Страница 194 из 248
Часть восьмая
— А вы что поняли, сержант?
— Ничего, сэр!
— Почему же вы тогда здесь?
— Интуиция, сэр! Его интуиция!
Из к/ф «Призрак замка Морисвилль»
Поднявшись на самый верх башни Глезос в сопровождении сержанта полиции, Смолев внимательно обследовал смотровую площадку, венчавшую башню. Дусманис с удивлением наблюдал, как русский, присев на корточки, внимательно осмотрел и даже зачем-то потрогал руками каменный пол, растер пальцы, обнюхал их, покачал головой и что-то неразборчиво пробормотал себе под нос. Затем встал, выглянул за парапет и снова покачал головой. Меряя расстояние упругими шагами, перешел на другую сторону площадки, где, опасно наклонившись и крепко держась за каменные зубцы, опять перегнулся чрез стену и посмотрел вниз. Выпрямился, задумчиво отряхнул руки и какое-то время молча размышлял, глядя себе под ноги. Потом достал из кармана платок, нагнулся и с силой провел им по каменным плитам у самого парапета, аккуратно сложил и убрал в карман. Достал второй платок и тщательно вытер им пальцы. Сержант наблюдал за ним с изумлением — будет о чем сегодня рассказать вечером в таверне!
— Интересно, а куда ведет эта дверь? — поинтересовался Смолев, кивком головы указав на низенькую, обитую металлической лентой деревянную дверцу, прятавшуюся за небольшим выступом в стене, откуда тоже можно было попасть на смотровую площадку. — Вы случайно не знаете, куда она ведет, сержант?
— Эта дверца закрыта, сколько я себя помню! — покачал головой Дусманис, пренебрежительно махнув рукой. — Когда я был подростком, я подрабатывал экскурсиями по Кастро. И на Глезос тоже водил туристов за пару драхм с носа. Правда, это было добрых двадцать лет назад. Уже тогда она была закрыта.
Сержант подошел поближе и указал Смолеву на старые следы от сварки по периметру дверцы.
— Ее тогда еще специально наглухо заварили, чтобы никто туда не лез. Мальчишки так и норовят, сами понимаете. А кладка старая, были случаи, когда осыпалась. Стена рухнет или лестница, не дай Бог! А куда ведет… Якобы, она ведет из башни прямо в подземелье, что под башней. В то самое, где винные погреба! Но туда можно попасть и другим путем, из помещения музея. Там недавно выход в подвал отремонтировали, вполне безопасно. Все теперь там и ходят. А здесь — вон и замок к дверным петлям намертво прирос…
Смолев, продолжая внимательно слушать рассуждения сержанта, вплотную подошел к двери, прочно вмурованной в пожелтевшую каменную кладку, и дотронулся до ржавого замка. Замок был массивным, тяжелым и, казалось, действительно наглухо прикипел к большим ржавым петлям — ничем не оторвать, бессмысленно и пытаться. Но стоило Алексу лишь слегка пошевелить его, как подпружиненная дужка внезапно отскочила, и он раскрылся. Замок оказался смазан и висел, как говорят, «на дурня».
— Намертво прирос, говорите? — весело хмыкнул Смолев, недоверчиво покачав головой. — Вот тебе и раз! Любопытно… Давайте поглядим, что внутри!
Сержант Дусманис распахнул от удивления рот да так и забыл его закрыть. Он наблюдал, как русский легко снял замок, освободив петли, потянул «наглухо приваренную» дверь на себя — та свободно и почти без скрипа подалась вперед, словно и ее не так давно смазывали. «А ведь должна была бы визгливо заскрипеть, надрывая душу! — подумал сержант, холодея неизвестно от чего. По спине у него побежали мурашки. — Внутрь точно не пойду, пусть даже не просит!»
— Святой Фома! — наконец произнес он вслух, снова испытывая непреодолимое желание перекреститься. — Это что ж такое? И сварка отбита, и петли смазаны! Кто же здесь ходит? Место-то мрачное! Одни легенды чего стоят!
— Вот и я хотел бы это знать, сержант, — негромко проговорил Смолев, осторожно заглядывая в открывшийся полумрак, уходящий каменной винтовой лестницей вниз, в кромешную темноту. — Особенно в свете последних событий. Кто здесь ходит и зачем? И еще очень важно знать — когда? Нет, темно… Не пойдем. Не сейчас, — произнес он задумчиво к явному облегчению сержанта полиции.
Алекс прикрыл дверь и вернул замок на место. Внимательно осмотрел небольшой выступ, за которым скрывалась дверца. Постоял какое-то время в раздумьях, потом обратился к сопровождающему.
— Дусманис, вы не против, если я попрошу вас помочь мне в небольшом следственном эксперименте? Нет? Ну и отлично. Отступите, пожалуйста, несколько шагов ко входу на площадку. Да, так, еще, еще… Стоп! Достаточно! А теперь я встану вот за этот выступ. Вы меня видите? Нет? Сделайте, пожалуйста, шаг вперед. Теперь видите? Нет? Хорошо. Еще шаг. Еще! Еще один! Снова нет? Я так и думал…
Смолев вышел из-за выступа, подошел к сержанту, смотревшему на него по-прежнему с искренним изумлением, улыбнулся и покачал головой. Час объяснений еще не настал. Да и вопросов пока по-прежнему гораздо больше, чем ответов. Впрочем, на башне больше делать было нечего. Время близилось к полудню, стоило поспешить.
— Я увидел, что хотел, — сказал Алекс. — Дальше — дело за официальными службами. Все надо делать по закону. Думаю, что не буду вас более задерживать, сержант. У меня к вам будет просьба. Вы видели кучу гравия внизу? Передайте старшему инспектору, что я попросил огородить это место и выставить временный пост. Думаю, до вечера, крайний срок — до завтрашнего обеда. Это первое. Второе: эту дверь закрыть и опечатать от лица уголовной полиции острова до проведения следственных действий. Можно это все организовать в течение получаса?
— Безусловно, — подтвердил с готовностью Дусманис, все еще испытывая ощутимое облегчение от того, что ему не придется прямо сейчас спускаться в темноту. — Закроем, опечатаем! Замок в отделении найдется! Я мигом обернусь!
— Ну и отлично! Передайте Антонидису, что ближайшие полчаса я проведу в Кастро: мне необходимо переговорить с профессором Морозини. Потом отправлюсь к отцу Спиридону в Кафедральный Собор. Будем на связи!
Они быстро спустились по той же лестнице, что и поднялись, и разошлись в разные стороны. Сержант поспешил к выходу из Кастро. Он двигался так быстро, что порой почти переходил на бег. Служебное рвение двигало им или желание поскорее покинуть «мрачное место», понять было сложно: скорее всего — и то, и другое. Смолев проводил сержанта задумчивым взглядом, пока тот не скрылся за поворотом стены, и пошел размеренным шагом по узким улочкам Кастро в сторону здания, где разместилась Дирекция музея.