Страница 100 из 108
В течение одного стука сердца Су Ен обмотала мокрое полотенце вокруг головы лисицы на случай, если та решит заорать. Но.. мэгу просто не успела этого сделать, ведь Су Ен одним быстрым движением ударила ребром ладони ей по шее, прямо по пульсирующей сонной артерии. Су Ен пару раз использовала этот прием в клубе, но била в разы слабее. Сейчас же перед ней стоял перевертыш, с которым нельзя было церемониться.
Тело мэгу обмякло, грозясь упасть и шумом привлечь оставшихся в доме перевертышей. Кан Су Ен не могла допустить такой ошибки, и ей не оставалось ничего, кроме как подхватить ослабевшую девушку и аккуратно перетащить ее в душевую кабинку.
Первый этап пройден.
Впереди ждала сложная и непредсказуемая часть плана, составленного Су Ен на коленке.
В коридоре послышались звуки, говорящие о том, что второй провожатый все еще там. И он..
Дверь с грохотом открылась, являя взлохмаченного мужчину-мэгу. Он злобно зарычал, сверкая яркими глазами. Сорвав с крючка другое полотенце, Су Ен остановила кулак возле своего лица и, больно прикусив язык, отшатнулась в сторону.
Лис был сильнее.
Но, вот беда, Кан Су Ен была зла, словно дьявол. И это придавало ей сил двигаться дальше. Настало время отрастить клыки и когти! В воздухе разлился металлический запах крови, когда Су Ен взмахом острых когтей распорола мэгу щеку. В ответ он издал пронзительный рев, приглашая на их пир всех перевертышей дома.
— Да заткнись ты уже! – зашипела Су Ен, уворачиваясь от руки лиса. Голова и без того раскалывалась, а он решил исполнить свои бестолковые серенады! Вцепившись когтистой рукой в волосы мужчины, Су Ен несколько раз и с чувством музыкального такта ударила лиса лбом о край раковины.
От запаха крови замутило сильнее.
Горечь подступила к горлу, заставив Су Ен остановиться в коридоре на мгновение.
«Дыши», – повторяла она себе, делая частые маленькие вдохи. Это должно было помочь немного побороть тошноту, чтобы Су Ен смогла идти дальше.
Давя на нее, коридоры с каждой пройденной минутой казались все более тихими и запутанными. Они не заканчивались! Поворот налево. Прямо. Снова налево. А потом направо. Этот дом все больше выглядел треклятым лабиринтом, конца которому не было видно. И только запах лисьего присутствия не покидал его стен.
Пока коридоры становились то короткими, то снова длинными, головная боль только усиливалась, придавливая Су Ен к полу. Хотелось кричать. Надрывно, как она никогда не кричала.
Это была ловушка.
Су Ен замерла, глубоко вдыхая через нос, а выдыхая через рот. Сейчас бы зараз выпить целый блистер обезболивающего. А потом залезть в кипяток, чтобы смыть десятки новых имен, которые принесли вынужденные прикосновения.
— Если ты не придешь, я сойду с ума, – шептала себе под нос Су Ен, представляя, как с удовольствием окунается в запах зеленого чая. С каким наслаждением ощущает на своей коже прикосновения нареченного. Одни только мысли о Хван Юн Хо дарили ей силы идти дальше. Шаг за шагом, хоть по щекам текли непрошеные слезы.
Она цеплялась за стены, которые заволакивало пеленой боли.
— Я больше не могу. – Слова заставили внутреннюю волчицу заметаться. Она была в куда большей панике, чем сама Су Ен. Настолько бешеной тревоги волчица не испытывала, пожалуй.. с того времени, когда она была маленькой.
Предел казался настолько близким, что Су Ен могла дотянуться до него рукой. Прикоснуться к его бритвенной остроте. Она действительно была готова отдать себя в руки волчицы. Кан Су Ен впервые чувствовала себя настолько беспомощно-слабой, что признавала: она хотела быть спасенной. Хотела, чтобы ее окликнул знакомый голос, горячие руки притянули ее к крепкой груди. Хотела, чтобы Юн Хо сказал ей одну простую фразу:
— Я рядом, ты в безопасности.
Но вместо этого Су Ен слышала треск дома, рев собственного сердца и сотни имен, которые будто озверели в несмолкаемом пении.
Ноги шли вперед, пока Су Ен, сцепив зубы до скрипа, упорно смотрела перед собой. В доме по-прежнему было тихо, словно она забрела в чертов склеп. Ни одной живой души. Ни одного звука, который принадлежал бы лисам.
— Гребаное издевательство. – Су Ен поежилась, когда по лбу и спине потекли капли пота. Жизнь с каждой прошедшей секундой становилась все более невыносимой.
И когда показалось, что пустые коридоры никогда не кончатся, за поворотом возникла оскаленная лисья морда. Довольно крупная для кумихо.
Это была грань.
Линия, через которую Су Ен на удивление легко переступила – выпустила обезумевшую от нарастающего ужаса и боли волчицу на волю. Имена отступили перед зубастой пастью зверя.
— Лис может выглядеть устрашающим, но я в куда большей ярости, чем он, – прохрипела Кан Су Ен, позволяя волчице делать то, что она считала правильным.
Волчице не составит труда задавить мэгу своим весом. Прижать горло, защищенное плотной шерстью, к полу и выдавить последний воздух из треклятой лисицы. Но ловкость не была сильной стороной Су Ен. Она олицетворяла грубую силу, в то время как ее противник – быстроту и изворотливость.
Головная боль затуманивала разум Су Ен, мелькая перед глазами тошнотворными белыми точками. Волчица пошатнулась, не заметив, как лис скользнул между лап, вгрызаясь острыми клыками в переднюю. Боль обжигающей лавой растеклась по всей ноге.
«Соберись», – наверное, в миллионный раз зашипела на себя Су Ен. Сейчас не время отвлекаться. Точно не тогда, когда свобода оказалась ближе, чем можно себе представить.
Волчица встрепенулась, а в ее груди зародился утробный рык. Воздух завибрировал от ярости, которая вспыхнула в Су Ен. Многократно усиленный гнев обрушился на мэгу. Волчьи клыки впились в шею лиса, пока тот сжимал пасть на ноге волчицы. Это было ошибкой рыжего комка шерсти. В одиночку в зверином обличье он вряд ли поборет Су Ен. Только если нашлет на нее иллюзии.
Но магии мэгу вокруг не чувствовалось.
В рот брызнула вязкая кровь лиса. Но волчица не разжала зубы, а сильнее погрузила клыки в податливую плоть. Мэгу заверещал. Настолько пронзительно, что вспышки головной боли напоминали Су Ен взрывы бомб в черепной коробке. Су Ен замотала мордой с зажатым в пасти несмолкающим лисом. Он заметно ослабевал.
Зверь выпустил мэгу изо рта только тогда, когда услышал: стук сердца умолк. Мертвое тело лиса с мерзким чавканьем упало в лужу крови, которая растеклась у лап волчицы Су Ен.
Она наклонилась, принюхиваясь. Пахло ржавчиной и.. лисьей магией.
Это мгновение изменило все.