Страница 39 из 108
За их спинами наконец-то закрылась дверь, которая уберегла стаю от злости вожака. Но кровопролитное обещание так и повисло над опенспейсом. И каждый наверняка догадывался, что Хван Юн Хо вернется с «разговором» к особо болтливым. И они это принимали и понимали: оскорблять пару вожака – оскорблять его самого.
Су Ен, насколько видел Юн Хо, не собиралась бежать прочь, трусливо поджав хвост. Вопреки всяким ожиданиям, они увидели перед собой злость волчицы и ее упертый, словно у осла, нрав.
— Они умеют напугать. – Госпожа Хван изящно опустилась в мягкое кресло возле окна. Юн Хо иногда любил сидеть в нем, перебирая разные скучные бумажки. Правда, в такие моменты он больше наблюдал за людьми на улице, чем занимался работой.
— Их можно понять, – легко отозвалась Су Ен, осматриваясь по сторонам: то на госпожу Хван перед собой, то на Юн Хо. Будто пыталась без слов спросить у него, как ей вести себя с его мамой. – Я всего лишь очередная ругару, переступившая порог агентства.
— Не думаю, что мой сын так считает. – Хван Йе Ри улыбнулась уголком губ, глянув на помрачневшего Юн Хо. Ему явно не нравилось то, что слетало с языка его пары. И если Су Ен до сих пор не поняла, что Юн Хо был более чем серьезен в своих намерениях, то им стоило поднять вопрос парной связи еще раз. Чтобы снова напомнить ей, что он, в отличие от нее, – волколак, который свято чтит то, что назревает между ними.
— Стая не примет ругару, – хмыкнула Су Ен в ответ так, будто смогла залезть к каждому в стае в голову. – Вы и сами это прекрасно видели, госпожа Хван. – Было заметно, что Су Ен наслаждалась этим диалогом.
— Что ж, в чем-то ты, может быть, и права. – Госпожа Хван расслабленно наклонилась вперед, переводя взгляд с Су Ен на напряженного Юн Хо, который топтался перед своим рабочим столом. Госпожа Хван казалась слишком доброй. Слишком уж просто она приняла тот факт, что нареченная ее сына – ругару.
Тут-то Су Ен и заметила, что вся мебель, на которую можно было бы присесть, стояла достаточно близко к рабочему столу Юн Хо. Словно он хотел, если его нареченная окажется в его кабинете, то сидела рядом.
— Но если бы стая решила, что ты слаба, они бы даже не заметили твоего прихода. – Эта истина, произнесенная Йе Ри, наверняка была так же проста для волколаков, как загадки, которые задавали детям в школе. – А вместо этого они рискнули бросить тебе вызов, даже зная, что мой сын захочет откусить им голову. – Госпожа Хван в открытую насмехалась над тем, как первобытно вел себя Юн Хо. И это заставило его улыбнуться и присесть на краешек стола.
— Не буду я никому откусывать голову.
— Будешь. Этим ты весь в отца. – По-матерински теплая улыбка на лице Хван Йе Ри почти скрыла тоску, что всколыхнулась в ее глазах. Таких знакомых Су Ен. В отличие от жестких и грубоватых черт лица, глаза Юн Хо всегда казались Су Ен мягкими и приветливыми. Конечно, не тогда, когда в его голове возникали планы кого-нибудь убить. – Чон Иль после нашей первой встречи до полусмерти избил одного несчастного парня за то, что тот подарил мне заколку. Нам было всего-то лет по шестнадцать, но уже тогда отец Юн Хо был чертовым собственником.
— Мои родители познакомились в университете. – Су Ен и не заметила, как решила поделиться с госпожой Хван историей своей семьи. – Аппа рассказывал, как долго ему пришлось доказывать свои чувства, несмотря на то что они с мамой сразу узнали о своей парной связи. – Су Ен ностальгически улыбнулась. Папа давно не вспоминал о маме.
— Вы – ругару, и вам просто отказаться от своих пар. – Йе Ри словно хотела посмеяться над непостоянством ругару, отчего Су Ен тут же напряглась. Ей не нравилось, в какую сторону уходил разговор. Она не хотела обсуждать парную связь при Юн Хо, ведь они с ним установили между собой строгие границы. Точнее, Су Ен рисовала какие-то там призрачные границы, которых и сама уже переставала придерживаться.
— Я видела, как из-за парной связи страдали даже ругару. Как из-за смерти своей пары ругару был готов.. бросить все. Как ругару растерзал того, кто чуть не убил его пару. Своими глазами я видела и то, как ругару манипулировал своей парой-фералом. Мы все разные, госпожа Хван.
— Прости. – Госпожа Хван потянулась к Су Ен, чтобы взять за руку, но Су Ен вовремя увернулась, однако взгляда не отвела. – Я не хотела сказать, что ты..
— Я понимаю, госпожа Хван. – Су Ен уважительно кивнула, прикрыв глаза. – Но я попросила бы прекратить этот разговор. – Юн Хо оттолкнулся от стола, оказываясь между женщинами. Он загородил собой Су Ен так, будто госпожа Хван могла причинить ей боль. Су Ен оставалось лицезреть его широкую спину.
Очередные навязчивые мысли пронеслись в голове: «Встань и проведи ладонями по его плечам. Он кажется таким напряженным. Заставь его расслабиться».
— Вот про это я и говорю, – засмеялась госпожа Хван, поднимаясь с кресла. – Маленький негодник! – Она шутливо взлохматила Юн Хо волосы, сделав их похожими на швабру.
Су Ен не сдержала смешка, наблюдая за уютной и такой трогательной картиной. Она и не знала, что Юн Хо бывает таким мягким и ребячливым.
— Дружите против меня, да? – Юн Хо тяжело вздохнул и поднял глаза к небу.
А ведь все могло быть куда проще, чем сейчас. Су Ен могла бы видеть своего несносного волколака не только как телохранителя. Могла бы слушать его искренний смех и наблюдать за тем, как непринужденно он вливается в ее жизнь.
Было бы занятно нацепить на Юн Хо дорогущий смокинг, взять под руку и завести на один из званых ужинов, кишащих ненавистными ему богатенькими ругару.
Но момент радости подходил к концу. Зазвонил телефон, и Су Ен, заняв небольшой уголок стола Юн Хо, нырнула в работу. Она отвлеклась только для того, чтобы попрощаться с госпожой Хван.
— Отправьте мистеру Айресу договор, который согласовали наши юристы. – Су Ен сидела в огромном кресле, зажав телефон между плечом и ухом, и спешно записывала всякую ерунду. – Это всего лишь пролонгация уже существующего между нами соглашения, да.
Юн Хо с улыбкой сел за свой компьютер, и Су Ен в очередной раз заметила, что наблюдает за ним. Каждая его улыбка запечатлевалась в голове, и чтобы отвлечься, она черкала в ежедневнике.
С запозданием Су Ен поняла, что Юн Хо немного привстал, чтобы получше рассмотреть, что она рисует: закорючки и завитки, а еще совершенно очаровательные изображения животных.