Страница 7 из 15
Разумеется, мы с Бонни переживали за своего старосту, а когда он победил, то проводили его довольными улыбками.
Мимо нас темный Генри прошел с независимым видом, но нам было все равно. Я вообще с самого начала знала, что лучше бы этим адептам убраться в Хагендорф и не позориться.
— А ты герой, — хмыкнул Ламберт, когда его товарищ вернулся за парту.
— Я просто поддался, — буркнул Генри Шарго и проскрипел стулом.
— Мы так и подумали, — поддержал третий темный, но в его голосе читалась насмешка.
— А теперь приступаем к теории. Открывайте свои тетради и записывайте, — произнес профессор, и сразу по классу пронесся шелест листочков.
Звонок раздался, как всегда, неожиданно, я только-только успела перерисовать с доски последнюю схему.
— Готовьтесь, завтра на спарринг поставлю очередных жертв, — пообещал Дарбор, а я почему-то была уверена, что меня это не коснется.
Мы быстро покидали тетради в сумки и двинулись к двери. Следующим по расписанию шло занятие у целительницы Пилори, и проходило оно в аптекарском огородике при оранжерее. Мне нравилось там бывать, единственное, что не устраивало, — это ковыряние в земле, потому что после таких занятий, как правило, мы шли на следующие. Хорошо, хоть бытовая магия помогала форму почистить, хотя срабатывало не всегда.
— Как настроение, светлячок? — шепнул мне на ухо проходящий мимо Ламберт.
В голосе мага мне послышалась насмешка, словно темный не сомневался, что победа осталась за ним. Но я точно знала, что все это глупость, и была уверена: правда восторжествует непременно. Занятий на полигоне никто не отменял.
Хагендорфцы протиснулись в двери прямо перед нами, я же вышла вслед за Бонни. И едва не налетела на нее, когда подруга остановилась и ошарашенно произнесла:
— Даже не знаю, как прокомментировать.
А что было говорить, когда напротив нас у окна стояли три девицы. Они ждали темных, строили глазки и улыбались им так, словно поспорили, кто первый соблазнит залетных адептов.
Я даже не удивилась, когда хагендорфцы не прошли мимо. Завязался веселый разговор, мы же двинулись дальше. Занятия в аптекарском огородике ни у кого из парней восторга не вызывали, поэтому даже наши однокурсники плелись позади.
Глава 4. О тех, кто ломает кактусы и бродит по оранжерее
Виолетта Калин
До оранжереи мы добрались довольно быстро, но не успели войти в нее, как Бонни оглянулась и произнесла:
— Куда катится светлый мир?
Я тоже посмотрела в том направлении и увидела, что позади темных движется их свита. Пожала плечами, мне-то было совершенно все равно, что задумали парни. Магистр Пилори — женщина с твердым характером, ерундой заниматься никому не позволит. Я первой открыла дверь оранжереи и вошла в нее. Аптекарский огородик по большей части располагался именно в ней, и это было интересно.
Мы прошли по дорожке мимо экзотических и не совсем растений и добрались до места занятий. Стеклянная стена отгораживала парты и стол преподавателя от зеленой растительности, и мы поспешили на свои привычные места.
Нас уже ждали.
Магистр Пилори едко взглянула на приблудившихся вместе с темными парнями девиц, и те, не говоря ни слова, зашагали прочь. Замечательная молодая женщина, и дисциплина у нее железная.
— Тема сегодняшнего занятия — растения, способные останавливать кровь, — произнесла магистр.
— А как же заклинания? Зачем усложнять себе жизнь? — лениво поинтересовался темный Генри.
— Их никто не отменял, — с охотой ответила Пилори и тут же припечатала: — А если не нравится тема занятий в Лаории, то выход там.
Тонкий палец целительницы указал направление, однако темный как-то сразу угомонился, и повисла тишина.
— Замечательно, — произнесла магистр. — Рассаживайтесь поудобнее, приступаем к занятию. Кто мне назовет растения, способные остановить кровь? Смелее, вы все их знаете. Давайте начнем с хагендорфцев. Любопытный адепт с синяком на лице, вам мои советы по жизни точно пригодятся. Поднимайтесь, мы все ждем ваш ответ.
В голосе женщины промелькнула насмешка.
И надо ж было тому случиться, что вслед за скрипом стула раздался грохот, а за ним и звук от падения. Тихого такого, но его было слышно даже на первой парте, которую мы с Бонни сегодня заняли.
— Ой, — выдал Генри Шарго.
Маг даже не понял степень своего попадания, зато мы все слегка напряглись. Просто он, темный, каким-то образом во время подъема задел стоящий у окна длинный кактус, и тот неожиданно переломился пополам и упал на пол. А ведь этот суккулент являлся частью дипломной работы самой Пилори.
— Что?! — выдохнула магистр и стремительным шагом двинулась на звук.
Она словно почувствовала, что стоящий у окна кактус, ее детище, вечно цепляющееся за штаны и юбки студентов, вот-вот будет безжалостно растоптан сапожищами неловкого адепта.
Некоторые из однокурсников привстали, чтобы увидеть оглушительный провал новеньких. Жалели ли мы темных? Нет. Однако сочувствовали. Лично у меня не раз возникало желание отставить этот цветок от греха подальше, особенно после того, как вытащил из новеньких чулок здоровенную затяжку.
— Адепт, как вас там?
— Генри Шарго, — подсказал хагендорфец.
Лицо парня выглядело непроницаемым, а вот синева стала значительно ярче. Не иначе от волнения прилила кровь. Да и как не дергаться, если магистр Пилори та еще ведьма. Именно сейчас я не видела лица женщины, но легко могла представить ее в гневе. За прошедшие учебные годы чего только не случалось в нашей группе.
— Так вот, Шарго, я знаю, кто сегодня будет убираться в оранжерее.
— Почему?! — выдохнул Ламберт.
Похоже, блондину было обидно за товарища из собственной свиты.
— Таковы правила Лаории, — припечатала Пилори. — К слову, вы все трое тут остаетесь. Причина — нарушение порядка светлой академии, разговаривать нужно меньше! В другой раз то время, что вы отняли от урока, я компенсирую вашей переменой.
Потрясенные, мы сидели молча. Темные тоже оказались не дураки, не стали спорить с Пилори. Ведь неизвестно, что в следующий раз придумает изворотливый женский ум.
Признаться, магистр у нас строгая, но вот чтобы прямо так, с первого урока и новые адепты, а она их припечатала по полной программе — этого никогда еще не было. Не видела я такого, хотя и темных до этих троих в академии не встречала.
Вот что значит задеть женщину за живое!
И как подтверждение, Пилори неожиданно заявила: