Лаванда и ментол

Глава 7

От той легкой атмосферы, которая окружала Су Ен и Юн Хо в супермаркете, не осталось и следа. Теперь Су Ен чувствовала себя неподвижным изваянием, готовым в любой момент обрушиться своим каменным великолепием на любого провинившегося.

Су Ен была чертовски напряжена, отчего даже сводило челюсть. Если бы она меньше ценила своего друга, то непременно отказалась бы от посещения выставки, где помимо обычных людей ожидалась целая толпа перевертышей. Все они будут тянуться за рукопожатиями, нарушая границы, которые Су Ен с таким трепетом вокруг себя выстраивала.

— Будьте неподалеку. – Су Ен могла покляться, что Юн Хо только это и хотел услышать. Что-то подсказывало ей: будь его воля, он бы ни на шаг не отходил от своей нареченной. – Терпеть не могу все эти сборища. – Это было первой эмоцией, которую Су Ен открыто продемонстрировала, оказавшись в машине. Отчего-то до звездочек перед глазами хотелось поделиться неприязнью.

Су Ен нервно поправила сползшую с локтя перчатку. Лучше бы она бы спряталась в комбинезон, который закрывал бы каждый сантиметр ее кожи. Но вместо этого она выбрала платье, призванное свести с ума ее телохранителя. Она и задержалась потому, что долго рылась в шкафу.

— Вы не обязаны там быть, если подумать. – Хитрая ухмылка превратила Юн Хо в одного из тех людей, которых обычно обходишь стороной.

Су Ен пока не могла к этому привыкнуть. Он выглядел привлекательным в ее глазах, но эта красота была непривычной и далеко не самой стандартной. Господин Хван Юн Хо был красив той красотой, которой отличались перевертыши его вида. Немного грубоват, над бровью из-под темных локонов то и дело появлялся заживший шрам. Точно такой же красовался и на верхней губе.

Сложно представить, что Юн Хо пережил, раз даже волчья регенерация не справилась с полученной травмой. Су Ен на мгновение задержала внимание на белесых отпечатках прошлого на его лице. Любопытство медленно наполняло ее сердце, но пока она могла его контролировать и не отказала себе в еще одном взгляде украдкой на волколака.

Обычно люди с такой внешностью врывались в банки, расстреливали невинных, а по ночам портили девственниц. Нет, конечно, Су Ен утрировала, однако что-то настойчиво ей говорило, что под одеждой Юн Хо она смогла бы найти парочку тату, которые волколакам с их отменной регенерацией было сложно сделать. Мысли Су Ен явно шли не в ту сторону. Стоило прекратить думать о Юн Хо и том, как она снимает с него одежду. Это было за гранью добра и зла, отчего даже внутренняя волчица проснулась и уставилась на своего нареченного в ожидании.

— Не обязана, – кивнула Су Ен и тяжело вздохнула. Часто ли она слышала подобное в свой адрес? Вообще-то нет. Обычно и отец, и У Хек говорили ей об обратном: ты должна заботиться о своей репутации, должна выходить в свет, а не забиваться в угол, должна жить эту жизнь. Но что, если имена не давали жить, а лишь позволяли терпеть все, что пролетало мимо? В такие моменты хотелось подняться на гору и заорать во все горло.

— Разворачиваемся?

— Нет, я должна быть на выставке. – И это убивало ее больше, чем любой из выходов на ринг. Возможно, после этого безумного вечера она наведается в клуб, если не будет вымотана.

Как и ожидалось, в галерее было столько людей и перевертышей, что, только переступив порог, Су Ен захотела вернуться в уединенность машины, где пахло ментоловыми леденцами и зеленым чаем.

— В следующий раз откажусь, – буркнула Су Ен, кинув взгляд на Хван Юн Хо. Его непроницаемый вид не позволял сказать, о чем он думал. Скорее всего, он оставался безразличен ко всей этой толпе высокомерных идиотов, расхаживающих с бокалами шампанского в руках.

Чего нельзя было сказать о Су Ен. Она улавливала присутствие каждого. Вокруг было столько лиц, что казалось, будто она и без прикосновений слышит имена. Жуткое чувство, от которого можно было избавиться, лишь проведя наждачкой по внутренностям.

— Су Ен! – Звонкий голос заставил ее вздрогнуть и отпрянуть. Она была слишком напряжена, чтобы мириться с прикосновениями даже того, кто отзывался звенящей тишиной в голове. – Ты все-таки пришла! – У Хек сделал вид, что не заметил, как Су Ен отстранилась от протянутой им руки. И тут же, будто защищая от посторонних, положил ладонь на ее поясницу.

Именно сегодня внимание У Хека отчего-то раздражало Су Ен. Слишком близко, слишком много прикосновений и слишком шумно. Что бы У Хек там себе ни представлял, это заставило внутреннюю волчицу недовольно оскалиться.

Сама того не осознавая, Су Ен искала своего телохранителя, будто он мог избавить ее от всех неприятностей. Взгляд угольно-черных глаз Юн Хо заставил ее замереть. Она, конечно, предполагала, что волколаки ревностно относятся к своим нареченным, но и представить не могла, что безэмоциональное лицо Хван Юн Хо может стать настолько пугающе угрожающим.

Ох, если бы в этот момент У Хек повернул голову в сторону волколака, что стоял неподалеку от Су Ен, художник бы тотчас убрал свою лапку, дабы не лишиться пальцев. Су Ен незаметно ущипнула друга, желая избавиться от его руки до того момента, как Юн Хо слетит с катушек, но У Хек только скривился.

— Ты бы мне не простил, если бы я осталась дома, – шикнула Су Ен, скидывая с себя руку нерадивого художника. – А теперь я не могу простить тебе, что мне приходится терпеть твое общество.

— Ты такая злая, нуна. – Стоило У Хеку так назвать Су Ен, как ее желание врезать ему по голове чем-нибудь тяжелым, например, вон той статуэткой, увеличилось. – Неужели не пришла бы, даже зная, что здесь выставляется твой портрет?

— Да. – Су Ен цокнула языком, подходя к одной из картин. На стене в ряд висели портреты, на которых У Хек изобразил настолько яркие человеческие эмоции, что разглядывать их хотелось час за часом. Жаль только, что разговоры посторонних людей мешали Су Ен наслаждаться.

— Хватит ко мне липнуть! – зашипела она, искренне пытаясь сдержать рвущийся наружу рык.

Ее услышал У Хек и еще один крайне угрюмый волколак, который следовал за Су Ен, словно тень, сохраняя почтительное расстояние.

Су Ен, стараясь держать раздражение на поводке, заметила ухмылку на лице Хван Юн Хо. Она призналась себе в том, что наблюдать за волколаком в людном месте было отличным развлечением.