Страница 83 из 266
— Мастер Ямада Таро, — ответила Соня, несколько успокоенная по поводу непредвиденных расходов. И объяснила недоумевающему Манну: — Это японец, друг Фудзивары-сенсея, приехал преподавать в Додзё, пока самого сенсея нет. Ему шестьдесят семь лет, и он очень серьезный боец. Вот тут точно найдет коса на камень! Думаю, если вы скажете ему правду, — он ни за что и ни при каких условиях сегодня не уйдет из гостиницы. Даже и не надейтесь! Если вы его обманете — он будет вас презирать и уедет обратно в Японию. Останемся без мастера!
— Да, — подтвердил Смолев. — Это правда. Ни за что не уйдет. Самурай, верный кодексу Бусидо, не бегает от опасности, не боится смерти и не сможет остаться в стороне, если опасность грозит дому, где он — почетный гость. Самурай есть самурай! Боюсь, что здесь мы бессильны. Ложь его оскорбит, что, впрочем, естественно… Где он сейчас?
— В Додзё, — снова пожала плечами Рыжая Соня. — Где же ему быть? — И кислым голосом добавила: — Ведет семинар по Иайдо, который мы с тобой, дядя Саша, благополучно пропустили.
— Ничего, наверстаем, — подбадривающе подмигнул Смолев. — Когда будет на вилле?
— Машина за ним пойдет в восемь вечера. Обычно к девяти он уже в номере. Ужинает у себя один. Петрос готовит для него сегодня суп из крабов, сашими и рис. К его приходу девочки уже относят ему ужин в номер. Ложится рано. Встает в пять тридцать, бежит на берег и четыре часа там занимается. Не дай Бог, если что с ним случится по нашей вине, — как потом Фудзиваре в глаза смотреть?
— М-да, — протянул Смолев. — Ладно, я подумаю. Он в каком номере поселился?
— В том-то и дело, что в седьмом! Рядом со всем этим балаганом! Хорошо, что он сегодня целый день в Додзё. Объясняться тебе все равно с ним придется: как бы крепко он ни спал, — выстрелы он не проспит, — мрачно произнесла Соня, задумчиво водя по скатерти ногтем указательного пальца.
— Ясно, кто еще?
— Парочка юных «ботаников», Алфи и Пенни, студенты. Он — англичанин, она — гречанка, Пенелопа Закинтиоти, помнишь? Они, слава богу, в девятом номере, это уже по другой галерее, но и с ними надо что-то придумывать. Они не женаты, номер для новобрачных ты им не подсунешь! Это дурной тон. Могут возмутиться, что лезем не в свое дело.
— Тогда какие варианты? — поинтересовался генерал. — Этих детей точно надо убрать из гостиницы. Не хватало нам еще жертв среди подростков. Но убрать так, чтобы они не сболтнули лишнего! Чем дальше от таверн и баров, тем лучше. А еще лучше — с острова их отправить…
Повисло напряженное молчание. Какое-то время никто не произнес ни звука: все напряженно соображали. Официантка, убрав посуду со столов, сняла и унесла скатерти.
— Эврика! — хлопнул себя по лбу Смолев. — Ты говорила, что они студенты-археологи? Воспитанные ребята? И Джеймс Бэрроу у них преподаватель? Тогда они не откажут своему наставнику, если он пригласит их сегодня на Парос, чтобы обсудить с ними за ужином свои мысли по поводу пещеры Зевса! Отвезет их Василиос, скупиться не будем, раз Интерпол решил тряхнуть бюджетом!
— Но кто подскажет Джеймсу эту идею? — засомневалась Соня, покачав в сомнении головой, зная его рассеянность. — Он точно все перепутает: пригласит их не на ужин, а на завтрак, и не сегодня, а завтра, и не на Парос, а куда-нибудь на Милос! Да скорее просто и вовсе позабудет им позвонить! А нам нужно наверняка!
— Лили Бэрроу! — улыбнулся Алекс и поднял указательный палец. — Она умница! Понимает все с полуслова. И Джеймса знает прекрасно. Вертит им, при необходимости, как хочет. Я позвоню Лили и попрошу ее об одолжении. Она не станет задавать лишних вопросов и все сделает как надо. Номер в гостинице на Паросе из нашего фонда им выделят, а завтра Василиос привезет их обратно. Решено! Так, кто еще остался?
— Ребята молодые, израильтяне. Только они. Ты еще хотел с их сержантом пообщаться, Леонидом Меламедом. Они тоже возвращаются на виллу обычно за час до ужина.
— Израильтяне? — переспросил генерал. — Армейцы? Уже здесь? Это хорошо! Вместе с ними пообщаемся — так будет лучше. Это все постояльцы?
— Все! Остался только персонал: повара, горничные, ресепшн, садовник и я, — подтвердила Соня и добавила звенящим голосом, не терпящим возражений: — Имей в виду, дядя Саша, меня тебе сплавить не удастся! Я остаюсь! Только попробуй! Обижусь смертельно! Уеду в Питер завтра же — останешься без управляющей! Ты меня знаешь!
— Хорошо, — после минутного колебания нехотя согласился Смолев. — Шантажистка! Но, чур, уговор: не высовываться! Будешь делать только то, что тебе скажут!
— Есть «не высовываться»! — радостно потерла руки Рыжая Соня. — Приказ понятен!
— Персоналу дайте на сегодня выходной под благовидным предлогом: мол, гости почти все разъехались, — предложил генерал Манн. — Садовник, садовник… Саша, это тот самый крепкий старик Христос? Бывший морской десантник, что тебя выручил тогда в деле с алхимиком? Голыми руками двух бандитов завалил, — я не путаю? Его оставьте. Он может пригодиться.
— А ему и некуда идти, — доложила Соня, разведя руками. — Он живет на территории. Да и не ушел бы он, вы что! Тут и сад у него фруктовый, и виноград на террасе, вон, у нас над головами! Урожай скоро собирать. У него вся жизнь здесь! Кто вздумает на вилле или в его саду свинячить — он точно голыми руками голову открутит. Суровый старик с виду. А на самом деле — он замечательный! Меня другое смущает, дядя Саша… Петросу я что скажу? Он почувствует, что не все так просто. Догадается же…
— Петроса попроси нам помочь; думаю, что он не откажет. Пусть приютит у себя сегодня Буджардини. Да, да, знаю, знаю, ты на него сердита. Но он, по большому счету, жертва обстоятельств. Его семью Каморра в Неаполе взяла в заложники. Отсюда и такое неадекватное поведение. Тут он нам будет только мешаться. Попроси Петроса проследить, чтобы Буджардини из его дома до завтрашнего полудня и носа не казал! Впрочем, он и сам не захочет: слишком напуган. Если кто заметит, что они уходят — ничего страшного! Два повара решили пообщаться — что же в этом подозрительного? Вполне естественно. Проверьте только, чтобы слежки не было за вами. А лучше — сядьте в машину, поплутайте по улицам, потом бросьте ее и пешком доберитесь до дома Петроса. Все ясно?
— Ясно, — удивленно произнесла Соня. — Я не знала про семью… Бедолага! А я-то думаю, чего это с ним? Теперь все ясно. Хорошо, поняла, все сделаю! Сначала отправлю персонал, потом мы с Петросом вместе отвезем повара, и я вернусь на виллу.