Страница 283 из 303
Ясубей выл, как раненый зверь, вырывался и продолжал выкрикивать что-то бессвязное. Лошади в конюшне испуганно ржали и взволнованно били копытами. Набежавшие конюхи пытались их успокоить.
Миямото Мусаши молча кивнул, повернулся, чтобы уйти, сделал несколько шагов, но внезапно вернулся и спросил:
— Йори, при тебе сейчас именно тот меч?
— Да, отец, — удивленно ответил самурай. — Он всегда со мной. Другого длинного меча у меня нет.
— Дай его мне! Не спрашивай ни о чем. И я хочу поговорить с ним, — добавил Мусаши, указав на обезумевшего разбойника. — Поставьте его на ноги! Приведите его в чувство, дайте воды!
Стражники поставили разбойника в вертикальное положение, и пока трое стражников держали его, четвертый, зачерпнув ведром воды из ближайшей поилки для лошадей, плеснул водой ему в лицо.
— Я хочу поговорить с ним, — мрачно повторил Мусаши, держа в правой руке обнаженный меч. — Снимите с его шеи веревку и отойдите в сторону. Йори, ты тоже…
Исполнив его приказание, стражники отошли и удивленно застыли за спиной у своего начальника, который наблюдал, как Мусаши что-то негромко сказал разбойнику, отчего тот закивал и разрыдался, но в этот раз это был совсем другой плач, словно слезы облегчения хлынули у него из глаз. Мусаши зашел со спины и аккуратно разрезал веревку, стягивавшую руки разбойника, и потом что-то скомандовал ему негромко. Тот, покачиваясь, развернулся, растирая занемевшие руки, и, хромая, пошел в сторону леса. Мусаши, не оглядываясь, шел следом за ним в двух шагах. Вскоре они оба скрылись за соснами.
Через некоторое время из леса показался один Миямото Мусаши. Подойдя к Йори, он вернул ему меч, на котором была кровь.
— Я выполнил волю господина Хосокава, — глухо произнес самурай. — И принял решение. Так и запишете в отчете. Преступник мертв. Голова его лежит рядом с телом. Вам будет что предъявить судьям.
Стражники, повинуясь взгляду начальника, бросились в лес.
— Но, отец, вы же не палач! — с волнением воскликнул Йори, бережно вытирая меч и убирая его в ножны. — Зачем вы это сделали?
— Это была не казнь, — помедлив, ответил Мусаши. — Это было избавление. И искупление одновременно. Когда-нибудь ты это поймешь. Рад был тебя повидать, Йори…
Вернувшись в Додзё, главный наставник школы Кумамото снова аккуратно развернул свиток, обмакнул кисть в черную тушь и размашисто вывел несколько иероглифов:
«
Чтобы постичь Путь стратегии, вы должны быть подлинным воином. Вы должны изучать боевые искусства и не отступать от Пути ни на шаг. Не нарушая покоя своего духа, тренируйтесь ежедневно, ежечасно. Когда ваш дух не будет замутнен, облака заблуждения развеются, и вы постигнете подлинную пустоту, в которой есть добродетель и нет порока!
»
[97]
[Миямото Мусаши, «Книга Пяти Колец» — прим. автора]