Страница 31 из 266
Похоронив мать и сестер, Сальваторе заперся у себя дома на несколько недель.
За это время по требованию жителей Неаполя, чья чаша терпения переполнилась, в город были введены усиленные подразделения полиции, которая начала массовые облавы и аресты глав кланов.
Винченце Гуллотта был арестован одним из первых. Управление «семьей» в свои руки взяла его жена Четтина. Диалог у Сальваторе с женой нового дона не сложился. Жадная, злобная и мстительная женщина без каких-либо объяснений требовала денег и ничего не хотела слышать. Она требовала все новых и новых убийств.
Когда в его адрес прозвучали первые истеричные угрозы с ее стороны, Сальваторе ничего не ответил. Он молча вышел из приемной и отправился домой. Через три дня он дал понять Интерполу, что готов сотрудничать.
Часть десятая
Маяк не носится по всему побережью в поисках лодки, которую можно спасти.
Он просто стоит на одном месте и светит.
Энн Ламотт
— Ба! Вот так встреча! Нежданно-негаданно! — воскликнул с веселым удивлением генерал Манн, входя утром следующего дня в помещение полицейского участка Наксоса и на секунду застывая в дверях. — Старший инспектор Антонидис! Что вы здесь делаете, Теодорос? Вы же в отпуске? Еще пару недель, если я не ошибаюсь?
— Калимера, старший инспектор! — входя в кабинет вслед за генералом, радушно поздоровался Смолев с хозяином кабинета, мешая греческие и английские слова. — Рад вас видеть! А мы думали, что вы где-нибудь на Санторини любуетесь закатами и пьете местные вина.
Вскочивший им навстречу из-за стола полноватый полицейский в мятом льняном костюме несколько смутился и, слегка запинаясь, ответил тоже по-английски:
— Доброе утро, господа! Господин генерал! Господин Смолев! Да, все верно… Я здесь… Мне стало известно… Мы с Медеей уже все обсудили… В общем, ничего страшного — Санторини подождет! С начальством я все согласую! Такое дело бывает не каждый день!
— Ах, «вы с Медеей уже все обсудили», — понимающе хмыкнул генерал Манн, усаживаясь в удобное кожаное кресло и жестом давая понять инспектору, что и он может присесть. — Вы что, знакомы? Где она, кстати? Совещание было назначено на десять утра. Уже без трех минут! — Генерал покрутил головой, оглядев скудную обстановку кабинета начальника уголовной полиции острова: два стола, пара кресел, три стула, карта Наксоса, сейф в углу и часы на стене, которые били каждые полчаса. — А у вас в отделе все по-прежнему, ничего не поменялась с нашего прошлого дела. М-да… И вновь я посетил сей чудный уголок!.. Тоскливо, как в прозекторской… В следующий раз принесу вам пару кадок с цветами в подарок: оживлять надо обстановку как-то! Ну, так где Медея, Антонидис, что вы молчите и застыли, как статуя Командора? Присаживайтесь, вот как раз свободный стул!
— Должна быть с минуты на минуту, она мне только что звонила, — краснея и не думая присесть, произнес Антонидис, словно школьник-прогульщик, пойманный директором с поличным.
Под пристальным взглядом Смолева он еще больше стушевался и замолк, вытирая пот со лба огромным белоснежным платком.
— Вот ждем…
— Так вы все-таки близко знакомы? — уточнил Смолев, сев на стул в углу и продолжая наблюдать за инспектором, неловко перебиравшим пачку бумаг на столе.
Пиджак был мятым — лен есть лен, но белоснежная сорочка была отутюжена как следует. Стильные золотые запонки в форме головы Горгоны. Новый галстук — похоже, итальянский. Туфли, обычно пыльные, начищены до блеска, аромат дорогого одеколона — старшего инспектора словно подменили. Да он щеголь! Однако!..
— Знакомы? Это громко сказано, — смущенно пожал плечами глава полиции острова, неловко выпустив бумаги из рук, которые сразу же рассыпались веером по столу. — В Академии мы ходили на одни и те же лекции, несколько раз общались. Семинары, практическая огневая подготовка… Участвовали в соревнованиях по практической стрельбе. Я всегда восхищался! Она… Мы были просто на одном «потоке»; опять же — я был тогда женат!
— Да, я слышал, что стреляет она отменно. Не знал, что вы вместе учились, — кивнул Манн и произнес примирительно: — Ладно, Теодорос, все в порядке! Простите нам не слишком деликатные расспросы. Мы просто удивились, увидев вас здесь. Так что же капитан Иоанниди вам такого сказала, что вы бросили все, отменили отпуск и примчались на Наксос?
— Что… что я нужен здесь в интересах следствия, — чуть тише и по-прежнему смущенно краснея, ответил старший инспектор, тщетно пытаясь собрать бумаги в аккуратную пачку, и вдруг встревожился. — Надеюсь, вы не возражаете, генерал? Мое участие в деле не покажется вам излишним? Я понял, что речь идет о мафиозных группировках? Мне бы хотелось принять активное участие в расследовании! Медея вкратце ввела меня в курс дела. Возможно, мне следовало заранее согласовать с вами…
Генерал задумчиво потер массивный лоб, пожал плечами и широко улыбнулся сконфуженному полицейскому.
— Ни в коем случае, старший инспектор! Мы всегда высоко ценили вашу помощь. В конце концов, ваш отпуск — ваше личное дело. Поступайте так, как считаете нужным. Санторини и в самом деле может недельку подождать. А вот, похоже, и та, о ком мы беседовали.
Входная дверь полицейского участка громко хлопнула и по кафельному полу в сторону кабинета старшего инспектора решительно процокали каблуки. Часы на стене кабинета, дребезжа и подрагивая, пробили десять часов.
— Господин генерал, капитан Иоанниди прибыла в ваше распоряжение, — произнесла представительница столичного департамента полиции, распахнув дверь и войдя в кабинет.
Сегодня, как отметил Смолев, она была не в полицейской форме: светлый брючный костюм, выгодно подчеркивающий ее фигуру; туфли на высоком каблуке, макияж и прическа — Медея Иоанниди знала, как произвести впечатление.
— Разрешите присутствовать на совещании?
— Здравствуйте, Медея! — добродушно кивнул Виктор Манн, расположившись в кресле с максимальным комфортом. — Прекрасно выглядите! Я не ваш прямой начальник и имею право сделать вам комплимент, поэтому ведомственную комиссию по профессиональной этике беспокоить не будем… Думаю, что все присутствующие здесь мое мнение разделяют. Присаживайтесь! Прежде чем мы начнем, объясните, зачем вам потребовалось вызывать нашего общего друга из отпуска?