Страница 189 из 248
Так. Сколько их было всего — актеров и работников съемочной группы? Двух девушек Смолев помнил: блондинка и брюнетка. Он еще обратил внимание, что обе были одинаково одеты, что необычно для молодых девушек на вечеринке: белые сорочки и протертые на коленях джинсовые комбинезоны. Странный выбор одежды для вечера, но поскольку дресс-код не был заранее заявлен, каждый был волен в выборе одежды. Значит, две молодые девушки и пятеро или шестеро молодых людей. Так пятеро или шестеро? Алекс закрыл глаза и напряг зрительную память, вспоминая, как именно труппа расположилась вокруг художника. Шестеро. Да, точно. Шестеро. А должно быть? Всего девять человек — по документам — заехало в три номера, четвертый, пятый и шестой. Значит, молодых людей должно быть семеро, а не шестеро. Значит, одного не хватает. Где седьмой, и кто он?
Алекс вздохнул и одним глотком выпил остаток сока. Вопросы, вопросы. Пока их больше, чем ответов.
Солнечный диск уже показался над горизонтом, выстелив слепящую глаза дорожку из солнечных бликов на абсолютно спокойной морской глади.
Пора собираться: Антонидис ждет его к восьми часам в участке. Вероятно, он опять всю ночь не спал, примчался в участок ни свет ни заря и мается там сейчас в одиночестве. Хорошо, еще десять минут — сверился с часами Алекс. И начну собираться. Я уже почти заканчиваю. Выпить кофе смогу и в участке: у Антонидиса там отменная кофемашина, и сорта кофе он подбирает достойные.
Итак, труппа актеров театра и работники съемочной группы. Их список и анкеты лежат у него на столе. Они тоже часто отлучались и возвращались на террасу — это он помнит прекрасно. По очереди выходили курить все, кроме двух человек.
Странно, что не выходил сам художник: ведь у него в руке — Алекс помнил это отчетливо — была дорогая трубка. Он курит или носит ее по привычке? Пантелис Зографос ни разу не покинул террасу за весь вечер: яркое пятно его шейного платка все время маячило в дальнем левом углу.
С гостями более или менее понятно. Лили и Джеймс Бэрроу не в счет: семья археологов давно стала для Алекса родными людьми. За них он тоже мог поручиться как за себя. Стефания исключалась. Василий Аркадьевич Крылов? Прекрасный человек, ученый-историк, старая школа. Питерский интеллигент в третьем поколении. Большую часть вечера был на глазах у Смолева, общаясь с ним лично и с Галиной Александровной, с которой у них нашлось много общих тем. Ушел еще до прихода старшего инспектора, сославшись на усталость первого дня. Кстати, не забыть напомнить Рыжей, чтобы сделали официальный запрос в авиакомпанию по поводу потерянного багажа.
Итак, что мы имеем? Только общее впечатление, вынужден был признать Смолев. Используем его за отправную точку. Придется беседовать с каждым, кто был на празднике, от этого никуда не деться. Постараемся сделать аккуратно, не портя людям впечатление от отпуска.
Кто остается? Персонал виллы и приглашенные музыканты. В персонале виллы Смолев был уверен. Музыканты? На кой черт им тубус старшего инспектора? Нет, здесь что-то не так. Даже если кто-то из них и заглянул в него из любопытства — а старший инспектор говорит, что тубус легко открывался — то вряд ли бы их заинтересовала строительная документация, отчеты об археологических раскопках, чертежи, схемы и рисунки, как вкратце обрисовал пропажу Антонидис. Да еще на английском языке. Музыканты — местные, и на английском почти не говорят, тем более — не читают специальную документацию.
Тот, кто похитил тубус, четко знал, что именно в нем находится и где Антонидис взял эти документы. Не исключено, что за старшим инспектором следили от самого замка Базеос и до виллы «Афродита». Почему не отняли тубус по дороге? Не хотели поднимать шум? Нападение на полицейского при исполнении и грабеж — совсем другая статья, нежели кража. Остров немедленно наводнили бы полицейские с соседних островов, был бы объявлен поиск, введен жесткий досмотр на транспорте. Шумиха, повышенное внимание ко всему происходящему на острове. Кому-то это попросту не нужно. А вот нейтрализовать Антонидиса, то есть, вывести его на какое-то время из игры, — ведь понятно, что начальство не погладит его по голове за разгильдяйство: могут и от дела отстранить, влепив неполное служебное соответствие, — это кому-то на руку. Так на что же наткнулся, сам того не сознавая, старший инспектор? Похоже, он что-то обнаружил. Но что? Вот это мы сейчас и выясним. Итак, теперь в душ — и в полицейский участок!
Алекс встал и прошел в гостиную. Стефания по-прежнему сладко спала, из ее спальни не доносилось ни звука. Круглые часы на стене показывали четверть восьмого.
Еще через четверть часа Смолев уже бодро шагал по улочкам старого города, спускаясь вниз, к порту, где на одной из улиц и находился полицейский участок. Перескакивая через несколько ступеней за раз и вдыхая утренний воздух полной грудью, Алекс не смог удержаться от довольной улыбки.
Положительно, утро на острове он любит больше всего!