянулись. Накрылся наш медовый месяц пушистыми перышками.
— Допустим, мы возвращаемся. Но как ты собираешься это делать? - возопила во мне возмущенная новобрачная, оскорбленная в лучших чувствах своей, дорвавшейся до мужской груди и.. хммм.. еще кое-чего, души. - Сюда-то нас Магрита перенесла. Будем ее просить?
— Обижаешь, жена! - возмутился Габриэль. - А дракон тебе на что? Кстати, сейчас познакомишься с моим Ветром еще раз. Первое общение у нас не задалось. Нужно исправлять ситуацию.
И он начал стаскивать рубашку, потом схватился на ремень брюк. Я уж было размечталась, что Сторнбрейк передумал и решил послать всех лесом, причем дальним, и пожалеть бедную меня. Во все глаза вылупилась на мужа, в предвкушении.
Но этот гад, подвид благородный, отошел подальше, соблазнительно и, - явно издеваясь! - поиграл красивыми мускулами, а потом перекинулся белоснежным чешуйчатым.
Я не сдержала горестного стона. Габриэль-дракон явно понял причину моего расстройства, я четко услышала его приглушенный рычащий смех.
Ну все! Вернется в облик человека, отыграюсь, честное слово!
А потом до меня, наконец, дошло.